Войны телепузиков

Как всегда, Гелена Владимировна Шагова появилась вовремя и в самый нужный момент. Встала по-хозяйски на пороге и окинула «ньюс-рум» строгим взглядом. Редакционный народ тут же склонился к компьютерам, старательно изображая занятость. Лишь Бронников смело ухмыльнулся в лицо маленькой начальнице — в«Конторе» он слыл главным фрондёром и ни перед кем старался не прогибаться. А уж перед откровенными дурами — тем более. Шагова нахмурилась, но смолчала — знала, что может нарваться на хамскую издёвку«звезды». Поэтому отвернулась от Сержа и перевела взгляд на Стальную. Но и та не выказала матери-командирше никакого почтения: скорчила ей такую рожу, что иная дама посчитала бы лучшим немедленно удалиться прочь. Дабы не нарваться на неприятности. Но не на такую нарвалась! Напугать Гелену какими-то там гримасами — было трудно. Дуэль взглядов продлилась, наверное, с минуту, после чего Настя признала своё поражение. Глубоко вдохнула воздух, сбрасывая напряжение, и чётко выговаривая каждое слово, произнесла с едва уловимой издёвкой:

— Бардельеро, уважаемая начальница, не здесь! А в других местах, не отягощённых филологическим образованием!

И выскочив из «ромашки», с такой силой захлопнула за собой дверь, что со стены сорвалась и шлёпнулась на пол почётная грамота, которой в своё время наградил коллектив службы информации губернатор области. Шагова вопросительно посмотрела на Бронникова и недоуменно поинтересовалась:

— Она что, со своим молодым человеком поссорилась?

Тут уже стало интересно и Бронникову: — Какому ещё такому молодому человеку? Интересно девки пляшут, по четыре сразу в ряд… А почему я ничего об этом не знаю?

Он требовательно взглянул на Шагову. Та мгновенно сообразила, что сболтнула что-то не то. Пусть она и была начальницей Бронникова, но при этом хорошо знала, каков бывает Серж в ярости, а посему коллегу по пустякам старалась не раздражать. Даже её глупый мозг осознавал пределы, за которые выходить не стоило. Впрочем, этого не любил и прочий руководящий люд в телекомпании — Бронников был парень простой, мог, не стесняясь, прямо высказать человеку в лицо всё, что о нём думает, не заботясь о политесе, а то и без всяких церемоний сразу зарядить в рог, без различий на чины и звания. Были прецеденты! Поэтому Гелена моментально придала своему лицу невинное выражение и со словами: — Я к директору, он меня ждёт! — выпорхнула вон из «ромашки», стараясь держать спину, как всегда, царственно-надменно. Серж зло сплюнул себе под ноги: вот же сука! Испортила человеку настроение и была такова! Умела Гелена Владимировна портить кровь коллегам! Что там твоя Грета Гарбо или Марлен Дитрих!

«Пойду и напьюсь сегодня!» — мрачно подумал Серж, донельзя расстроенный словами Шаговой. Как все влюбчивые натуры, он искренне считал, что объект его вожделений принадлежит исключительно ему и только ему. Наличие ещё одного претендента на руку и сердце любимой ученицы, делало жизнь парня невыносимой. И помочь ему мог только универсальный релаксант — ОН. Правда, в одиночку пить не хотелось. Срочно требовался напарник.

Бронников повернулся к Крольченко и, глядя на его страдальческое лицо (а Сашка с утра мучился от жуткого похмелья), сурово предложил:

— Может, по сто граммов?

— А есть? — сразу же оживился Крольченко. К нему снова возвращалась жизнь. Серж самодовольно усмехнулся: — А то! Я намедни «левачок» сбил — в«Красном домике» можем посидеть…

Он ещё договаривал эту фразу, а Сашка уже стоял рядом и нетерпеливо дёргал за рукав его куртки:

— Пошли отсюда поскорее, пока наши «бонзы» не загрузили работой!

Угроза действительно была нешуточной — и поэтому коллеги постарались по-быстрее покинуть стены родной «Конторы».

Правда, «вырулив» за ворота, Серж вдруг резко остановился, сработало неясное предчувствие, а подобным запредельным предупреждениям своей психики он доверял: были прецеденты убедиться в их истинности, и озабоченно сказал Сашке, протягиваю тысячную: — Ты это, давай сам рви в«Красный», заказывай — ну, там, по старой схеме, а я на пару минут вернусь, забыл кое-что…

—