Запах роз после дождя

Когда кашель начал понемногу стихать, я попытался встать, что-то сказать, и вдруг… Меня словно изнутри прорезали ножом: чувствуя адскую боль, я снова схватился за грудь, и в этот самый момент у меня горлом хлынула кровь. Прямо на белоснежную ткань рубашки… По-видимому, у меня лопнул какой-то кровеносный сосуд, а то и несколько сразу. Чувствуя усиливающуюся слабость и боль, я больше не мог стоять на ногах и в конце концов, кашляя и задыхаясь уже от льющейся крови, я рухнул на пол. Когда меня унесли, я был уже без чувств. И что странно: последнее, что мне запомнилось — очень необычное выражение лица у одного из зрителей, сидевшего в первом ряду — он смотрел на меня, окровавленного и несчастного так, как хищник смотрит на попавшую в ловушку добычу. Тогда я еще не знал, что этот странный тип и станет тем, кто убьет во мне человека и создаст монстра.

Исповедь. Роковой выбор. (один).

Как бы это было ни парадоксально, но в тот момент, когда я падал на пол, задыхаясь от кашля и льющейся горлом крови, в душе я еще продолжал надеяться на лучшее, на то, что у меня есть пусть даже ничтожный шанс поправиться. Тогда я еще не подозревал о том, что совсем скоро у меня действительно начнется новая жизнь, совершенно отличная от той, которую я знал прежде. Нежный пастельный период моей юности и романтики был практически окончен. Совсем скоро должен был начаться ярко-красный.

Не помню точно, когда именно я очнулся после случившегося — кажется, это произошло спустя несколько часов, поскольку к тому времени я уже лежал на своей постели, а заботливая сестра милосердия за мной ухаживала. Так или иначе, придя в себя, я ощутил очень сильную слабость и привычную боль в груди, свидетельствующую о том, что мои дела еще больше ухудшились. Впрочем, молоденькая сестра была иного мнения, она даже попыталась убедить меня, что все обойдется, если ближайшую неделю я проведу в состоянии полного покоя, во избежании повторных кровотечений. После чего девушка посоветовала мне уснуть и вышла из комнаты. Я попробовал последовать ее совету, однако в ту ночь мне было не суждено заснуть.

Прошло меньше чем полчаса с того момента, как я прикрыл глаза, и вдруг я услышал тихий дверной скрип, а сразу после этого ощутил неприятный холод, которым повеяло прямо в мою сторону. Убедившись, что все это мне не мерещится, я открыл глаза, медленно приподнялся на кровати и… Не поверил своим глазам.

Прямо рядом со мной стоял тот самый странный человек, которого я видел в зале перед тем, как лишиться чувств. Внешне он казался истинным аристократом: ухоженным, изысканно одетым и весьма привлекательным благодаря своим достаточно длинным светлым волосам и пронзительно синим глазам. Но было в его облике и нечто такое, что сразу отталкивало, что делало его несколько пугающим. А именно — его все столь же хищное выражение лица и кривоватая улыбка, которой он меня одарил, как только я на него взглянул.

— Bonjour, monsieur. — сказал гость, продолжая смотреть на меня взглядом льва, увидевшего антилопу.

— Как ваше нынешнее самочувствие?

— Вы… Как вы сюда попали? — немного неуверенно ответил я вопросом на вопрос.

— Это не столь значимо сейчас, я не всегда появляюсь через парадную дверь… Мне нужно было снова тебя увидеть.

Странно, но тогда я даже не заметил, как вошедший перешел на «ты» — я по-прежнему не мог отвести взгляд от его лица. Но говорить я, к счастью, еще был способен.

— Для чего вам нужно было меня увидеть? И так уже всем известно, что я болен и вряд ли встану с постели в ближайшее время.

— Это очевидно, ты прав. Однако я вижу, что тебе самому не слишком нравится такое положение дел. И к тому же… (наклонившись) Поверь, я видел эту болезнь тысячи раз, и могу сразу сказать, что у тебя она безнадежна. Сейчас крови нет, но очень скоро, возможно, даже завтра она снова появится, затем еще раз и еще. А после… Тебе останется лишь покаяться во всех грехах и с миром отойти на тот свет. И это произойдет не позже чем через неделю, мой дорогой…

В тот момент я, несмотря на слабость, сильно возмутился.

— Да как ты смеешь! Нельзя так насмехаться над больным человеком!

— Я вовсе не насмехаюсь над тобой. — снисходительно ответил незнакомец.

— Я говорю чистую правду. Ты протянешь еще от силы шесть суток, а затем умрешь. Умрешь в безвестности и расцвете лет, словно увядший в песке цветок… Не правда ли это трогательно?

— Что вам от меня нужно? — упавшим голосом спросил я.

— Позлорадствовать над талантливым, но обреченным музыкантом? Вы для этого сюда пришли?

Лицо незнакомца стало еще более зловещим. Теперь он решил наконец раскрыть истинную цель своего визита. Я мог предположить всю чудовищность его намерений и полагаю, что в свое время поддался им исключительно по причине своего плохого самочувствия, будь я тогда здоров, все этого могло бы не случиться. Увы, когда человек болен, он гораздо более внушаем, особенно в случаях, если речь идет о его жизни. И я не был здесь исключением.

— Собственно, от тебя мне ничего в принципе не нужно, это я тебе, скорее нужен сейчас.