Виварий

Урро нащупал какое-то кресло и сел в него. Изморозь, покрывшая его тело на Ледяной Луне, растаяла и потекла за шиворот. Заныла верхняя губа. Урро протянул перед собой руки. Перед ним стоял полукруглый пульт регулировщика, полный тумблеров и ползунков.

Около двух минут бедняга пытался ощупью искать пищащие модули, перемещать ползунок реостата до нужного уровня, но вскоре стало понятно, что такую работу непросто выполнять и зрячему. Модули, изображающие сегменты трубопроводов и ЛЭП, пищали под руками, как куча голодных птенцов, и стоило наладить один из них, как тут же начинали верещать три других. Вот почему регулировщики всегда мечутся из стороны в сторону, крутятся на своих креслах, как волчки, беспорядочно тыча руками во все стороны. Это их нормальный темп работы. Когда-то рар пытались наладить автоматическую регулировку, но даже компьютеры не могли справиться с такой задачей: у них недоставало интуиции. Поэтому регулировщики испокон веков были живыми рар.

«Это все ненастоящее — это воплощаются мои страхи. Если бы это было настоящим, оно не совпадало бы во всем с моими мыслями. Ненастоящее… Это всего лишь продукт моего мозга. Я породил этот кошмар, и я же от него избавлюсь» — подумал Урро, и, откинувшись в кресле, попробовал отключить мозг. У его племени была школа упражнений наподобие знакомой нам йоги, обучающая расслаблению и концентрации. Ею часто пользовались рарские ученые. Не был исключением и Урро. Он мог временно отключить почти все корковые функции. Первая попытка была неудачна — мешал пульт, защебетавший, как целый птичий рынок. На второй раз Урро резко и полностью отсоединился от бредового мира, угаснув, как выключенный монитор. И действительно — писк пропал. Пропало кресло, на котором он сидел, пропал холод капель, стекающих с головы.

Ученый рар по имени Урро вырвался из-под власти Метазоэ… Однако профессором он себя уже не считал.

Он снова видел очутился в темном коридоре, снова был облачен в скафандр. Но стоило ему вернуться к ощущениям, как талые капли снова потекли по шее. «Вспотел?» — недоуменно подумал Урро. У рар никогда не бывает холодного пота. И боль в слюнных протоках не прошла — должно быть, он и впрямь простудился на Ледяной Луне. У простуженных рар горло не болит, только ноют слюнные протоки (поэтому они носят шарфы не на шеях, а на лицах). Оказалось, что во время наваждения Урро уронил Треллу на пол — и та теперь билась в эпилептическом припадке. Он присел перед девушкой — двигаться было трудновато, будто сам воздух сопротивлялся движению. Ученый сорвал маску с перекошенного лица девушки. За неимением лучшего он сунул ей в рот свой палец, заключенный в твердую оболочку — чтобы не откусила себе язык. Другую руку Урро положил на ее белокурую голову, пытаясь упорядочить движение биотоков. Каждое движение сопровождал тихий треск, словно ломались тоненькие рыбьи косточки. Явление эпилепсии было неплохо изучено рарскими биологами. Знали рар и способы эффективного купирования припадков. Для них это было несложно — достаточно было лишь положить ладони на голову пациента и «надавить» электромагнитным пучком на определенную часть мозга. Когда судороги Треллы прекратились, а затуманенные глаза приобрели осмысленное выражение, Урро обернулся к Ору. Он по-прежнему стоял на носках, плавно покачиваясь. Глаза закатились, рот был разинут, кожа приобрела синий оттенок — он напоминал повешенного, качающегося на веревке. Кроме того, он был весь облеплен какой-то скользкой дрянью.

Урро схватил Ору за руку и с силой рванул к себе. Какая-то сила удерживала беднягу, будто вморозив в пространство. Рывок Урро поборол эту силу, раздался костяной треск, и Ору упал, высвободившись из объятий наваждения. Он тут же пришел в сознание, сел на пол и кашлянул — бесшумно, с усилием. Изо рта хлынула струя воды. Морской воды… Избавившись от воды, Ору сделал глубокий, болезненный вдох, и вместо выдоха захлебнулся кашлем. Его лицо превращалось из синеватого в красное.

Но Урро не видел этого — его взгляд был прикован туда, где только что покачивался Ору-«утопленник»: там образовалось абсолютно черное пятно в форме человеческого силуэта. Оно было похоже на дыру, вырезанную в континууме. От краев этой «дыры» прямо по воздуху ползли извилистые трещины. На глазах изумленного ученого отвалился кусок пространства, и, прихватив с собой часть стены, исчез в«дыре». Одна из трещин поползла прямо к ногам Ору. Урро схватил его за руки и поволок прочь от рушащегося участка.

— Скорее, бежим отсюда, пока сами не угодили в пролом! — сказал ученый, помогая кашляющему парню подняться на ноги. Только как освободить Треллу, чтобы не получилась такая же брешь?

Времени на раздумья не было. Урро и Ору просто перешагнули через Треллу, взялись за ее левый бок и не то оттащили, не то откатили от пролома. Снова раздался хруст рыбьих костей, и появился новый пролом — на полу, в форме женского тела. Этот пролом был меньше и аккуратней первого. Трещины сменили направление и поползли к новой бреши, стремясь влиться в нее.