— Не подпускай к себе людей. Не доверяй человеческим дочерям. Они ночью прильнут, а утром предадут. Ты для них враг. А если полюбишь какую-нибудь из них — убей. Растерзай ее белое тело, сожги, развей пепел над морем. Вырви из сердца. И забудь. Только так сохранишь свою жизнь, и род наш сохранишь… — говорила мать маленькому Элу. Ее желтые глаза вспыхивали при этих словах, и в них читалась непереносимая боль и неизмеримая печаль, а еще страх, от которого холодно и тоскливо, словно в склепе, становилось в их теплом уютном доме. Тогда сердце Эла сжималось от того, что его мать так страдает и так боится.
Хайо«Тэн часто бывал среди людей, принимая их образ. Ему нравилось наблюдать за ними. Порою он прилетал ко мне и вдохновленно рассказывал о дивных обычаях, о песнях, которые они пели, о кострах, что они зажигали в ночи. Я слушала и хмурилась, потому что сердце мое чуяло неладное. Но мой сын попался в сети людских страстей. Таким уж он был — пламенным, умеющим любить и ненавидеть. Может и ты таков, мой Эл…»
И вот однажды Хайо«Тэн улетел надолго в людские земли. Каждый день я поднималась в небо, кружа над горами, надеясь увидеть его силуэт, но его все не было. Он вернулась через много дней, принеся с собою человеческую девушку, хрупкую, как весенний цветок.»
— Зачем тебе увядающая трава, когда вокруг драгоценные камни? — спрашивала я, говоря о дочерях своего народа. Но он лишь засмеялся:
— Камни холодны, матушка, а цветы источают дивный аромат, который волнует меня.
Она жила среди нас. Чужая. Не понятая и не понимающая. Слова любви шептала она моему сыну, но в сердце вынашивала предательство. Ведь люди лживы и непостоянны.
— Никого нет сильнее тебя, — говорила Хайо«Тэну эта женщина, — но мои соплеменники того не знают, глупцы, и славят некого воина, похваляющегося, что сразит Змéя.»
— Так она опутала моего сына, разожгла в нем пламя.
— Не бывать такому! Не похваляться человеку победой над драконом!
— Хайо«Тэн возревновал, возжаждал битвы. Много лет он не знал противника, равного ему.»
— Я сражусь с тем воином, испытаем каждый свою силу.
Хайо«Тэн взял с собой человеческую дочь, вернулся в страну людей и вызвал на бой хвалившегося. Как не уговаривала я сына остаться, он не послушал.»
И тогда я полетела к Великому Кругу Камней, и взмолилась, чтобы они показали мне сына — душа моя предчувствовала надвигающуюся беду. Я видела его сражение с человеческим воином так, словно стояла рядом — в двух шагах, но с трудом узнавала своего славного сына, он шатался, как пьяный, и бродил, как слепой. Удары его были всемеро слабее, чем когда-либо раньше. Будто кто забрал его силу, а вместо наделил силой ребенка.
Великий непобедимый дракон, носитель пламени, наделенный крыльями, способный лететь сквозь ураган, Смеющая Буря — слабел и истекал кровью под ударами хрупкого человека. Копье в руке врага, похожее на тонкий прутик, разило бронь чешуи, словно то была мягкая кожа. И не было в Хайо«Тэне силы, чтобы извергнуть огонь и превратить в пепел противника, а вместе с ним всех его сородичей, собравшихся, чтобы посмотреть на кровь. Не стало мощи в его крыльях, чтобы подняться в небо.»
Я плакала и стенала, глядя, как убивают моего сына, будто бы дикого зверя загнали в угол охотничьи псы. Я видела, как он упал и больше не поднялся. Мой крик слышало все драконье племя, и мою сердечную боль почувствовал каждый.