Флайт сел неуклюже, в последний момент перед посадкой его неожиданно повело в сторону и он прошелся боковыми стабилизаторами по кустам, едва не задев стоящий неподалеку столб. На землю посыпалась листва, флайт дернулся в другую сторону и с шумом сел, выдохнув через сопла черный шлейф. Это была старая и порядком потрепанная модель, судя по многочисленным вмятинам на бортах хозяин обращался с ней без лишней нежности, но по бортам кабины алели тщательно выписанные краской переплетающиеся полосы, придававшие флайту неожиданный для его возраста и состояния залихватский вид…
67 мин, 42 сек 12947
Бритвы с собой, конечно, не было. Вайс разворошил кучу вещей на столе, но ничего напоминающего бритву не обнаружил. Бежать к этим придуркам, Хонки и Бертсу, явно не стоило — если у них и есть бритва — никогда не отдадут, скорее удавятся. Вайс раздраженно сбросил на пол кучу бесполезного хлама и щагнул было к двери чтобы отыскать Блисс, но тут его взгляд по счастливой случайности наткнулся на странную штуку. Это была пластиковая прозрачная полумаска с надписью печатными буквами: «Бритва Х2. Не допускать контакта с водой». К ней прилагался короткий ремень с фиксатором. Вайс задумчиво повертел странную штуковину в руках. Она точно повторяла контуры человеческого лица, точнее, нижней его части, от подбородка до носа. Внутри, образовывая правильный круг, серебрились крохотные лезвия. Они лежали друг на друге под небольшим углом, в результате изнутри странная бритва смотрелась как причудливый металлический цветок с булавками-лепестками. Судя по всему, лезвия были адски острыми, Вайс даже не решился пробовать их пальцем.
— Вот ведь хрень… — он уставился на свое отражение в зеркале. С одной стороны он никогда не любил незнакомые приборы, да еще и собранные психом, с другой — чертовски неприятно будет появиться перед Блисс небритым. Она ведь, небось, приготовилась к встрече… Потом еще расскажет всем своим подругам, что ее кавалер не следит за лицом — потом три года позора не оберешься. Нет уж, побриться надо обязательно.
Кнопка включения нашлась почти сразу — просто небольшая серая пуговица. Рядом с ней была круглая шкала, вдоль которой шли длинным рядом цифры. Вайс нахмурился — разбирайся еще тут с этой железякой… Впрочем, несмотря на то основательное количество алкоголя, которое обосновалось в нем, он заметил, что это обычный числовой ряд — в одну сторону числа увеличивались, в другую уменьшались.
«Она еще и регулируется, — подумал Вайс, — Крутану-ка чуть. Чтоб кожа была как шелковая». Он крутанул колесико влево, не глядя на цифры, оно послушно затрещало. Помедлив немного, Вайс приложил маску-бритву к лицу сразу же стал похож на аквалангиста. Лезвия оставались без движения. Он защелкнул на затылке фиксатор, стал поближе к зеркалу чтобы все было видно и нажал на кнопку. У него это получилось с третьего раза — пальцы словно нарочно дрожали и отказывались подчиняться.
«И какого дьявола я пил сегодня, — успел подумать Вайс, — Только бы не оплошать позже, это уж будет слишком».
Бритва заработала с тихим мелодичным жужжанием, похожим на тонкий звон. Вайсу на мгновенье подумалось, что в этом звоне есть что-то пугающие, как в звоне приближающейся комариной стаи.
Щеки обдало ветерком, звон стал ближе и перерос в едва ощутимую вибрацию. Невидимые лезвия с хрустом смахнули щетину и щекотно прошлись по коже. Несколько секунд они терлись о его щеки, сильно, но не причиняя боли. Потом нажим стал чуть сильнее, лезвия теребили лицо под маской, не останавливаясь ни на секунду. Вайс подумал, что после этого он сможет не бриться добрую неделю. Только как бы… Острая боль, пронзившая левую скулу, заставила его рефлекторно поднять руку. Пальцы уперлись в твердую поверхность пластика. Вайс видел, как за прозрачной преградой в вихре мелькают лезвия. Они уже не были похожи на цветок, все лепестки растопырились и вращались быстрее чем в миксере, образовывая мутный и почти непрозрачный круг.
Вайс даже не успел подумать — собственно говоря, его мысль только начала формироваться, когда боль пронзила его голову до самого затылка. И на этот раз она не ушла. Вайс почувствовал, как она въедается в его лицо. Под прозрачным пластиком мелькнуло что-то ярко-красное. Он впился двумя руками в маску и попытался оторвать ее от лица, но она держалась крепко — фиксатор на затылке не давал сдвинуть ее и на миллиметр. Стальной вихрь обрушился на незащищенное лицо и боли вдруг стало так много, что она перестала умещаться в сознании. Каждая пора кожи превратилась в залитую огнем дыру, совсем рядом с глазами что-то шипело, вращалось и терлось с металлическим присвистом.
Вайс заорал от неожиданности и тут же почувствовал, как к его губам прижалось что-то раскаленное и очень острое, почти сразу сточившее их начисто. Стальные осы тысячами впились в лицо, они пытались прогрызть его насквозь, каждая из них оглушительно жужжала и звенела.
— Вот ведь хрень… — он уставился на свое отражение в зеркале. С одной стороны он никогда не любил незнакомые приборы, да еще и собранные психом, с другой — чертовски неприятно будет появиться перед Блисс небритым. Она ведь, небось, приготовилась к встрече… Потом еще расскажет всем своим подругам, что ее кавалер не следит за лицом — потом три года позора не оберешься. Нет уж, побриться надо обязательно.
Кнопка включения нашлась почти сразу — просто небольшая серая пуговица. Рядом с ней была круглая шкала, вдоль которой шли длинным рядом цифры. Вайс нахмурился — разбирайся еще тут с этой железякой… Впрочем, несмотря на то основательное количество алкоголя, которое обосновалось в нем, он заметил, что это обычный числовой ряд — в одну сторону числа увеличивались, в другую уменьшались.
«Она еще и регулируется, — подумал Вайс, — Крутану-ка чуть. Чтоб кожа была как шелковая». Он крутанул колесико влево, не глядя на цифры, оно послушно затрещало. Помедлив немного, Вайс приложил маску-бритву к лицу сразу же стал похож на аквалангиста. Лезвия оставались без движения. Он защелкнул на затылке фиксатор, стал поближе к зеркалу чтобы все было видно и нажал на кнопку. У него это получилось с третьего раза — пальцы словно нарочно дрожали и отказывались подчиняться.
«И какого дьявола я пил сегодня, — успел подумать Вайс, — Только бы не оплошать позже, это уж будет слишком».
Бритва заработала с тихим мелодичным жужжанием, похожим на тонкий звон. Вайсу на мгновенье подумалось, что в этом звоне есть что-то пугающие, как в звоне приближающейся комариной стаи.
Щеки обдало ветерком, звон стал ближе и перерос в едва ощутимую вибрацию. Невидимые лезвия с хрустом смахнули щетину и щекотно прошлись по коже. Несколько секунд они терлись о его щеки, сильно, но не причиняя боли. Потом нажим стал чуть сильнее, лезвия теребили лицо под маской, не останавливаясь ни на секунду. Вайс подумал, что после этого он сможет не бриться добрую неделю. Только как бы… Острая боль, пронзившая левую скулу, заставила его рефлекторно поднять руку. Пальцы уперлись в твердую поверхность пластика. Вайс видел, как за прозрачной преградой в вихре мелькают лезвия. Они уже не были похожи на цветок, все лепестки растопырились и вращались быстрее чем в миксере, образовывая мутный и почти непрозрачный круг.
Вайс даже не успел подумать — собственно говоря, его мысль только начала формироваться, когда боль пронзила его голову до самого затылка. И на этот раз она не ушла. Вайс почувствовал, как она въедается в его лицо. Под прозрачным пластиком мелькнуло что-то ярко-красное. Он впился двумя руками в маску и попытался оторвать ее от лица, но она держалась крепко — фиксатор на затылке не давал сдвинуть ее и на миллиметр. Стальной вихрь обрушился на незащищенное лицо и боли вдруг стало так много, что она перестала умещаться в сознании. Каждая пора кожи превратилась в залитую огнем дыру, совсем рядом с глазами что-то шипело, вращалось и терлось с металлическим присвистом.
Вайс заорал от неожиданности и тут же почувствовал, как к его губам прижалось что-то раскаленное и очень острое, почти сразу сточившее их начисто. Стальные осы тысячами впились в лицо, они пытались прогрызть его насквозь, каждая из них оглушительно жужжала и звенела.
Страница 8 из 20
