Ящерица

Также бесполезно было уговаривать его вернуться в институт — Егор упрямо твердил, что не может думать об этом сейчас. Притом, глядел на Ярославну как безногий инвалид, которого заставляют бегать.

Сначала Ярославна жалела его, пыталась лаской унять душевную боль. Но от сочувствия Егор раскисал ещё больше. Тогда она старалась приободрить парня — тот безнадёжно вздыхал. Это с каждым днём начинало раздражать Ярославну всё больше и больше.

— Но ведь надо жить дальше! — чуть ли не с отчаянием воскликнула девушка. — Нельзя же так зацикливаться на проблемах.

Ответом ей был ещё один вздох:

— Не знаешь ты, что такое развод родителей…

И снова Ярославне пришлось услышать то, что за полторы недели она успела выучить наизусть: это тяжелейшая душевная травма, страшнее которой может быть только смерть родственника.

Закончив тираду о разводах, Егор принялся, как всегда, рассказывать о своём искалеченном детстве. Это стало для Ярославны последней каплей.

— Ты меня достал! — закричала она, вскакивая с места. — Взрослый мужик, а ноешь, как маленький!

С этими словами она кинулась в прихожую, спешно обулась, надевая куртку и, застёгиваясь на ходу, хлопнула дверью, оставив ошеломлённого Егора на диване.

На лестничной клетке девушка внезапно столкнулась с крупным мужчиной, по-видимому, соседом Егора.

— Ой, простите, — пробормотала она.

— Ничего страшного, — произнёс незнакомец с добродушной улыбкой.

Ярославна подняла глаза на мужчину и вдруг застыла на месте. Ей вдруг почудилось, будто перед ней стоит… Фуэнтес, тот самый, что героически погиб, спасая ребёнка. А она…

Чили. Сантьяго. Октябрь 1973 год

«Но почему мне никто не верит?» — с отчаянием думала Клотильда, бесцельно бредя по улице.

Как в далёком детстве, когда ей было шесть лет. Тогда маленькая Клоти, как обычно, взахлёб рассказывала подружке интересную историю, которая якобы случилась дома. И в первый раз услышала: «Всё ты врёшь!». Подружка была права — Клоти действительно всё это сочинила. Но всё же её недоверие обидело девочку. Потом эту же историю она рассказала другой подруге, прибавив ещё парочку интересных вещей. Ещё хотела рассказать о том, как её «несправедливо» обидела эта злючка Наталия. Но подруга вдруг резко оборвала её, спросив:«Тебе самой не надоело врать?». В тот вечер, глубоко задетая, Клоти глотала слёзы и жаловалась маме, что ей никто не верит. Мама в ответ погладила малышку по головке и сказала: «А ты говори правду. И тебе поверят».

Сейчас же она сказала чистую правду. И никто, никто ей не верит. Ортенсия, которую она искренне хотела спасти, смотрела на неё как на чудачку. А ведь Клотильда ей не врала. Как жаль, что несчастная убедилась в этом слишком поздно! Лишь по остаткам одежды Клотильда узнала, чей обглоданный скелет она нашла следующим утром.

Узнав, что у Ортенсии есть жених, и что зовут его Хосе Фуэнтес, девушка хотела разыскать его, чтобы сообщить печальную новость, но тут как раз начался переворот. На улицу в те дни выходить было опасно, и Клотильда осталась дома. Позже она узнала, что несчастный Хосе тоже погиб — на стадионе.

Отец жениха — сеньор Фуэнтес, похоже, не поверил ни единому слову, а ведь ему девушка тоже сказала правду. Почему?

Чем больше она задавала себе этот вопрос, тем назойливее стучалась в голову мысль, что в случае с Ортенсией она сама виновата. Зачем было ходить вокруг да около? Надо было сразу рассказать ей всё как есть. Рассказать о том, как на окраине Сантьяго у одной гулящей женщины родился необычный ребёнок: с хвостом, с перепонками между пальцами. Мать, только увидев своё дитя, тут же от него отказалась — выбросила на пустыре, где его подобрал один сумасшедший — магистр чёрной магии. Он жаждал власти над миром и быстро сообразил, что брошенный, отвергнутый людьми ребёнок может стать неплохим орудием.

Взяв девочку к себе, он воспитывал её, всячески культивируя в детской душе ненависть к людям. Он научил её время от времени принимать человеческий облик, хотя с годами она всё больше превращалась в ящерицу. Клотильда была уверена, что приёмный отец специально для этого поил девочку снадобьями.

Очевидно, он рассчитывал, что воспитанница станет его покорной рабой, но недооценил того коварства, которое сам же прививал ей с младых ногтей. Ящерица сама его использовала. После того, когда все тайны «благодетеля» стали ей известны, она хладнокровно убила его. Зачем он ей нужен теперь, когда она сама хочет владеть миром. Оставалось только съесть шестерых потомков Ивона Клири и провести кровавый ритуал. И после этого весь мир будет в её руках, а точнее, в лапах.

Вот о чём проговорилась тогда Алехандра, будучи без сознания. Медики, в том числе и тётя Клотильды, приняли это за бред: вот, мол, до чего доводит увлечение оккультизмом. Но Клотильда прекрасно знала, что этим её одноклассница не увлекалась. Она также знала и то, что Алехандра отчего-то избегает зеркал. И поверила. Когда же тётю нашли растерзанной, вера Клотильды укрепилась ещё больше.