Змей

— У тебя был брат — прекрасный, словно утренняя заря, сильный, как вознесшаяся к небу скала, и бесстрашный, будто ураганный ветер. Имя его — Хайо«Тэн, что означает Смеющаяся Буря, ибо такова была его душа. Он летал так высоко, что мог достать до звезд. Побеждал во всякой битве, какая ему случалась, и был непобедим. Враги трепетали перед ним, а друзья чтили его. Мое же сердце гордилось, радуясь за сына.» Он, как солнце плывет по небу. Путь его будет успешен. И никому не удастся затушить его пламя«— думала я, любуясь им. Но не суждено было сбыться моим надеждам. Хайо» Тэн ни в чем не знал отказа, любая из дочерей драконьего народа готова была отдать ему сердце, только он искал другого. Тогда, младший мой сын, мы жили не здесь, не в этих темных пещерах, прячась, будто черви в недрах земли. Владения драконов простирались от бескрайнего океана до гор, упирающихся в небо. И красота этой земли ни с чем не была сравнима. Бурные потоки, озера с прозрачной водой, цветущие луга и зеленые леса. Мы жили счастливо и свободно, не страшась ничего. А за горной грядой находилась страна людей — созданий странных, живущих так мало, но желающих так многого: и славы, и бессмертия, и несметных сокровищ. Кто мог утолить их жажду крови? Или насытить их алчность? Но в те дни мы ничего о них не знали, они казались нам безобидными и забавными, словно дети.

Хайо«Тэн часто бывал среди людей, принимая их образ. Ему нравилось наблюдать за ними. Порою он прилетал ко мне и вдохновленно рассказывал о дивных обычаях, о песнях, которые они пели, о кострах, что они зажигали в ночи. Я слушала и хмурилась, потому что сердце мое чуяло неладное. Но мой сын попался в сети людских страстей. Таким уж он был — пламенным, умеющим любить и ненавидеть. Может и ты таков, мой Эл…»

И вот однажды Хайо«Тэн улетел надолго в людские земли. Каждый день я поднималась в небо, кружа над горами, надеясь увидеть его силуэт, но его все не было. Он вернулась через много дней, принеся с собою человеческую девушку, хрупкую, как весенний цветок.»

— Зачем тебе увядающая трава, когда вокруг драгоценные камни? — спрашивала я, говоря о дочерях своего народа. Но он лишь засмеялся:

— Камни холодны, матушка, а цветы источают дивный аромат, который волнует меня.

Она жила среди нас. Чужая. Не понятая и не понимающая. Слова любви шептала она моему сыну, но в сердце вынашивала предательство. Ведь люди лживы и непостоянны.

— Никого нет сильнее тебя, — говорила Хайо«Тэну эта женщина, — но мои соплеменники того не знают, глупцы, и славят некого воина, похваляющегося, что сразит Змéя.»

— Так она опутала моего сына, разожгла в нем пламя.

— Не бывать такому! Не похваляться человеку победой над драконом!

— Хайо«Тэн возревновал, возжаждал битвы. Много лет он не знал противника, равного ему.»

— Я сражусь с тем воином, испытаем каждый свою силу.

Хайо«Тэн взял с собой человеческую дочь, вернулся в страну людей и вызвал на бой хвалившегося. Как не уговаривала я сына остаться, он не послушал.»

И тогда я полетела к Великому Кругу Камней, и взмолилась, чтобы они показали мне сына — душа моя предчувствовала надвигающуюся беду. Я видела его сражение с человеческим воином так, словно стояла рядом — в двух шагах, но с трудом узнавала своего славного сына, он шатался, как пьяный, и бродил, как слепой. Удары его были всемеро слабее, чем когда-либо раньше. Будто кто забрал его силу, а вместо наделил силой ребенка.

Великий непобедимый дракон, носитель пламени, наделенный крыльями, способный лететь сквозь ураган, Смеющая Буря — слабел и истекал кровью под ударами хрупкого человека. Копье в руке врага, похожее на тонкий прутик, разило бронь чешуи, словно то была мягкая кожа. И не было в Хайо«Тэне силы, чтобы извергнуть огонь и превратить в пепел противника, а вместе с ним всех его сородичей, собравшихся, чтобы посмотреть на кровь. Не стало мощи в его крыльях, чтобы подняться в небо.»

Я плакала и стенала, глядя, как убивают моего сына, будто бы дикого зверя загнали в угол охотничьи псы. Я видела, как он упал и больше не поднялся. Мой крик слышало все драконье племя, и мою сердечную боль почувствовал каждый.

И тогда я взглянула на лицо той женщины, что была ему женой. Не было слез в ее глазах, горе не омрачило ее чело. Она улыбалась. Она поцеловала победившего воина и с презреньем плюнула на тело моего сына. Я поняла, что случилось. Я узнала, как смог слабый ничтожный человек сразить великого Змея. Человеческая дочь опоила его… Живя среди нас, она училась, и никто ей не возбранял, она узнала наши тайны, а мы — исполненные мудрости, но доверчивые, будто глупые дети, не скрыли от нее наших слабостей. Что может сделать это слабое существо, чья жизнь — мгновение, вода, убегающая сквозь пальцы, против нас, которые, словно скалы, века смотрим на этот мир сверху вниз. Но вода точит камень. Волна прогрызает туннели в крепкой породе. Так и люди…