Тусклое, еле освещаемое помещение, облезлые стены, разбитые окна и тлетворно-сладкий запах свежего или уже подгнившего… мяса. Несколько рядов с лотками вырезки, вечно зазывающие торгаши. Обычный рынок — свинина, говядина.
12 мин, 13 сек 8010
Совсем отлично. Из-за воздействия вируса и ужасной жары, кости у таких зомби становятся слишком размягченными, но при определенной обработке из них получаются хорошие десерты. Кальций в костях вымывается не до конца, и придает блюду сладковатый привкус.
Осталось проверить это все на практике. В буклетах писали поверхностную информацию, поэтому я хотел сам увидеть товар. Мой многолетний опыт не раз выручал меня на торгах. В нашем мире никому нельзя доверять. Рассчитывать я мог лишь на свои возможности.
— Уважаемые покупатели! Торги начинаются, — прозвучал голос из динамиков.
Занавес приподнялся и на сцене, залитой светом, прикованная цепями к полу, дергалась в конвульсиях женщина-зомби. Она пыталась вырваться, но наручники только сильнее прорезали ее кожу на запястьях. Гортанный рык и оглушительный вой заполнили все помещение. Кто-то уже начал делать ставки, голос из динамиков повторял все новые цифры. Но я не спешил. Я пытался разглядеть кожу зомбячки. Сероватая, с легким коричневым оттенком, шелушиться, и лопается в некоторых местах. Что ж, она точно из южных резерваций. На пальцах рук и ног ногти давно сошли и вместо них образовались рубцы мякоти. Волосы на голове еще остались, но уже скоро начнется процесс выпадения. Женщина была заражена около 7 лет назад. Я наблюдал, как она изо всех сил пыталась вырваться из оков, истошно крича. В ней еще билась энергия. Сжиженная кровь бежала по телу, разгоняя адреналин. Очень хороший товар. Но тут я заметил, что под ее истерзанной одеждой не было запекшихся рваных ран. Я тут же щелкнул по счетчику огромную сумму денег. Эти идиоты-покупатели не понимают, что без порезов на теле нужно меньше обрабатывать его химикатами, а значит и меньше тратить времени на разделку. Да и мне были нужны хорошие куски не израненной плоти. Из динамиков ударил гонг.
— Продано покупателю под номером Z-3. Уважаемые участники аукциона ОфэлРемэйн, просим вас оставаться на своих местах, через несколько минут начнется мастер-класс по разделке тела.
Мои руки в перчатках по локоть. Я стоял за кулисами и завязывал на спине пояски прорезиненного фартука. Когда-то отец учил меня, как правильно это делать. Мы были с ним настоящими друзьями. Как-то раз мы вместе разделывали свинью, и он объяснял, как и где нужно давить, отрезать, пережимать, чтобы кровь не хлестала прямо в лицо. Хоть разделка человеческого тела и имела свои отличия, но основная техника оставалась неизменной.
Занавес приподнялся, и я подошел к столу, на котором уже лежал мой закованный товар. Мертвячка рычала, брызгая слюной, и вырывалась. Я отодвинул ее веко — зрачки расширены, по белкам ползут красно-синий прожилки капилляров. Все хорошо, сгодятся для закусок. Осмотрев все тело, взял кусачки и поочередно обрезал ее пальцы на ногах по фалангам. Замариную их в уксусе. Зомбячка кричит и орет. Она вся перетянута ремнями, как больная в психлечебнице. Я подхожу к столу, где лежат разные ножи, щипцы, скальпели. Ухмыляюсь, прямо здравствуй, инквизиция средних веков. Я помню, как в детстве боялся и в то же время любил рассматривать эти страшные картинки, где людей сажали на кол, четвертовали и вспарывали им животы, вынимая кишки для всеобщего обозрения. Гоню от себя мысли прошло и выбираю следующий инструмент. Вернувшись к зомби, замечаю, что она как-то притихла, лежит смирно. Ее кисть крепко обхватывает мою руку, но без желания сломать. Она просто дотронулась как человек. Я не понимаю ее действий и смотрю в глаза. Из них куда-то исчезла звериная жажда убивать, они просто уставились на меня с… испугом? Но это был лишь миг. Через мгновение глаза снова налились злобой, и зомбячка вцепилась в мой локоть гнилыми зубами. Я, быстро среагировав, резко вырвался из оков ее челюсти. Прыткая тварь оказалась! Осмотрев руку, не заметил никаких следов прокуса перчатки, только вдавленные следы от зубов. Вроде обошлось. Эта ошибка природы начала вырываться с новой силой, но я стянул жгуты на шее, руках и ногах крепче. Я вздохнул. Ничего уже нельзя вернуть. Битва за человеческие жизни давно проиграна. Я должен выполнять свою работу. На всякий случай обрезаю кусачками и пальцы рук. Крови почти нет. Она стала слишком густой, чтобы брызгать из ран. Зомбячка оставалась, если так можно сказать, пока жива. По организму еще циркулировали клетки вируса с эритроцитами, и именно это было самым важным. До момента смерти мясу необходимо впитать в себя как можно больше вирусных клеток. Из-за этого оно сохраняет в себе ту самую опасность заражения, которая так нравится моим чертовым клиентам. Взяв большой острый нож и разрезав плоть с сухожилиями во всех местах по суставам, я принялся отделять конечности от торса.
Наклонившись над раковиной, я торопливо умывался. Мне больше не хотелось находиться в этом гадком месте, где всюду меня преследовал трупный запах.
Я собирался убраться с ОфэлРемэйна, но, проходя мимо кабинета Шина Пакпао, услышал обрывки разговора.— … ни черта ты не понимаешь! — басил голос.
— Но, мистел…
— Хватит мямлить и говори нормально!
Осталось проверить это все на практике. В буклетах писали поверхностную информацию, поэтому я хотел сам увидеть товар. Мой многолетний опыт не раз выручал меня на торгах. В нашем мире никому нельзя доверять. Рассчитывать я мог лишь на свои возможности.
— Уважаемые покупатели! Торги начинаются, — прозвучал голос из динамиков.
Занавес приподнялся и на сцене, залитой светом, прикованная цепями к полу, дергалась в конвульсиях женщина-зомби. Она пыталась вырваться, но наручники только сильнее прорезали ее кожу на запястьях. Гортанный рык и оглушительный вой заполнили все помещение. Кто-то уже начал делать ставки, голос из динамиков повторял все новые цифры. Но я не спешил. Я пытался разглядеть кожу зомбячки. Сероватая, с легким коричневым оттенком, шелушиться, и лопается в некоторых местах. Что ж, она точно из южных резерваций. На пальцах рук и ног ногти давно сошли и вместо них образовались рубцы мякоти. Волосы на голове еще остались, но уже скоро начнется процесс выпадения. Женщина была заражена около 7 лет назад. Я наблюдал, как она изо всех сил пыталась вырваться из оков, истошно крича. В ней еще билась энергия. Сжиженная кровь бежала по телу, разгоняя адреналин. Очень хороший товар. Но тут я заметил, что под ее истерзанной одеждой не было запекшихся рваных ран. Я тут же щелкнул по счетчику огромную сумму денег. Эти идиоты-покупатели не понимают, что без порезов на теле нужно меньше обрабатывать его химикатами, а значит и меньше тратить времени на разделку. Да и мне были нужны хорошие куски не израненной плоти. Из динамиков ударил гонг.
— Продано покупателю под номером Z-3. Уважаемые участники аукциона ОфэлРемэйн, просим вас оставаться на своих местах, через несколько минут начнется мастер-класс по разделке тела.
Мои руки в перчатках по локоть. Я стоял за кулисами и завязывал на спине пояски прорезиненного фартука. Когда-то отец учил меня, как правильно это делать. Мы были с ним настоящими друзьями. Как-то раз мы вместе разделывали свинью, и он объяснял, как и где нужно давить, отрезать, пережимать, чтобы кровь не хлестала прямо в лицо. Хоть разделка человеческого тела и имела свои отличия, но основная техника оставалась неизменной.
Занавес приподнялся, и я подошел к столу, на котором уже лежал мой закованный товар. Мертвячка рычала, брызгая слюной, и вырывалась. Я отодвинул ее веко — зрачки расширены, по белкам ползут красно-синий прожилки капилляров. Все хорошо, сгодятся для закусок. Осмотрев все тело, взял кусачки и поочередно обрезал ее пальцы на ногах по фалангам. Замариную их в уксусе. Зомбячка кричит и орет. Она вся перетянута ремнями, как больная в психлечебнице. Я подхожу к столу, где лежат разные ножи, щипцы, скальпели. Ухмыляюсь, прямо здравствуй, инквизиция средних веков. Я помню, как в детстве боялся и в то же время любил рассматривать эти страшные картинки, где людей сажали на кол, четвертовали и вспарывали им животы, вынимая кишки для всеобщего обозрения. Гоню от себя мысли прошло и выбираю следующий инструмент. Вернувшись к зомби, замечаю, что она как-то притихла, лежит смирно. Ее кисть крепко обхватывает мою руку, но без желания сломать. Она просто дотронулась как человек. Я не понимаю ее действий и смотрю в глаза. Из них куда-то исчезла звериная жажда убивать, они просто уставились на меня с… испугом? Но это был лишь миг. Через мгновение глаза снова налились злобой, и зомбячка вцепилась в мой локоть гнилыми зубами. Я, быстро среагировав, резко вырвался из оков ее челюсти. Прыткая тварь оказалась! Осмотрев руку, не заметил никаких следов прокуса перчатки, только вдавленные следы от зубов. Вроде обошлось. Эта ошибка природы начала вырываться с новой силой, но я стянул жгуты на шее, руках и ногах крепче. Я вздохнул. Ничего уже нельзя вернуть. Битва за человеческие жизни давно проиграна. Я должен выполнять свою работу. На всякий случай обрезаю кусачками и пальцы рук. Крови почти нет. Она стала слишком густой, чтобы брызгать из ран. Зомбячка оставалась, если так можно сказать, пока жива. По организму еще циркулировали клетки вируса с эритроцитами, и именно это было самым важным. До момента смерти мясу необходимо впитать в себя как можно больше вирусных клеток. Из-за этого оно сохраняет в себе ту самую опасность заражения, которая так нравится моим чертовым клиентам. Взяв большой острый нож и разрезав плоть с сухожилиями во всех местах по суставам, я принялся отделять конечности от торса.
Наклонившись над раковиной, я торопливо умывался. Мне больше не хотелось находиться в этом гадком месте, где всюду меня преследовал трупный запах.
Я собирался убраться с ОфэлРемэйна, но, проходя мимо кабинета Шина Пакпао, услышал обрывки разговора.— … ни черта ты не понимаешь! — басил голос.
— Но, мистел…
— Хватит мямлить и говори нормально!
Страница 3 из 4
