Ушедшие однажды

— Я понимаю, что в период первого случая с Сашей Левиным в вашем городе начались пожары. Погибло в общей сложности человек пятьдесят. Многие получили ожоги. Очевидцы утверждали, что огонь вспыхивал сам по себе и разгорался с такой силой, будто все вокруг было залито керосином. Поджигателя не нашли.

— Почему же нашли. Нашли. Он любил поджигать живых людей, и смотреть, как они горят. Когда его посадили, то заключенные в первую же ночь сожгли его живьем. Зэки многое не прощают своим собратьям. Через десять лет он вернулся и взялся за старое, поэтому дело закрыли и по-тихому замяли.

Крюкова начинало беспокоить состояние Лили, которая явно начинала нервничать. Руки дрожали, да и она сама как-то ритмично покачивалась. Зажимала уши руками, болезненно морщилась. Всхлипывала. Точно приступ истерии начинался. Когда Лили была не в силах вытерпеть невидимую атаку, то начинала шептать: «кто-то умрет, кто-то умрет, кто-то умрет» и это начинало сводить майора с ума.

— У нее галлюцинации? — спросил Крюков. — Это приступ?

— Нет. Это не приступ. Лили чувствует, как приближается ваш Мясник. Еще минут пять десять и он появится прямо здесь во всей своей красе. И вот тогда, Господи помоги нам всем.

— Как, черт возьми, эта девочка может его чувствовать? Она что ясновидящая?

— Нет. Лили родилась мертвой. Врачи сказали, что ребенок либо умрет, либо вырастит дебилом, потому что после семи минут кислородного голодания мозг новорожденного ребенка претерпел сильные изменения. К несчастью дебилом Лили не выросла. Она хорошо училась и ни в чем не отставала от сверстников, только приобрела способность общаться с мертвыми. Вот мы с вами чувствуем, как нас греет солнце, как замерзаем от холода, а она помимо всего прочего чувствует, как умирает все живое. Как умирают люди, животные, птицы. Их боль, эмоции и страхи в момент смерти. А вот сейчас она испытывает, как надвигается зло Мясника и боль всех его жертв.

— Мне тяжело в это поверить.

— Вам уже некогда в это верить. Остается либо умереть, либо сразиться.

— Как удалось тогда остановить Поджигателя? Совершили какой-то ритуал? В этот раз я готов даже пробежать голышом перед зданием мэрии.

— Я бы посмотрел на это.

Крюков был готов наброситься на паренька с кулаками.

— Успокойтесь, товарищ следователь. Успокойтесь.

Крюков понял, что погорячился и отступил.

— Вы боитесь? Не бойтесь, никто ведь не живет вечно.

— Хотите знать, чего я боюсь? В городе маньяк. Не один из тех, кого можно пристрелить. Этот уже мертвый и я не знаю способа как его остановить. Не думаю, что он станет меня слушать. Я боюсь даже того, что говорю об этом в слух и признаю это состоявшимся фактом. А я между прочим даже не религиозный человек. — Крюков сунул ему в руки стопку фотографий жертв Мясника. — Мне лично нет дело до того, что Лили притягивает мертвецов. Каждый подбирает себе компанию, но когда эти парни начинают кромсать невинных людей, то это уже мое дело.

Леша медленно рассматривал фото убитых, и на его лице не отражалось ни одной эмоции. Ни отвращения, ни сострадания.

— Кто-то умрет, кто-то умрет, кто-то умрет… — бормотала Лили. У нее носом вновь пошла кровь… размазывалась по лицу, падала на одежду. Лили укрывала голову руками, зажимала уши и глаза, лишь бы не слышать Его зла, не чувствовать страха и боли Его жертв. Ей хотелось кричать от страха и бежать прочь, но для Лили не существовало убежища ни в мире живых, ни в мире мертвых.

Кто-то умрет, кто-то умрет, кто-то умрет…

— Есть предложения, как загнать покойника обратно на тот свет? — спросил Крюков, тревожно поглядывая на девушку, судя по ее состоянию, времени почти не оставалось. Жуков с подкреплением не успеет, да и как можно будет парням объяснить, что придется отловить мертвого типа. Может это и к лучшему, что они не успеют. Будет меньше трупов. — Как же с ним бороться? Чем можно убить мертвого?

— Ничем. Мертвых убивают только в кино.

— Зверев, вы чересчур спокойны.

— Я не боюсь умирать.

— Значит, нам надо только посидеть и подождать пока он нас разрубит на куски, а потом Мясник уйдет обратно в ад?

— Я думаю, что ада нет. Как впрочем, нет и рая. Есть только жизнь, смерть и чувства, которыми полна наша душа. От того, чем полна наша душа и будет зависеть, что будет терзать нас потом.

— Что за день?! Кругом одни придурки!

— Расслабьтесь майор, когда вам еще представится шанс повоевать с мертвяками. Правда, успокойтесь и соберитесь.

— Кто-то умрет, кто-то умрет, кто-то умрет… — стонала Лили.

— Помогите-ка мне, — попросил Алеша, понимая, что время пришло.