А через неделю после дня св. Иоганна случился в землях бывшего баронства Циллергут миракль, многих в смущение повергший. Утром, едва взошло солнце, на пастбищный луг деревни Гросс-Танненбаумсдорф опустился с небес преогромный шар, четверти мили в поперечнике, серебристого цвета и сияющий столь ярко, что не было никакой возможности смотреть на него, не подвергая себя опасности лишиться зрения. Однако ж, как только шар коснулся земли, сияние его померкло…
23 мин, 58 сек 17611
А по ночам над зачарованным лугом до сих пор клубится светящийся оранжевый туман. Он то покрывает весь луг, подобно обычному туману, то сбирается в лощинах и выходит оттуда в виде столба высотою в два человеческих роста и шириною в четыре фута, и передвигается по ветру и против ветра. Известно, что некоторые удальцы входили в него, и многие пропадали без следа, а другие возвращались вполне здоровыми и не повредившимися в уме, но несравненно пугали всех способности, которые даровал им Враг. Они выходили из тумана, умея сочинять благозвучные стихи и прелестную музыку, каковую исполняли на различных музыкальных инструментах. Они приобретали дар прорицания и нелюдскую силу, позволяющей безоружному человеку в одиночку победить десятерых тяжеловооружённых рыцарей. Эти люди могли также летать по воздуху, и пребывать под водою сколь угодно долго, и проходить сквозь стены, и исцелять наложением рук, и творить иные чудеса. Спрошенные о том, что случилось с ними в оранжевом тумане и каким образом они приобрели свои изумления достойные качества, они не могли ничего ответить. Всё больше и больше является таких людей, превосходящих христиан хитроумием и силой, неуязвимых для меча и креста, разбредаются они по земле, внушая страх людям богобоязненным и соблазняя тех, кто некрепок в вере. Не есть ли они в самом деле предтечи Антихриста, не близится ли конец света? Господи! На всё воля Твоя!
Исписав тринадцатый лист пергамента, Ульрих Кёрхер перечитал написанное от начала до конца, остался им доволен, и лишь после этого позволил себе отложить перо и протереть утомлённые глаза. Было далеко за полночь, но спать не хотелось.
Ульрих подошёл к распахнутому настежь окну. Внизу шумел ночной Гамбург. За пару кварталов к западу что-то горело и ведьмами завывали полицейские сирены — турки и курды делили между собой немецкую землю. С другой стороны, приглушённая расстоянием, громыхала гала-дискотека. Слышался равномерный гул десятков тысяч автомобилей, прорезаемый звуковыми сигналами, голосами людей и другими звуками. Человеческий муравейник не засыпал ни на секунду…
Ульрих был доволен собой. Работа была проделана колоссальная, и в ближайшее время он должен был пожать плоды. А началось всё пару месяцев назад, когда он купил у какого-то наркомана потрёпанный древний фолиант. Поскольку в книге не хватало половины страниц, торчок продал её за бесценок — в блаженном неведении, что сбыл манускрипт Антония Циллергутского, известного среди историков средневекового хрониста. Причём именно этот манускрипт считался безвозвратно утраченным во время второй мировой войны. Ульрих Кёрхер — разносторонний юноша, увлекающийся историей, археологией, уфологией, Моникой Краузе, Снежаной Велчевой, веб-дизайном, хакингом и виндсерфингом — понял, что ему в руки досталось сокровище.
До того знаменательного дня он по много часов проводил в архивах, перебирая древние рукописи, где искал исторические свидетельства о визитах гостей из иных миров на нашу планету, искал и не находил. Более того — исторические свидетельства, на которые ссылались его более удачливые коллеги-соперники, оказывались плодом больного воображения. В указанных ими хрониках, в отмеченных местах ничего подобного не сообщалось. На смену первоначальному энтузиазму пришло неверие и разочарование. Всё чаще посещали его мысли, что уфология — учение, которому он посвятил немало времени и сил и даже написал несколько добротных аналитических статей — на самом деле лженаука, которая держится на дураках и жуликах. Внутренний кризис разрешился гениальным силлогизмом. Ульрих решил не бросать уфологию — занятие, сулящее сенсации, а вместе с ними деньги и славу — но заниматься ею по-другому. А именно — дать волю воображению, что при хорошей подборке «подтверждающих» фактов может принести успех. В это время он и приобрёл упомянутый манускрипт.
Для его целей (которые он поначалу осознавал весьма смутно) сия инкунабула подходила как нельзя лучше. В подлинности самой книги никто не усомнится — благо существуют хроники, ссылающиеся на неё. С другой стороны, содержание её никому доподлинно не известно. Наконец, в книге не хватает половины страниц, и потому отсутствие связи между отдельными её фрагментами никого не заставит подозревать подлог.
Исписав тринадцатый лист пергамента, Ульрих Кёрхер перечитал написанное от начала до конца, остался им доволен, и лишь после этого позволил себе отложить перо и протереть утомлённые глаза. Было далеко за полночь, но спать не хотелось.
Ульрих подошёл к распахнутому настежь окну. Внизу шумел ночной Гамбург. За пару кварталов к западу что-то горело и ведьмами завывали полицейские сирены — турки и курды делили между собой немецкую землю. С другой стороны, приглушённая расстоянием, громыхала гала-дискотека. Слышался равномерный гул десятков тысяч автомобилей, прорезаемый звуковыми сигналами, голосами людей и другими звуками. Человеческий муравейник не засыпал ни на секунду…
Ульрих был доволен собой. Работа была проделана колоссальная, и в ближайшее время он должен был пожать плоды. А началось всё пару месяцев назад, когда он купил у какого-то наркомана потрёпанный древний фолиант. Поскольку в книге не хватало половины страниц, торчок продал её за бесценок — в блаженном неведении, что сбыл манускрипт Антония Циллергутского, известного среди историков средневекового хрониста. Причём именно этот манускрипт считался безвозвратно утраченным во время второй мировой войны. Ульрих Кёрхер — разносторонний юноша, увлекающийся историей, археологией, уфологией, Моникой Краузе, Снежаной Велчевой, веб-дизайном, хакингом и виндсерфингом — понял, что ему в руки досталось сокровище.
До того знаменательного дня он по много часов проводил в архивах, перебирая древние рукописи, где искал исторические свидетельства о визитах гостей из иных миров на нашу планету, искал и не находил. Более того — исторические свидетельства, на которые ссылались его более удачливые коллеги-соперники, оказывались плодом больного воображения. В указанных ими хрониках, в отмеченных местах ничего подобного не сообщалось. На смену первоначальному энтузиазму пришло неверие и разочарование. Всё чаще посещали его мысли, что уфология — учение, которому он посвятил немало времени и сил и даже написал несколько добротных аналитических статей — на самом деле лженаука, которая держится на дураках и жуликах. Внутренний кризис разрешился гениальным силлогизмом. Ульрих решил не бросать уфологию — занятие, сулящее сенсации, а вместе с ними деньги и славу — но заниматься ею по-другому. А именно — дать волю воображению, что при хорошей подборке «подтверждающих» фактов может принести успех. В это время он и приобрёл упомянутый манускрипт.
Для его целей (которые он поначалу осознавал весьма смутно) сия инкунабула подходила как нельзя лучше. В подлинности самой книги никто не усомнится — благо существуют хроники, ссылающиеся на неё. С другой стороны, содержание её никому доподлинно не известно. Наконец, в книге не хватает половины страниц, и потому отсутствие связи между отдельными её фрагментами никого не заставит подозревать подлог.
Страница 5 из 8
