Знакомьтесь — это голос

Я застонала. Лиза. Она все-таки пришла.

— А мое желание учитывается?

— К сожалению, нет. — безэмоционально прорекла Надежда.

— Скажите, что я бешеная и она сбежит. — насилу улыбнулась я.

Она покачала головой и позвала санитаров.

Они, сняли с меня эту ужасную «паутину» и мне позволили пойти умыться. Правда до ванной я должна была дойти с одним из них. Там уже с разрешения доктора (как не буйный пациент) я могла остаться ненадолго сама. Меня это раздражало и угнетало. К тому же, ужасная мелодия откликалась в памяти тревогой. Почистив зубы и приняв душ, мне искренне не хотелось выходить с этой облупленной и противной ванной. Там меня ждала кровать с фиксаторами (хоть и только на время сна), а еще милая сестрица, которая меня сюда приволокла. Если попробовать не спать, я смогу освободиться с сети этих кошмаров. Но так я умру от истощения, наверно.

Я нехотя вышла в коридор, где в сопровождении того же санитара пошла к своему месту заключения. Из палат слышались вои, крики, стук. Лиза уже сидела на стульчике возле кровати. Увидев, что я вошла, она схватилась на ноги.

— Аня, как ты, тебе лучше? — наивным голоском спросила она.

И тут меня понесло.

— Да. Да, мне лучше. Видишь эту кровать? Теперь меня каждую ночь к ней будут приклеивать. Слышишь эти прекрасные звуки? Это голоса моих друзей. Да, а как ты думала? Мне лучше! А сны? Сны отлично. Тот, кому принадлежит голос все ближе и ближе ко мне. Послушай, — зарычала я, сцепляя зубы, — ты не обязана ко мне приходить. Я же вижу, ты не хочешь.

Она немного отошла от меня.

— Тебе будет здесь лучше… Я даже не говорила родителям, что бы не нервничали… Ты вот-вот вылечишься. И тебя выпишут. Вот твои вещи. — указала она на сумку рядом с кроватью.

— Я должна идти. Тебе здесь будет лучше… пойми.

— И она чуть ли не выбежала за дверь, оставив меня наедине. Санитар закрыл за ней дверь.

Я открыла сумку. Моими вещами оказались несколько художественных книг, учебники и тетради (меня предупреждали, что я здесь буду продолжать заочно учиться — ведь мне в мае сдавать экзамены и выпускаться из школы… если выпишут, конечно), а еще, к моему удивлению… вещь, которую я нашла перед своим днем рождения на чердаке, когда лазила туда за старыми стульями для гостей — старинная шкатулка. Наверно, Лиза нечаянно положила ее сюда.

Я запихнула все назад, кроме нового романа. И принялась читать, пока не принесли на обед суп, похожий на помои. Съев пару ложек, я отодвинула тарелку. Послышался звук открытия двери и зашел Андрей, один, без своей начальницы.

— Не хочешь погулять во дворе?

— Разве мне можно? — сердито сказала я.

— Тебе разрешили. — сочувственно посмотрел он на мой обед.

— Я не люблю гулять одна. Тем более здесь. Мне страшно. — призналась я.

— Я могу составить тебе компанию. У меня перерыв.

Я открыла рот в недоумении. Но сразу же закрыла.

Как можно отказываться вырваться отсюда на улицу? Хоть и ненадолго.

— Так что, не идешь? — вглядывался он в мое лицо.

— Иду конечно! — воскликнула, вскочила я с кровати.

— Я что, похожа на психнутую?

Он криво улыбнулся, пропуская меня в двери.

От палаты до выхода мы шли молча. На вопросительные взгляды медсестер он едва заметно кивал.

— Наверно, не часто здесь пациенты разгуливают. — заметила я.

— Есть несколько людей, которым позволено. — ответил Андрей, когда мы оказались на дорожке, которая вела в небольшой парк за больницей.

— Я слышал, твоя встреча с сестрой прошла не очень тепло?

— Я накричала на нее. — вспомнила я, стараясь не выказывать ни агрессии, ни обиды.

— Думаю, она хотела как лучше. — твердо, но тихо сказал он.

— Чем стало лучше? Все продолжается. Да, я в четырех стенах. Да, я под присмотром. Но мне не помогает это. Я дальше… — я даже не заметила, как мы остановились, а мои глаза наполнились слезами, — его слышу.

— Настоящее лечение еще и не начиналось. Ты прибыла сюда только вчера. Сегодня вечером тебе сделают анализы и уже за пару часов начнем курс лечения. Твоя сестра подписала разрешение. — уверенно посмотрел на меня парень.

Мы пошли дальше, опять молча. Не знаю сколько так гуляли, но воздух был свежий и мне стало спокойней.

— Закат красивый. — наконец сказала я, смотря на красноватое небо.

— Я люблю осеннее солнце. Оно загадочное. А сейчас… 18 ноября.

Он грустно улыбнулся мне в ответ.

— Пора возвращаться. Холодно. Мой перерыв заканчивается, — кивнул Андрей в сторону здания.

И мы, шутя, стали приближаться к больнице.

Я пытаясь удержать повышенное настроение, шагала, высматривая звезды, хотя еще не было темно.

Он, похоже, размышлял о чем-то.

Я как-то пропустила мимо ушей слова об анализах и аж когда меня привели в комнату и поднесли к руке шприц, вздрогнула. Это было терпимо. Намного больнее было, когда уже в моей палате мне в ту же руку вводили лекарство. В голове закружилось, я, задыхаясь, закрыла глаза.

— А сколько раз на день мне его будут колоть? — все еще с закрытыми глазами прошептала я.

— Утром и вечером, Аня. — ответила, выходя из комнаты, Надежда.