Зловещие сладости

Я со своим братом сидела на диване, который упирался в стенку, а над нами как раз висела голова Домового. Мы на него не обращали внимания, и не замечали его, а просто тихо сидели ели большое количество конфет и смотрели наши самые любимые мультики. Вдруг мой брат, Максим, услышал какие-то звуки, причём это была речь, немного не разборчивая для моего брата, я потом тоже услышала, потому что звуки были усиленными. Услышала я такие слова: «Не отдашь конфеты — зарежу и съем!» Я подумала, что мне это мерещится, но потом всё же убедилась в справедливости этих звучаний и быстро спрыгнула с кровати вместе с братом. Мы одновременно крикнули: «СГИНЬ!». И тут лицо Домового стало становиться всё злее и злее, только мы захотели сесть обратно на диван, как сразу же услышали ту же фразу: «Не отдашь — зарежу!» — мы быстро отошли к двери. Посмотрели на лицо, а глаза его горели красным пламенем и раздавался зловещий смех. Потом снова услышали ту фразу, а под головой Домового было такое маленькое углубление похожее на гнездо, только в миниатюре. Мы тут же поднесли каждый по четыре конфеты и положили туда.

Потом мы захотели выбежать быстро, но тут опять услышали угрозу, и пошли положили всю вазу с конфетами на полочку, которая бала прям в впритык к Домовому. Потом мы отвернулись и хотели уже бежать, и тут полка обвалилась, а все конфеты исчезли. Мы испугались и побежали со всех ног, и не заметили, что складной ножик с полки исчез. Испугались ещё больше и закричали, нас, конечно же, никто не услышал, зато услышал Домовой, и кинул в нас ножик. Вы, наверное, спросите как, если у него была только голова, но в этот момент у него появились силуэты рук.

Он промахнулся, и забрал этот нож своими длинными руками и кинул ещё раз и попал моему брату в шею. Нож же проскользнул, но всё же задел сонную артерию, я испугалась и хотела побежать быстро за помощью, а в этот момент мой брат истекал кровью. Но тут Домовой и в меня кинул и попал в мою ногу. Я еле вытащила нож из ноги, потому что стрелок был сильным. Я закричала что есть силы, и тут прибежала мама с бабушкой.

Нас отвезли в больницу. Брата успели спасти и он выжил, а вот моя нога болела долго и очень сильно. Когда мама с бабушкой приехали нас навещать, они спросили у меня, что случилось. Я рассказала всю историю, но мне не поверили, и хотели спросить у Максима, но в это время он был в коме, но живой. Бабушка подумала, что это сделала я, просто между мной и Максимом была большая конкуренция, и как раз нашла время, когда взрослых не было. А для убедительности и себе в ногу воткнула. Потом, когда брат очнулся, у него спросили, что произошло, но он ответил тоже самое, что и я, и мама с бабушкой растерялись.

Вот я уже выросла и мой брат тоже. Они спрашивали у нас о произошедшим каждый год и получали всё один и тот же ответ. И за всё это время им всё же пришлось нам поверить, и бабушка, летом, когда приехала на дачу, сняла голову этого Домового и сожгла. После этого всё было хорошо, но всё же эту жуткую историю я забыть не могу.