Вавилон

Но главное было собраться. В присутствии дементоров, насколько Барти слышал на уроках ЗОТИ, человек плохо контролирует себя, и чем дальше, тем менее адекватным становится его состояние, а в Азкабане многие вообще теряют способность воспринимать нормально окружающую действительность и сходят с ума. А если уж у него не нашли сквозное зеркало, то ему надо будет при первой возможности (буде таковая появится) доложить, что случилось, и что только произойдет. Нет, коли эти недоумки собирались делать ошибки на каждом шагу, надо самому хоть не стать таким же конченым недоумком и воспользоваться их промахами. Наверное, надо было обрадоваться, что дела развиваются, хоть и не хорошим, но далеко не самым плохим путём — только вот дементор рядом отнимал такую возможность.

Странно, но возможно, именно из-за такого соседства мир вокруг воспринимался иначе, чем обычно (или это было из-за накатившего чёткого ощущения конечности всего): взгляд больше выхватывал грязь под ногами и на полах мантии, кое-как построенные стены домов и серо-бурые оттенки действительности. Даже солнце, ещё не скрывшееся за горизонтом до конца, было скрыто за какой-то дымкой и казалось едва ли не бесцветным, никаким, словно это Барти был отгорожен какой-то пеленой от происходящего. А может, так оно и было.

Его привели в какой-то сарайчик, маленькую пристройку, где хранился рыболовецкий инвентарь: старые сети, нуждающиеся в ремонте, доски, какие-то снасти. Само помещение было без окон и размерами с маленькую комнатку. Чем оно понравилось тем, кто его сюда привёл, кроме размеров и отсутствия окон, тоже было ясно: вход располагался со двора, отгороженного дощатым забором, так что вид дементора теперь не должен был мозолить глаза всем, кто находился на улице. Напоследок Фенрир пнул Барти под спину, не пожалев сил, а потому Барти буквально влетел внутрь, споткнулся и упал прямо на какой-то ящик. Прямоугольник света за ним резко уменьшился, а потом вовсе исчез — дверь закрыли и захлопнули с той стороны на щеколду. Он остался один в маленьком замкнутом тёмном помещении.

— Останься и присмотри за ним, — слышен был голос Сивого, дававшего последние указания, по всей видимости, дементору, который должен был охранять его. — Если вдруг сможет выбраться наружу, — слова были прерваны смешком, — ты знаешь, что можно делать с пищей.

Барти вначале даже не мог поверить, что его оставили прямо так, не связанным, не скованным, в месте, где может находиться множество предметов, которые могут использоваться для побега, да ещё и не поставили в охрану ни одного волшебника. Нет, понятно, что без палочки вряд ли можно много чего противопоставить дементору, но не подстраховаться на случай, хоть и не самый вероятный, если что-то с пленником пойдёт не так… Кажется, самонадеянность и непродуманность этой компании он недооценил. Что ж, этим надо пользоваться — пока ещё удавалось нормально соображать, с дементором под боком…

— Белла, — он быстро нашёл и смог достать важную как никогда сейчас стекляшку, — срочно ответь, если слышишь меня. Дело не терпит отлагательства, ни на минуту.

Ему повезло: Беллатрикс носила своё зеркало с собой и была готова говорить, а услышала она его ещё с первой попытки вызова.

— Барти?— голос её был удивлённым и даже немного взволнованным. — Не то чтобы мне сейчас было удобно говорить, но если ты зовёшь меня с чем-то срочным, то выкладывай.

— У меня большие проблемы, — выдал в ответ Барти, — и не только у меня, — а после рассказал, что же произошло, а чего только собиралось произойти. Говорил он в основном чётко и быстро, как мог, но местами получалось сбивчиво — воздействие дементора уже начинало сказываться, и нелегко было концентрироваться на деле в каждый момент времени — а в конце сказал, где именно его требуется искать, если, конечно, хочется снова увидеть своего соратника и в некотором роде ученика живым. Впрочем, сам он считал своё спасение далеко не самым важным пунктом в том, что необходимо было предпринять, о чём честно сообщил, попросив заняться в первую очередь основной проблемой.

— Так, слушай меня, — голос Беллатрикс звучал теперь спокойно и ровно, хотя говорила она достаточно быстро и ясно. — Я сейчас свяжусь с кем надо и мы сделаем, что должно. После этого я снова вызову тебя.

— Да, хорошо. Спасибо, — он издал нервный смешок. — Надеюсь дождаться твоего вызова.

— Не паникуй, — напоследок сказала Белла. — Всё закончится хорошо. Удачи.

Он и сам понимал, что не стоит паниковать, но с каждой минутой заставить себя хоть как-то успокоиться становилось всё сложнее. Сущность за дверью была совсем близко, в нескольких футах, а потому вытягивала из него все положительные мысли, эмоции, чувства, оставляя беспокойство, страх, неуверенность. Моментами казалось, что Белла ответила и поговорила с Барти, но ничего не стала предпринимать, что на самом деле она только злорадствует над ним. А может, не злорадствует, но не хочет напрягаться из-за какого-то там Барти, который ничего для неё не значит. Как не значил, например, для отца…