Вопрос доверия

Ник оглядел улицу в поисках источника хлопка и обнаружил его, как только высокая леди с надвинутым на лицо капюшоном перестала разглядывать плимут и отправилась дальше по своим делам. Парни дружно сидели за машиной и разглядывали пробитое заднее колесо. Высунувшиеся из-за багажника лица были такими скорбными, что сразу стало понятно: запаски там не обнаружилось.

— Парни, вызвать вам сервисную службу? Или эвакуатор? — предложил Ник.

— Э… нет, сэр, — один из грузчиков медленно поднялся, оглядываясь на дорогу. — Мы уже вызвали. Ща друган колесо подвезёт, не беспокойтесь.

— Ну ладно, — Ник пожал плечами, забрался в пикап и наконец-то выдвинулся к управлению.

Высокая леди, ссутулившись и засунув руки в карманы, шагала в том же направлении. Ник покосился на неё в зеркало заднего вида. Что-то в её внешности было странным. Остановиться и проверить? Он посмотрел на светофор, снова в зеркало — леди на дороге уже не оказалось — и двинулся дальше. Только на парковке к нему пришло озарение: у леди не было сумочки.

Додумать мысль ему не позволил стук в окно. Ник обернулся и с удивлением обнаружил рядом с пикапом Хэнка.

— Давно тут сидишь? — поинтересовался напарник, когда он опустил стекло.

— Только подъехал. Что я пропустил?

— Пошли, по пути расскажу. Поедем в аэропорт.

Ник закрыл пикап и вместе с Хэнком поплёлся к доджу. Сейчас он бы предпочёл сидеть за компьютером и писать отчёты — даже не из-за усталости, а от недоверия собственному телу. Но Хэнку этого не объяснишь.

— Пришёл отчёт от патологоанатома по Иво Луличу. Если совместить с нашими данными, его убили в промежутке между семнадцатью и восемнадцатью часами. Я проверил записи из аэропорта — в последний раз Лулич попал на их камеры в двадцать минут четвертого. Почти через два часа зарегистрировался в гостинице. Если он заезжал куда-нибудь из аэропорта, то не далеко. На записи видно, как Лулич обращается к оператору за стойкой информации, — Хэнк вручил Нику распечатанные кадры, — и отчётливо видно, как он кивнул вот этому типу.

От типа был виден только тёмный деловой костюм и аккуратная стрижка.

— Другого ракурса точно нет? — уточнил Ник.

— На три раза проверил. Попробуем узнать у персонала, может быть, кто-нибудь что-нибудь запомнил. Шансов, конечно, мало, но попробовать стоит.

Они уселись в додж. Ник сложил распечатки на колено, пристегнулся и даже подрегулировал сидение, но машина с места так и не сдвинулась.

— Слушай, Ник, — глядя прямо перед собой, начал Хэнк, — я всё-таки спрошу…

— Это не то, что ты подумал, — простонал Ник, накрывая голову распечатками.

Потрошитель, как обычно, оказался прав: лучшая ложь — это частичная правда. Пришлось рассказать о причастности бывшего детектива Адамса к аварии в Райнбеке.

Двадцать четвёртого мая 1994 года в Райнбеке собралось слишком много причастных. Ренард пробежался по списку и мрачно констатировал, что тот, вероятно, не полный. Акира Кимура, Соледад Маркеза, Йен Флинн, Ханс Рот, Натаниэль Адамс, Мари Кесслер, — из всех живым оставался только Кимура, а значит, как бы ни хотелось пристрелить Шакала, с ним нужно вначале побеседовать. Узнать, кто ещё там был, кто за ним стоит, кому известно, что Шон опоздал в Райнбек всего на двое суток. Мог ли стоять за спиной Кимуры Испанский Дом? Любой мог, но сейчас в Портленд прибыл только испанский резидент, и то, что Ана Гарсиа оказалась в списках прибывших пассажиров, не означает, что цель Кортеса именно она. Сеньора мастерски избегала камер — чувствовалась его школа. Они могли прилететь с общей целью, хоть и в разное время и из разных стран. Ана Гарсиа прибыла из Австрии, и здесь могла быть связь с австрийским Жнецом Луличем. Только какая? Личные счёты? Или Кортес сказал правду. Камеры в отделе не зафиксировали в его поведении ничего подозрительного: он посидел, походил по кругу, полюбовался стендами и снова сел. Можно предположить, что Жнеца нанял он на случай, если не сможет договориться со своим взбунтовавшимся Гриммом, просто сеньора Гарсиа нашла австрийца раньше. Тогда Кортесу следовало вначале согласовать прилёт Жнеца с Ренардом.

С Испанским Домом иметь дела неприятно, но если они тоже были замешаны в смерти Бёркхардтов, то их цели ясны — три монеты Закинтоса и ничего более. Но если за всем стоит Французский Дом — кто мог им проговориться, и почему тогда Шон до сих пор жив?

Ренард посмотрел на часы. В Париже была ещё глубокая ночь. Нужно подождать хотя бы два часа, а вот с Кортесом нужно встретиться в ближайшее время и поговорить в неофициальной обстановке. Только вначале дождаться своего бесконтрольного Гримма. Как Ренард ни старался задержать того в управлении, всё равно умудрился незаметно сбежать. Хорошо ещё с напарником: его Ник не станет втягивать ни во что за рамками человеческого понимания, по крайней мере, сегодня, как Ренард искренне надеялся.

Вошедшего в отдел Гримма он заметил даже через жалюзи и столпившихся у дверей офицеров, и Хэнка с ним не было.

От входа Ник направился прямо к кабинету, и Ренард поспешно закрыл файл райнбекской аварии.