Пуля вошла под левый глаз, разрывая череп на затылке. Враг умер мгновенно, пополняя ряды трупов в развалинах полуразрушенного, когда-то величественного небоскреба. Артем наслаждался смертями врагов…
41 мин, 47 сек 7300
Артем, наконец, вышел к своей улице. Вот виднеется родной дом. Старая саманная лачужка в красном свете казалась еще более убогой, чем была когда-то. Красная пелена не хотела покидать Артема, и это его напрягало, но он уже начал мириться с неизбежность этого. А еще с неизбежностью своей кончины. «Без рук жить никак нельзя. Это факт. — На ум сразу пришли слова Бало о каком-то кудеснике, который мог бы ему вернуть руки. — Бало идиот, если думает, что я приду к нему. Бало и Эдоми, два самых придурковатых типа, которых я когда-либо видел. Война нешуточно их потерзала видно. Они бы стали друзьями, наверно. Да и вообще мир стал каким-то странным. Сначала Госпиталь Черного Иуды. Как можно было вообще в честь Иуды назвать больницу? Бред сумасшедшего. Теперь исчезнувшая церковь. Допустим ее убрали сразу, после того как я ушел на войну. Зачем и почему? Это была старая церковь. Ей было не менее полтораста лет. И ее снесли? А может просто перенесли на другое место?»
Остановившись перед калиткой, Артем немного помедлил, предвкушая встречу с матерью, и вошел. Все тот же маленький уютный дворик, теперь казался совсем крохотным. Люди растут, и мир становится для них меньше. Это Артем понял еще на войне. Вот теперь и его родной двор стал для него мал. На фоне темно-красного дома аркой по тропинке расплетались черные лозы винограда. Черные листья винограда трепал едва уловимый, но до боли горячий ветерок. В саду цвели черные цветы, на красной земле. Трава тоже была черной, и все это накрывало сверху розовое небо. Артем подошел к двери и постучал в нее остатком правой руки. Сначала реакции не последовало, но через минуту он услышал приближающиеся шаги и скрип замка. От кого мама пряталась, Артем не знал, но понимал, что сейчас настали не спокойные времена. Хоть война и закончилась, слишком много чудаков она породила.
Дверь открылась, на пороге стояла мать. «Она постарела, — заметил Артем. — Наверное, обо мне думала». Женщина стояла на пороге с широко открытыми глазами. Одинокая слеза пробежала по ее щеке. Она уже ринулась было обнять сына, когда заметила его руки. Это на секунду привело ее в ступор, но Артем сам шагнул к ней, и она утопила его в своих объятиях.
— Как отец? — Спросил Артем, когда они вошли в дом и сели обедать. Мама сидела рядом с Артемом и кормила его с ложки супом. Как когда-то в далеком детстве. Она плакала, не пытаясь сдерживать своих эмоций, а его это словно резало ножом по сердцу. Сын вернулся с войны калекой, не способным даже сам поесть, не говоря уже о других вещах. Это было ужасно и не правильно.
— Он бывает у меня. — Ответила она сквозь слезы. — Он старается…
— Он опять бьет тебя? — Спросил Артем, видя как матери тяжело об этом говорить. Она ничего не ответила, подумала, бросила ложку и ушла. «Это плохо. Я теперь не смогу вразумить его. — Артем не знал, что ему делать. Как объяснить отцу, чтобы он не трогал мать. — Раньше я был с руками и мог постоять за нее. Что я могу теперь? Да ничего не могу». Пока Артем рассуждал, ему вдруг захотелось по нужде. «Этот еще не хватало». И тут же он услышал, как открылась входная дверь.
— Машка! — Послышался пьяный мужской голос из прихожей. Голос отца Артем бы никогда не перепутал с другим. — Ну, ты где прячешься, старая стерва? — Последние слова отец говорил, входя плывущей походкой на кухню. Заметив Артема, он остановился, шатаясь на одном месте и начал присматриваться в знакомое, изуродованное шрамами лицо. Признав в Артеме сына, он развел широко руки и радостно поплыл к нему в объятья, но, не пройдя и двух метров, рухнул на пол. До Артема дошел аромат проспиртованного дыхания вперемешку с жутким запахом пота. С третьей попытки отцу все же удалось встать на ноги. «Если бы он упал на меня, наверно раздавил бы», — подумал Артем, глядя на двухметрового детину, не меньше ста килограммов веса. Отец подошел к столу, вытащил из рукава бутылку с мутной жидкостью и громко поставил ее на стол.
— Артемка, наливааай! — Завопил пьяный отец, не заметив, что сын вернулся без рук.
На кухню робко вошла мать.
— А, вот ты где… — Переключил внимание отец с сына на нее. — Ты что это, прятаться от меня вздумала? А ну накрывай на стол. Сын вернулся. — Констатировал отец истину. Мать стояла неподвижно, пряча за спиной руки. — Машка, не зли меня. И давай поторопись. — Отец перевел взгляд на ошарашенного сына. — Мать твоя совсем дикой стала после твоего ухода. Приходится преподавать ей уроки. Иначе совсем одичает. — Видя, что ничего не происходит и мать по-прежнему стоит за его спиной, отец, шатаясь, встал. — Ты сама напросилась, сука. — Сказал он и замахнулся на жену. Реакция военной подготовки Артема не дала себя долго ждать, и он запрыгнул на спину пьяного верзилы. Тот, как ни странно, выстоял. — Ах ты, щенок! — Взревел он и одним движением скинул его с себя и швырнул к стене. «Сильный ублюдок». — Успел подумать Артем, прежде чем намочил штаны. Отец снова замахнулся на мать, но та уже держала в руке нож.
— Только посмей меня тронуть. — Сказала она, вытягивая нож перед собой.
Остановившись перед калиткой, Артем немного помедлил, предвкушая встречу с матерью, и вошел. Все тот же маленький уютный дворик, теперь казался совсем крохотным. Люди растут, и мир становится для них меньше. Это Артем понял еще на войне. Вот теперь и его родной двор стал для него мал. На фоне темно-красного дома аркой по тропинке расплетались черные лозы винограда. Черные листья винограда трепал едва уловимый, но до боли горячий ветерок. В саду цвели черные цветы, на красной земле. Трава тоже была черной, и все это накрывало сверху розовое небо. Артем подошел к двери и постучал в нее остатком правой руки. Сначала реакции не последовало, но через минуту он услышал приближающиеся шаги и скрип замка. От кого мама пряталась, Артем не знал, но понимал, что сейчас настали не спокойные времена. Хоть война и закончилась, слишком много чудаков она породила.
Дверь открылась, на пороге стояла мать. «Она постарела, — заметил Артем. — Наверное, обо мне думала». Женщина стояла на пороге с широко открытыми глазами. Одинокая слеза пробежала по ее щеке. Она уже ринулась было обнять сына, когда заметила его руки. Это на секунду привело ее в ступор, но Артем сам шагнул к ней, и она утопила его в своих объятиях.
— Как отец? — Спросил Артем, когда они вошли в дом и сели обедать. Мама сидела рядом с Артемом и кормила его с ложки супом. Как когда-то в далеком детстве. Она плакала, не пытаясь сдерживать своих эмоций, а его это словно резало ножом по сердцу. Сын вернулся с войны калекой, не способным даже сам поесть, не говоря уже о других вещах. Это было ужасно и не правильно.
— Он бывает у меня. — Ответила она сквозь слезы. — Он старается…
— Он опять бьет тебя? — Спросил Артем, видя как матери тяжело об этом говорить. Она ничего не ответила, подумала, бросила ложку и ушла. «Это плохо. Я теперь не смогу вразумить его. — Артем не знал, что ему делать. Как объяснить отцу, чтобы он не трогал мать. — Раньше я был с руками и мог постоять за нее. Что я могу теперь? Да ничего не могу». Пока Артем рассуждал, ему вдруг захотелось по нужде. «Этот еще не хватало». И тут же он услышал, как открылась входная дверь.
— Машка! — Послышался пьяный мужской голос из прихожей. Голос отца Артем бы никогда не перепутал с другим. — Ну, ты где прячешься, старая стерва? — Последние слова отец говорил, входя плывущей походкой на кухню. Заметив Артема, он остановился, шатаясь на одном месте и начал присматриваться в знакомое, изуродованное шрамами лицо. Признав в Артеме сына, он развел широко руки и радостно поплыл к нему в объятья, но, не пройдя и двух метров, рухнул на пол. До Артема дошел аромат проспиртованного дыхания вперемешку с жутким запахом пота. С третьей попытки отцу все же удалось встать на ноги. «Если бы он упал на меня, наверно раздавил бы», — подумал Артем, глядя на двухметрового детину, не меньше ста килограммов веса. Отец подошел к столу, вытащил из рукава бутылку с мутной жидкостью и громко поставил ее на стол.
— Артемка, наливааай! — Завопил пьяный отец, не заметив, что сын вернулся без рук.
На кухню робко вошла мать.
— А, вот ты где… — Переключил внимание отец с сына на нее. — Ты что это, прятаться от меня вздумала? А ну накрывай на стол. Сын вернулся. — Констатировал отец истину. Мать стояла неподвижно, пряча за спиной руки. — Машка, не зли меня. И давай поторопись. — Отец перевел взгляд на ошарашенного сына. — Мать твоя совсем дикой стала после твоего ухода. Приходится преподавать ей уроки. Иначе совсем одичает. — Видя, что ничего не происходит и мать по-прежнему стоит за его спиной, отец, шатаясь, встал. — Ты сама напросилась, сука. — Сказал он и замахнулся на жену. Реакция военной подготовки Артема не дала себя долго ждать, и он запрыгнул на спину пьяного верзилы. Тот, как ни странно, выстоял. — Ах ты, щенок! — Взревел он и одним движением скинул его с себя и швырнул к стене. «Сильный ублюдок». — Успел подумать Артем, прежде чем намочил штаны. Отец снова замахнулся на мать, но та уже держала в руке нож.
— Только посмей меня тронуть. — Сказала она, вытягивая нож перед собой.
Страница 7 из 12
