Верность

Воспоминания не дают спокойно спать. Однако самое кошмарное из них — лицо, то лицо, что смотрело на меня своими шестью глазами и самодовольно ухмылялось. Оно было знакомо. Этот небольшой белый шрам на верхней губе каждого из ртов мог принадлежать только одному человеку. Я видел, как он сорвался со скалы в Тибете и разбил себе лицо. Страховка спасла ему жизнь, но этот шрам остался у него навсегда, как воспоминание о тамошнем восхождении. Не знаю, жив ли сейчас Ронин, где он, чем является. Ибо не может быть это лицо, его лицо человеком, заключённым в чужую плоть, не может жить в ком-то, не может быть кожей этих тварей, не может, в конце концов, утратить свой человеческий облик навсегда!

Тогда из глубин сознания всплывает тот наш давний вечер в ресторане и кровь стынет в жилах, когда в мой мозг как ядовитые змеи впиваются слова Ронина о вечной верности Айно.