Тусклое, еле освещаемое помещение, облезлые стены, разбитые окна и тлетворно-сладкий запах свежего или уже подгнившего… мяса. Несколько рядов с лотками вырезки, вечно зазывающие торгаши. Обычный рынок — свинина, говядина.
12 мин, 13 сек 8011
Я никак не мог понять, что за ерунда там твориться.
— Мистер Хукс, вы же знаете, что я не могу дать вам эти сведения. Информация секретна, — еле слышно говорил Пакпао.
— Ты, что, придурок, не понял? — рычал Расти.
— Все ваши уловки с зараженными зомби, там в Тендерлоине, не срабатывают. «Триниста» не справляется с ситуацией в стране. Людей слишком много, они могут поднять восстание, а если это случиться, то и ваш притон накроется медным тазом.
— Я не могу вам помочь, мистер Хукс.
— Что ж, тогда мне очень жаль, Шин, — хмыкнул Расти.
— Твою руку. По столу рубануло что-то тяжелое, а кореец заорал во все горло.
— Какого черта, Хукс?! — крикнул Шин.
— Вы отрубили мне кисть руки!
— Я тебе еще не только это отрублю, урод, — рыкнул Расти и кажется, схватил Пакпао.
— И вообще, ты же знаешь, что я больше люблю медленно резать части тела, подвешенного на крюке. Кусок за куском.
— Чертов потрошитель! Ты совсем выжил из ума! — выл кореец.
— О, да, еще очень давно, а ты будешь…
Я не дослушал конца фразы. Меня начало мутить и странно шатало. Черт возьми, что еще со мной? Попытался сделать шаг, но тело не слушалось и, оступившись, я упал в обморок.
Что-то маячило наверху, прикрывая яркие лучи света. Все тело ныло от боли, будто меня весь день колотили молотком для отбивных.
— Очнись, кусок мяса, — кто-то бил меня по щекам.
Я хотел ответить, какого черта делает этот придурок, но неожиданно понял, что губы не разжимаются. Глаза тут же открылись. Я лежал на чем-то плоском, надо мной качался огромный ржавый крюк, руки и ноги в непонятных ремнях. Что за адская больница?
— Наконец-то пришел в себя, — прозвучал мужской голос.
Рядом со мной стоял Хукс. Опять этот псих. Надоел он мне сегодня за день. Я попытался сказать ему что-то, но вышло лишь мычание, а губы больно саднили. Мои глаза пытались рассмотреть рот, но тут в голове проскользнула мысль — он зашит. Я чувствовал привкус крови. Твою же! Что со мной сделал этот ублюдок?
— Не вырывайся, мой дорогой друг Роттен, — издевался Расти.
— Скоро все закончится. Вирус уже проник в твой организм.
До этого я не замечал, что локоть правой руки сильно отек и ноющая боль отдавалась по всему телу. Секунду другую и реальность сложилась перед глазами — зомбячка все-таки прокусила перчатку, а заодно и руку.
— Мистер Хукс, вы же знаете, что я не могу дать вам эти сведения. Информация секретна, — еле слышно говорил Пакпао.
— Ты, что, придурок, не понял? — рычал Расти.
— Все ваши уловки с зараженными зомби, там в Тендерлоине, не срабатывают. «Триниста» не справляется с ситуацией в стране. Людей слишком много, они могут поднять восстание, а если это случиться, то и ваш притон накроется медным тазом.
— Я не могу вам помочь, мистер Хукс.
— Что ж, тогда мне очень жаль, Шин, — хмыкнул Расти.
— Твою руку. По столу рубануло что-то тяжелое, а кореец заорал во все горло.
— Какого черта, Хукс?! — крикнул Шин.
— Вы отрубили мне кисть руки!
— Я тебе еще не только это отрублю, урод, — рыкнул Расти и кажется, схватил Пакпао.
— И вообще, ты же знаешь, что я больше люблю медленно резать части тела, подвешенного на крюке. Кусок за куском.
— Чертов потрошитель! Ты совсем выжил из ума! — выл кореец.
— О, да, еще очень давно, а ты будешь…
Я не дослушал конца фразы. Меня начало мутить и странно шатало. Черт возьми, что еще со мной? Попытался сделать шаг, но тело не слушалось и, оступившись, я упал в обморок.
Что-то маячило наверху, прикрывая яркие лучи света. Все тело ныло от боли, будто меня весь день колотили молотком для отбивных.
— Очнись, кусок мяса, — кто-то бил меня по щекам.
Я хотел ответить, какого черта делает этот придурок, но неожиданно понял, что губы не разжимаются. Глаза тут же открылись. Я лежал на чем-то плоском, надо мной качался огромный ржавый крюк, руки и ноги в непонятных ремнях. Что за адская больница?
— Наконец-то пришел в себя, — прозвучал мужской голос.
Рядом со мной стоял Хукс. Опять этот псих. Надоел он мне сегодня за день. Я попытался сказать ему что-то, но вышло лишь мычание, а губы больно саднили. Мои глаза пытались рассмотреть рот, но тут в голове проскользнула мысль — он зашит. Я чувствовал привкус крови. Твою же! Что со мной сделал этот ублюдок?
— Не вырывайся, мой дорогой друг Роттен, — издевался Расти.
— Скоро все закончится. Вирус уже проник в твой организм.
До этого я не замечал, что локоть правой руки сильно отек и ноющая боль отдавалась по всему телу. Секунду другую и реальность сложилась перед глазами — зомбячка все-таки прокусила перчатку, а заодно и руку.
Страница 4 из 4
