Усмирить альфу

К восьмому месяцу Юрген полюбил слезливые омежьи романы. Хрустел огурцами, читал и ревел. Мечтал, чтобы Прародитель сделал все так, как описано — рожали бы омеги! Жаловался Хедвигу на толчки в животе, спал в горах подушек. Много спал. Постоянно бегал в туалет, ревел и там — из-за живота он с трудом дотягивался до члена! Выходить из квартиры отказывался. Вайсу, рискнувшему приехать без предупреждения, пообещал выбить все зубы, как только разродится. И соски… его несчастные соски опухли так, что Юргену страшно было задеть их — возбуждался!

В один прекрасный день он поднял омег истеричным воплем, что описался.

— Воды отошли, нечего вопить, милый, — убийственно спокойно сказал Дитрих, бесцеремонно влезший под подол ночной рубашки Юргена. — Вигги, хватай чемодан, звони Альфреду! Пусть подгонит машину!

До клиники доехать успели. Но только до клиники — рожать Юрген начал в машине…

Раздолбанная дверь внедорожника, которую Юрген вынес пинком; согнутый руль — держался рукой во время схваток; выбитое стекло — слегка обезумел от боли; фингалы на лицах двух акушеров — нечего лезть ему в жопу своими руками — у него там дети; строй охраны вокруг клиники, сдерживавший репортеров; изнывающие от беспокойства омеги; и закладывавший виртуозные матерные загибы врач, пытавшийся успокоить истерящего рожающего альфу, — этот день персонал и пациенты клиники запомнили надолго…

Вопли трех новорожденных принесли облегчение всем — Юргена наконец-то смогли перевезти в палату.

— Поздравляю! — уставший врач вышел к омегам. — Все трое в порядке. Пол определим точно по анализам через месяц. Можете повидаться с вашим альфой.

— До одури, говоришь? — альфа схватил светящегося от счастья Дитриха за шиворот, стоило тому подойти к кровати. — До одури тебе рожать? Десяток отпрысков?! Да иди ты в жопу! — заорал он в бешенстве.

Хедвиг вздохнул и примостился рядом с альфой — обнял, ласково поцеловал в висок. Кричит, переживает! Еще бы — тройню родить.

— Солнышко мое, — Дитрих погладил Юргена по голове. — Обязательно! Только оправься вначале от этих родов! Кстати, учитывая твою великолепную растяжку, можно попробовать двойное проникновение!

Юрген Костински отпустил омегу и обреченно откинулся на спинку кровати.

Вот и как тут с ними разговаривать?

Бонусная глава 1

Четыре года назад, проснувшись в объятиях Дитриха и Юргена, Хедвиг перепугался и попытался вылезти из кровати раньше, чем они проснутся. Не вышло — альфа среагировал мгновенно, прижимая его к себе и спрашивая, что случилось. Разбуженный Дитрих мигом понял причину подрагивавших губ и опущенных глаз, метнулся на кухню и вернулся уже с коньяком. Двух глотков Хедвигу хватило — омега расплакался. Накопившееся напряжение предыдущего дня, неуверенность в собственных силах, контакт с парой, абсолютно не заморачивавшейся насчет длительности знакомства, — все сформировалось в желание омеги свалить подальше. Добило его, как ни странно, ощущение уюта поутру — ему понравилось, а потому накатила паника — вдруг ничего не получится?

— Милый, — Дитрих очертил пальцами припухлости на шее и между лопаток на спине Хедвига, — мы прекрасно понимаем твои опасения. Но и ты пойми — Юрген и я привыкли принимать решения и нести за них ответственность. Легко — может и не будет. Но с чего ты взял, что ничего не получится? И потом, мы уже признали тебя — две метки ни о чем не говорят?

— Метка держится около двух недель, — шмыгнул Хедвиг. — Разве вы меня не на пробный период пометили, чтоб другие не подходили?

— Зайка! — Дитрих всплеснул руками и присел рядом с альфой, баюкавшим Хедвига в объятиях. — Мы никогда не метили ни одного омегу, которые были у нас на пробных периодах! Никогда! Вигги, детка, ты нам очень нравишься! Смею заметить, мы тебе вроде бы тоже приглянулись.

— Кажется, придется ускорить, да? — Юрген привлек к себе и Дитриха.

— Видимо, да, — Дитрих стер слезы с лица Хедвига. — Милый, ты согласен стать нашим постоянным третьим партнером?

Хедвига накрыло так, как никогда в жизни. Ему отчетливо казалось, что над ним издеваются, что наиграются и бросят, а то и вовсе пошутили и пора бы собирать вещи и валить обратно в свое захолустье, где все безнадежно, но привычно, ясно и без сюрпризов. Все надуманное он вывалил, перемежая рыданиями и порываясь уйти.

— У тебя просто нервный срыв от переизбытка эмоций! — утешал его Дитрих, пока Юрген закутывал в одеяло поплотнее — дабы омега не выбрался. — Милый, прости, мы привыкли принимать решения куда быстрее и еще вчера поняли, что ты нам подходишь. Во всех отношениях! Никто и не думал шутить или издеваться. Ты же не думаешь, что нас с Юргеном заводят такие сомнительные развлечения, м?

Еще пара глотков обжигающей жидкости и Хедвиг начал извиняться.

— Простим, когда поставишь нам свои метки, — улыбнулся Дитрих, подставляя шею. — Давай. Успокоишься и обговорим условия брачного контракта. Юрген, распутай его, он так не дотянется!