Вампиры

Гилхард вздохнул и откинулся на спинку кресла. Что ж, если Морган считает нужным держать эту информацию в секрете, вероятно, у него есть для этого основания.

Вера Гилхарда в древнее существо за время импровизированной ссылки на планете-пустыне переросла из доверия во что-то близкое к одержимости, и хотя аристократ отдавал себе в этом отчет, было сложно относиться к поступкам Мора иначе. Как тот успел спасти их всех? Почему, несмотря на сотворенные им чудеса, бросил бедняжку Элджерона? Как их не нашли на планете, где собрались флотилии нескольких корпораций?

Он давал отдых изнуренному пустыней телу и предвкушал подробный обстоятельный рассказ.

Вампир в штатском, который первым поприветствовал Гилхарда в его заточении, извлек из внутреннего кармана фляжку для крови и протянул, вежливо отведя взгляд. Было видно хорошие манеры и благосклонное отношение, так что все тревоги покинули Гилхарда окончательно.

— Как вас зовут? — поинтересовался он, принимая фляжку.

— Эдриан, милорд, — ответил вампир, разглядывая подошвы собственных сапог.

— Скажите, Эдриан, нам придётся лететь долго?

— Пару часов, милорд.

Гилхард сделал глоток синтетической крови и заглянул в лобовое стекло, пытаясь отыскать взглядом ещё один корабль, облака или хоть что-то, за что мог зацепиться взгляд. Впрочем, пару часов нельзя было даже сравнить с десятком месяцев без общения, пищи и возможности видеть что-либо, кроме песка и звезд.

Корабль летел осторожно, неторопливо. Гилхард почти отвык путешествовать с комфортом граждан, перебиваясь редкими транспортными суденышками частных компаний. В прошлом он чаще садился на жесткие скамейки военных, а еще раньше — и вовсе лишен был такой привилегии, как путешествие в глубины космоса.

Тонкая кожа сиденья скрипела от неосторожных движений, мягкий силикат наполнителя шуршал, и Гилхард закрыл глаза, растворяясь в звуках и воспоминаниях. Полёт прошёл для него как одно мгновенье.

— Прибыли, милорд, — возвестил Эдриан, но прикасаться к аристократу, чтоб разбудить, не стал. Гилхард давно не помнил такого отношения к себе. Его постоянно дергали, норовили похлопать по спине, потрепать по волосам. Он привык к этому, так что происходящее казалось частью далёких воспоминаний. И это вызвало первую улыбку.

Поскольку посадку Гилхард благополучно пропустил, он плохо представлял себе размеры корабля. Отсутствие флагов и нашивок на вампирах, одетых в форму военных, тоже сбивало с толку. С другой стороны, приятно было почувствовать себя частью общества. Общества вампиров, которые знали его, Гилхарда, прошлое и уважали статус.

— После прибытия велено проводить вас в гостевую каюту, милорд, — деликатно сообщил Эдриан, и они пошли по коридору, провожаемые редкими взглядами скучающих без дела вампиров дока. Почти всё пространство пустовало, и это значило либо то, что кораблей-транспортников здесь немного, либо то, что все они отправились куда-то.

Каюта оказалась просторной по меркам военного флота, но тесной по меркам гражданского. Гилхард привел себя в порядок, надел сложенную стопкой на кровати форму без нашивок, выпил ещё немного крови и вышел в коридор. Эдриан терпеливо ждал его.

— Сейчас есть окно для посещения, мы можем успеть, — сказал сопровождающий.

Гилхард, ощущая растерянность, едва не спросил: «Куда успеть?». Однако отношение Эдриана подкупало, и вот так просто потерять лицо было уже неудобно.

Идти по коридору пришлось почти полчаса, за это время Гилхард успел заметить достаточно вампиров, которые свободно разгуливали без дела, чтобы понять: что бы ни происходило на корабле, на военные действия это не слишком похоже. Оставалось загадкой, почему столько вампиров носит военную форму.

Наконец, они добрались до нужного места. Гилхард понял это сам по количеству столпившихся в одном месте голов. Вампиры сбились в небольшие группы и что-то деловито обсуждали перед единственной дверью на весь пролет.

— У меня красный код! — громко сообщил Эдриан толпе, вампиры молча расступились и пропустили их.

Дверь открылась.

Гилхард обвел взглядом комнату, выхватив пять фигур, но глаза замерли и сфокусировали зрение на одной. Той, которую Гилхард просто не мог видеть.

— Спасибо, Эдриан, можешь быть свободен, — сказала фигура.

Сопровождающий вышел, пневмодверь за ним схлопнулась, заставив Гилхарда вздрогнуть. Он попытался потянуться к фигуре перед собой знакомой формулой магии, но кровь не отвечала, поэтому аристократ тихо прошептал:

— Корвин?

Суровый быт военных оказался для Шарлотты настоящим испытанием. Стало ясно, что Николас ничуть не преувеличивал тяготы, которые им предстоят. Еды стали давать в разы меньше, часто трясло — на переходы в соседние системы тратили меньше энергии. Никто больше не звал её петь или участвовать в светских беседах, только Хантер заходил временами, рассказывая о происходящем. Шарлотта старалась осмыслить всё, что он говорил, строила теории и мучилась догадками, но до сути добраться не могла.

— В сорок третьем секторе к нам присоединились ребята из «Пэппер».