Фандом: Ориджиналы. У Светлых Эльфов новый король, у Серого Ордена — новый Магистр. Попытка Темных Эльфов вернуть Тысячелетнюю Ночь не удалась. Но в землях Таэраны по-прежнему нет мира и спокойствия. За ночь превращен в руины некогда великий город. На юге разгорается новая война: полчища орков вторгаются во владения Белых Рыцарей. На севере твари из подземных глубин атакуют города гномов, а драконы из Дунских Гор готовятся встретить ту, кого они называют Отмеченная Хаосом.
181 мин, 38 сек 13231
Трое… нет четверо эльфов почуяли неладное. А может, их разбудил холод, обволакивавший товарищей.
Как бы то ни было, а сонные и растерянные, сделать эти бедолаги ничего не успели. Подскочив, Леандор поразил Мечом Льда ближайшего из них. На глазах превращаясь в ледяную статую, эльф успел еще задеть своего товарища, и тот тоже начал покрываться изморозью.
Двое оставшихся Перворожденных попятились, отступив на пару шагов. Но затем окончательно стряхнули с себя растерянность и сонную вялость. Оба выхватили мечи; один осмелился скрестить клинки с Леандором… о чем очень быстро пожалел. Меч эльфийского воина обледенел и выглядел теперь не железным, но, скорее, серебристым. Вскрикнув, эльф выронил меч — должно быть, холод дошел до рукояти и до его пальцев.
Оставшись безоружным, эльфийский воин был обречен, даже если б меч его противника был обычным, не магическим. Леандору хватило единственного выпада, чтобы пронзить этого недалекого храбреца. Тот замер, белея и обращаясь в ледышку. И, наконец, рухнул на землю.
Тем временем второй эльф кинулся на смуглого пленника-человека, которого Леандор мало того, что освободил, но и вооружил Посохом Огня. Эльф сделал выпад мечом, надеясь разрубить длинную толстую палку в руке человека. Он мог рассчитывать на это, коль меч был железный, а палка — деревянная. Вот только палка в руках человека была не совсем обычной. Или даже совсем не обычной.
Человек попятился, заслоняясь Посохом. Клинок налетел на зачарованную палку… и в то же мгновение в сторону эльфа полетел сноп искр — как из-под молота кузнеца, только многочисленней.
— А-а-а! Мав рхаван! Эглат мав рхаван! — заорал эльф, роняя меч, закрывая лицо руками и ругаясь на своем языке, — рах рхаван!
Подоспевший Леандор пронзил его в спину… но расслабляться, что ему, что смуглому человеку было некогда. Привлеченный криками, к лагерю поспешил второй часовой — высматривавший в темноте Эдгара, но так и не высмотревший. Ступая мягко, но стремительно, он бежал прямо на смуглого человека.
— Сзади! — крикнул освобожденному пленнику Леандор.
Развернувшись, смуглый замахнулся Посохом… только замахнулся на приближающегося эльфа. Но и этого хватило, чтобы на вершине Посоха вспыхнуло пламя. Нет, магический предмет не загорелся — пламя сорвалось с него, как птица с насеста. И эта огненная птица… или, скорее огненное кольцо, нарисованное на фоне ночной темноты, устремилось к эльфийскому воину.
Тот успел отскочить в сторону, и магическое пламя рассыпалось налету, превратившись в тучу искр. Но на этом везение эльфа закончилось. Повернувшись к нему, смуглый человек снова взмахнул Посохом — целя его вершиной уже непосредственно в часового.
В этот раз обошлось даже без огненных колец. Эльфа просто охватил огонь — от воротника до сапог.
— Я всегда знал, что тебе нельзя верить! — выкрикнул он напоследок, увидев Леандора, уже опустившего меч, — ты не принц! Ты хуже рхавана!
«Говори, что хочешь, лизоблюд, — думал тот, бесстрастно глядя, как последний из воинов эскорта-конвоя превращается в горящий факел, чернеет и, наконец, падает замертво, — мне Хаос даст целый мир в награду. А тебя пожрет даже в Изначальной Бездне. Ничего от тебя не оставит!»
О чем думал Леандор, Эдгар, разумеется, не знал. Но и без того странностей сегодня увидел достаточно. Был ли это изначально сговор или сделка, заключенная, что называется, на ходу — посланец Серого Ордена не знал, тихого разговора между предводителем эльфов и их пленником он не слышал. Все, что он понял: грозные смертоносные творения бродячего мага оказались в руках парочки авантюристов — пройдохи-человека и Перворожденного, который (неслыханное дело!) предал своих.
Чего ждать от этих двоих, Эдгар не представлял. И потому не придумал ничего лучше, кроме как продолжать следить — и следовать за ними. Выжидая подходящего случая, чтобы вмешаться.
Выстроившись клином, Белые Рыцари подстегивали коней, заставляя их во всю прыть нестись на строй… вернее, толпу зеленокожих, что двигалась им навстречу. На фоне рыцарской конницы орки казались медлительными и неуклюжими. И в боеспособности ей уступали, наверное, даже больше, чем в скорости.
Кого-то опрокидывал лобовой удар ворвавшихся на скаку в толпу крупных животных. Кого-то разил меч всадника-рыцаря. И еще кто-то находил смерть под конскими копытами.
Проходя раз за разом через орочью толпу, словно горячий нож сквозь сливочное масло, рыцари Белого Ордена оставляли после себя широкие полосы из зеленокожих трупов. Но… почти сразу эти зазоры смыкались и толпа продолжала переть, как ни в чем не бывало. Орков оказалось слишком много. Они словно не замечали этих отчаянных атак.
Вот уже дрогнул один из флангов — левый: пешие, скудно вооруженные ополченцы вот-вот готовы были дать деру, видя приближающихся врагов. Те наступали в самоуверенной беспечности, поигрывая оружием и подбадриваемые грохотом барабанов за спиной.
Как бы то ни было, а сонные и растерянные, сделать эти бедолаги ничего не успели. Подскочив, Леандор поразил Мечом Льда ближайшего из них. На глазах превращаясь в ледяную статую, эльф успел еще задеть своего товарища, и тот тоже начал покрываться изморозью.
Двое оставшихся Перворожденных попятились, отступив на пару шагов. Но затем окончательно стряхнули с себя растерянность и сонную вялость. Оба выхватили мечи; один осмелился скрестить клинки с Леандором… о чем очень быстро пожалел. Меч эльфийского воина обледенел и выглядел теперь не железным, но, скорее, серебристым. Вскрикнув, эльф выронил меч — должно быть, холод дошел до рукояти и до его пальцев.
Оставшись безоружным, эльфийский воин был обречен, даже если б меч его противника был обычным, не магическим. Леандору хватило единственного выпада, чтобы пронзить этого недалекого храбреца. Тот замер, белея и обращаясь в ледышку. И, наконец, рухнул на землю.
Тем временем второй эльф кинулся на смуглого пленника-человека, которого Леандор мало того, что освободил, но и вооружил Посохом Огня. Эльф сделал выпад мечом, надеясь разрубить длинную толстую палку в руке человека. Он мог рассчитывать на это, коль меч был железный, а палка — деревянная. Вот только палка в руках человека была не совсем обычной. Или даже совсем не обычной.
Человек попятился, заслоняясь Посохом. Клинок налетел на зачарованную палку… и в то же мгновение в сторону эльфа полетел сноп искр — как из-под молота кузнеца, только многочисленней.
— А-а-а! Мав рхаван! Эглат мав рхаван! — заорал эльф, роняя меч, закрывая лицо руками и ругаясь на своем языке, — рах рхаван!
Подоспевший Леандор пронзил его в спину… но расслабляться, что ему, что смуглому человеку было некогда. Привлеченный криками, к лагерю поспешил второй часовой — высматривавший в темноте Эдгара, но так и не высмотревший. Ступая мягко, но стремительно, он бежал прямо на смуглого человека.
— Сзади! — крикнул освобожденному пленнику Леандор.
Развернувшись, смуглый замахнулся Посохом… только замахнулся на приближающегося эльфа. Но и этого хватило, чтобы на вершине Посоха вспыхнуло пламя. Нет, магический предмет не загорелся — пламя сорвалось с него, как птица с насеста. И эта огненная птица… или, скорее огненное кольцо, нарисованное на фоне ночной темноты, устремилось к эльфийскому воину.
Тот успел отскочить в сторону, и магическое пламя рассыпалось налету, превратившись в тучу искр. Но на этом везение эльфа закончилось. Повернувшись к нему, смуглый человек снова взмахнул Посохом — целя его вершиной уже непосредственно в часового.
В этот раз обошлось даже без огненных колец. Эльфа просто охватил огонь — от воротника до сапог.
— Я всегда знал, что тебе нельзя верить! — выкрикнул он напоследок, увидев Леандора, уже опустившего меч, — ты не принц! Ты хуже рхавана!
«Говори, что хочешь, лизоблюд, — думал тот, бесстрастно глядя, как последний из воинов эскорта-конвоя превращается в горящий факел, чернеет и, наконец, падает замертво, — мне Хаос даст целый мир в награду. А тебя пожрет даже в Изначальной Бездне. Ничего от тебя не оставит!»
О чем думал Леандор, Эдгар, разумеется, не знал. Но и без того странностей сегодня увидел достаточно. Был ли это изначально сговор или сделка, заключенная, что называется, на ходу — посланец Серого Ордена не знал, тихого разговора между предводителем эльфов и их пленником он не слышал. Все, что он понял: грозные смертоносные творения бродячего мага оказались в руках парочки авантюристов — пройдохи-человека и Перворожденного, который (неслыханное дело!) предал своих.
Чего ждать от этих двоих, Эдгар не представлял. И потому не придумал ничего лучше, кроме как продолжать следить — и следовать за ними. Выжидая подходящего случая, чтобы вмешаться.
Выстроившись клином, Белые Рыцари подстегивали коней, заставляя их во всю прыть нестись на строй… вернее, толпу зеленокожих, что двигалась им навстречу. На фоне рыцарской конницы орки казались медлительными и неуклюжими. И в боеспособности ей уступали, наверное, даже больше, чем в скорости.
Кого-то опрокидывал лобовой удар ворвавшихся на скаку в толпу крупных животных. Кого-то разил меч всадника-рыцаря. И еще кто-то находил смерть под конскими копытами.
Проходя раз за разом через орочью толпу, словно горячий нож сквозь сливочное масло, рыцари Белого Ордена оставляли после себя широкие полосы из зеленокожих трупов. Но… почти сразу эти зазоры смыкались и толпа продолжала переть, как ни в чем не бывало. Орков оказалось слишком много. Они словно не замечали этих отчаянных атак.
Вот уже дрогнул один из флангов — левый: пешие, скудно вооруженные ополченцы вот-вот готовы были дать деру, видя приближающихся врагов. Те наступали в самоуверенной беспечности, поигрывая оружием и подбадриваемые грохотом барабанов за спиной.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 33 из 50
