Волшебная зима

Ледяная дева склонила свое прекрасное лицо над бельчонком и рассеянно щекотала его за ушком. Он как зачарованный смотрел на нее, прямо в ее холодные голубые глаза. Улыбнувшись, Ледяная дева пошла дальше.

А на снегу, задрав кверху маленькие лапки, остался лежать оцепеневший и холодный глупенький бельчонок.

— Плохо дело, — проговорила Туу тикки.

Она надвинула шапочку на уши, толкнула дверь, и белое облачко снежного пара ворвалось в купальню. Мгновение спустя Туу тикки снова прошмыгнула в приоткрытую дверь и положила бельчонка на стол.

Мышки невидимки ринулись вперед, намочили полотенце горячей водой и завернули бельчонка в это горячее полотенце. Но его маленькие лапки все так же безжизненно и печально торчали кверху, и ни один усик не шевелился.

— Он совсем мертвый, — констатировала малышка Мю.

— Во всяком случае, перед тем как умереть, он увидел что то очень красивое, — дрожащим голосом произнес Муми тролль.

— Что поделаешь, — сказала малышка Мю.

— Как бы там ни было, теперь он забыл обо всем на свете. А я собираюсь сделать из его хвостика премиленькую муфточку.

— Нет, ты этого не сделаешь! — взволнованно закричал Муми тролль.

— Он должен взять хвостик с собой в могилу. Потому что бельчонка нужно похоронить. Правда, Туу тикки?

— Гм, — хмыкнула Туу тикки.

— Кто его знает, принесет ли радость звериному народцу хвостик после смерти?

— Миленькая Туу тикки, — взмолился Муми тролль, — не говори все время о том, что он умер. Это так ужасно.

— Раз умер, так уж умер, — примирительно сказала Туу тикки.

— Этот бельчонок мало помалу превратится в прах. А потом, чуточку позднее, из него вырастут деревья, и на них будут прыгать новые бельчата. Разве это так уж печально?

— Может, и нет, — ответил Муми тролль и высморкался.

— Но все равно завтра его надо похоронить, и обязательно с хвостиком и со всем всем, что у него есть. И похороны должны быть красивые и торжественные.

На следующий день в купальне было очень холодно. Огонь еще горел в печурке, но мышки невидимки заметно устали. В кофейнике, который Муми тролль принес из дому, застыла под крышкой тонкая корочка льда.

Вообще то Муми тролль отказался пить кофе из уважения к памяти мертвого бельчонка.

— Ты должна дать мне купальный халатик, — торжественно сказал он Туу тикки.

— Мама говорила, что на похоронах всегда бывает холодно.

— Отвернись и сосчитай до десяти, — предложила Туу тикки.

Муми тролль отвернулся к окну и стал считать. Когда он досчитал до восьми, Туу тикки заперла дверцу шкафа и протянула ему голубой купальный халатик.

— Подумать только, ты вспомнила, что мой халатик голубой, — радостно удивился Муми тролль.

Он тотчас сунул лапу в карман, но не нашел солнечных очков. Зато там было немного песка и круглый белый камешек.

Он зажал камешек лапой. В его округлости таилась надежность лета. Муми троллю почти казалось, что камешек по прежнему теплый от солнца.

— У тебя такой вид, будто ты пришел незваным в гости, — заметила малышка Мю.

Муми тролль даже не посмотрел на нее.

— Пойдете вы на похороны или нет? — с достоинством спросил он.

— Ясное дело, пойдем, — ответила Туу тикки.

— По своему это был хороший бельчонок.

— В особенности хорош был у него хвостик, — сказала малышка Мю.

Они завернули бельчонка в старую купальную шапочку и вышли на жгучий мороз.

Снег скрипел у них под ногами, а дыхание белым паром вырывалось изо рта. А нос так оледенел, что нельзя было даже его сморщить.

— Твердый здесь наст, — восхитилась малышка Мю и запрыгала по мерзлому берегу.

— Ты не можешь идти чуточку медленнее? — попросил Муми тролль.

— Это ведь все таки похороны.

Он был вынужден делать маленькие маленькие вдохи, чтобы не заглотнуть слишком много ледяного воздуха.

— А я и не знала, что у тебя есть брови! — с любопытством воскликнула малышка Мю.

— Сейчас они совсем поседели! И ты еще больше сбит с толку, чем всегда.

— Это из за мороза, — строго сказала Туу тикки.

— А теперь помолчи, потому что ни ты, ни я ничего не знаем о похоронах.

Муми тролль был благодарен ей за эти слова. Он принес бельчонка прямо к дому и положил его перед Снежной лошадью.

Затем влез по веревочной лестнице на крышу и спустился вниз в теплую гостиную, где спали его родные.

Муми тролль перерыл все ящики комода. Он перевернул все вверх дном, но не нашел того, что искал.

Тогда он подошел к маминой кровати и шепнул ей на ухо один вопрос. Вздохнув, мама перевернулась на другой бок. Муми тролль снова шепнул.

Тогда мама, не просыпаясь, ответила ему: ведь она и во сне не забывала ничего из того, что касается традиций.

— Траурные ленты в моем шкафу… на самой верхней полке… направо… И мама снова погрузилась в зимнюю спячку.

А Муми тролль вытащил из чулана стремянку и влез на нее, чтобы добраться до верхней полки шкафа.