Фандом: Ориджиналы. Теперь-то он сообразил, что ему напомнили необычные глаза Серхи: именно такой расцветки была добываемая на землях людей яшма — невзрачный полудрагоценный камень, который, однако же, обладал сильными свойствами, связанными с магией и магическими существами. У людей яшма являлась одним из основных камней для защиты любимых и слабых, а также для подпитки и равновесия энергии магов земли. А вот у демонов… Для демона из Песков Огненных Мантикор яшма была… погибелью.
232 мин, 1 сек 18233
Позволив себе всё же вздремнуть часок до рассвета, первое, что ощутил принц, проснувшись, — ночное происшествие не прошло для него даром. Такое чувство, что вся кровь сконцентрировалась в горячем, отяжелевшем паху, болезненно распирая стоящий колом член, а вдобавок к этому, во всём теле была приятная, сладостная слабость. Сейчас всё и все как будто ополчились против него — и пристрастие предаваться любовным играм именно с утра пораньше, едва пробудившись, и преспокойно спящий парень, выставивший из-под одеяла крепкую аппетитную задницу, с которой чуть сползли тонкие штаны, обнажив симпатичные ямочки на пояснице и начало ягодичной ложбинки… Будь на месте Серхи кто-то другой, Шандир не задумываясь прижался бы к его спине, зарылся носом в волосы и помог штанам окончательно соскользнуть с ягодиц, чтобы потом долго и сладко мучить кончиками пальцев чувствительное отверстие, одновременно дразня поглаживаниями член сонного любовника, но… в случае с Яспе было слишком много «но».
Вскочив с кровати, охотник яростно поплескал в лицо холодной водой, чтобы хоть немного прийти в себя, однако для успокоения взбесившегося тела пришлось сделать не один круг по небольшой комнате, сжимая кулаки и взывая к самообладанию. То ли дело было в давно сдерживаемом желании, то ли в притягательной беззащитности спящего Серхи, то ли в проклятых мыслях, что он, Сатори, желанен, но спуститься за завтраком демон смог лишь спустя ещё час, из которых всего пятнадцать минут потратил на одевание сложного многослойного кутара.
Тем не менее, в комнату принц вернулся уже полностью очистившийся от крамольных мыслей, как всегда, собранный и холодный. Поэтому даже бровью не повёл, когда, поставив на стол поднос с завтраком и оглянувшись, наткнулся на уже знакомый насмешливый взгляд яшмовых глаз.
— Доброе утро, — промурлыкал сбросивший одеяло Яспе, потягиваясь и демонстрируя весьма немаленькое возбуждённое естество, бесстыже выглянувшее из-под съехавшего к паху пояса штанов.
— Доброе, — прохладно бросил Шандир. Он снова повернулся к столу и стал расставлять тарелки с запеканкой, нарезанным сыром и выпечкой, ругая себя за то, что задержал взгляд на так нахально выставившемся чужом достоинстве.
Парень поднялся и стал умываться, отфыркиваясь, однако Сатори не оборачивался к нему до тех пор, пока тот, ворча что-то о «звенящих колокольчиках», не зашуршал одеждой. Демон уселся на табурет и отпил из молочного кувшина, посмеиваясь про себя — Серха выглядел на зависть бодрым, но то и дело болезненно морщился, поправляя в паху, и это не могло не радовать его, всё ещё чувствовавшего отголоски точно такой же проблемы.
— Что это ты так злорадно ухмыляешься, как змей подколодный? — подозрительно сощурился человек. — Подсыпал слабительного мне в запеканку?
— Ну почему сразу — слабительного? — усмехнулся Шандир. — Яду, чтоб уж наверняка.
Стащив с себя рубаху, Яспе хмыкнул и, перегнувшись через принца, заглянул в свою тарелку, дразнясь крошечным коричневым соском перед самым носом охотника.
— Ммм, вкуснятина! Обожаю картофельную запеканку! Так что даже не надейся, что я откажусь.
Он широко улыбнулся, а демон опустил взгляд на свою порцию, с тоскливой злостью предполагая — на какой по счёту день в обществе этого невозможного существа он сорвётся и помчится в ближайший бордель?
Завтрак, как и ужин, прошёл под аккомпанемент непрерывной болтовни Серхи, который при этом умудрялся уплетать за обе щеки, и Шандир всё больше убеждался — да, несносного парня хотелось ненавидеть, и даже очень, но… не получалось. Да, тот невыносимо раздражал несдержанной словесностью и тысячей вопросов, последовательность которых принц далеко не всегда мог проследить, а ещё неаккуратностью — то пьёт, капая молоком на голую грудь, то облизывает пальцы, испачканные в яблочном варенье, начиняющем булочки, но именно эта живость, эти энергичность и непосредственность придавали ему некую очаровательную нотку. Да, он до дрожи нервировал демона своим раздетым видом и запахом возбуждения, но вряд ли ему можно было поставить в вину, что охотник слишком давно не позволял себе нормально расслабиться, а потому выдержка теперь раз за разом давала сбой. В конце концов, даже то, что случилось ночью, сейчас не выглядело столь пошло, ведь открытого предложения так и не последовало — кто знает, не было ли поведение парня обычным для него и на самом деле ничего не значащим?
Шандир осознавал, что просто пытается убедить себя, однако ему было жизненно необходимо вернуть душевное равновесие, так опасно пошатнувшееся всего за какие-то сутки. «Не суди, да не судим будешь», вот и он решил пока не рубить сгоряча, для начала присмотреться к спутнику, а уж потом и выводы делать. Всё равно ему некуда деваться — награда за терпение чересчур желанна, а это путешествие может стать для Сатори неплохим испытанием на прочность — как ещё он узнает, каково это — иметь постоянного сопровождающего?
— … задумался?
Вскочив с кровати, охотник яростно поплескал в лицо холодной водой, чтобы хоть немного прийти в себя, однако для успокоения взбесившегося тела пришлось сделать не один круг по небольшой комнате, сжимая кулаки и взывая к самообладанию. То ли дело было в давно сдерживаемом желании, то ли в притягательной беззащитности спящего Серхи, то ли в проклятых мыслях, что он, Сатори, желанен, но спуститься за завтраком демон смог лишь спустя ещё час, из которых всего пятнадцать минут потратил на одевание сложного многослойного кутара.
Тем не менее, в комнату принц вернулся уже полностью очистившийся от крамольных мыслей, как всегда, собранный и холодный. Поэтому даже бровью не повёл, когда, поставив на стол поднос с завтраком и оглянувшись, наткнулся на уже знакомый насмешливый взгляд яшмовых глаз.
— Доброе утро, — промурлыкал сбросивший одеяло Яспе, потягиваясь и демонстрируя весьма немаленькое возбуждённое естество, бесстыже выглянувшее из-под съехавшего к паху пояса штанов.
— Доброе, — прохладно бросил Шандир. Он снова повернулся к столу и стал расставлять тарелки с запеканкой, нарезанным сыром и выпечкой, ругая себя за то, что задержал взгляд на так нахально выставившемся чужом достоинстве.
Парень поднялся и стал умываться, отфыркиваясь, однако Сатори не оборачивался к нему до тех пор, пока тот, ворча что-то о «звенящих колокольчиках», не зашуршал одеждой. Демон уселся на табурет и отпил из молочного кувшина, посмеиваясь про себя — Серха выглядел на зависть бодрым, но то и дело болезненно морщился, поправляя в паху, и это не могло не радовать его, всё ещё чувствовавшего отголоски точно такой же проблемы.
— Что это ты так злорадно ухмыляешься, как змей подколодный? — подозрительно сощурился человек. — Подсыпал слабительного мне в запеканку?
— Ну почему сразу — слабительного? — усмехнулся Шандир. — Яду, чтоб уж наверняка.
Стащив с себя рубаху, Яспе хмыкнул и, перегнувшись через принца, заглянул в свою тарелку, дразнясь крошечным коричневым соском перед самым носом охотника.
— Ммм, вкуснятина! Обожаю картофельную запеканку! Так что даже не надейся, что я откажусь.
Он широко улыбнулся, а демон опустил взгляд на свою порцию, с тоскливой злостью предполагая — на какой по счёту день в обществе этого невозможного существа он сорвётся и помчится в ближайший бордель?
Завтрак, как и ужин, прошёл под аккомпанемент непрерывной болтовни Серхи, который при этом умудрялся уплетать за обе щеки, и Шандир всё больше убеждался — да, несносного парня хотелось ненавидеть, и даже очень, но… не получалось. Да, тот невыносимо раздражал несдержанной словесностью и тысячей вопросов, последовательность которых принц далеко не всегда мог проследить, а ещё неаккуратностью — то пьёт, капая молоком на голую грудь, то облизывает пальцы, испачканные в яблочном варенье, начиняющем булочки, но именно эта живость, эти энергичность и непосредственность придавали ему некую очаровательную нотку. Да, он до дрожи нервировал демона своим раздетым видом и запахом возбуждения, но вряд ли ему можно было поставить в вину, что охотник слишком давно не позволял себе нормально расслабиться, а потому выдержка теперь раз за разом давала сбой. В конце концов, даже то, что случилось ночью, сейчас не выглядело столь пошло, ведь открытого предложения так и не последовало — кто знает, не было ли поведение парня обычным для него и на самом деле ничего не значащим?
Шандир осознавал, что просто пытается убедить себя, однако ему было жизненно необходимо вернуть душевное равновесие, так опасно пошатнувшееся всего за какие-то сутки. «Не суди, да не судим будешь», вот и он решил пока не рубить сгоряча, для начала присмотреться к спутнику, а уж потом и выводы делать. Всё равно ему некуда деваться — награда за терпение чересчур желанна, а это путешествие может стать для Сатори неплохим испытанием на прочность — как ещё он узнает, каково это — иметь постоянного сопровождающего?
— … задумался?
Страница 7 из 65
