Фандом: Сотня. Тяжело менять образ жизни, еще тяжелее менять себя под этот образ, но когда внезапно понимаешь, что ты не просил, а тебя уже изменило, — это может оказаться еще тяжелее. Очередная часть цикла про Кольцо, постчетвертый сезон, АУ к пятому.
42 мин, 50 сек 14325
В пустой каюте Джона не оказалось. И в их с Беллом тоже, Эхо тихонько заглянула: Эмори и Ро мирно спали на постели — может, кормить малыша надо будет и не так скоро, как она думала, пусть спит, — а в открытую в спальню дверь было видно, что кровать там пустует. В гидропонном в кресле у приборной панели дремал одинокий Монти, но приборы показывали нормальные цифры, и Эхо не стала его будить. В мастерской тихонько что-то бормотала Рейвен, то ли уговаривая какую-то деталь слушаться, то ли решая очередную задачку из серии «что и как починить завтра». Рейв часто засиживалась допоздна, когда все уже спали, Эхо знала, — той словно нужно было меньше часов сна, чем остальным.
В столовой было чисто, тихо и пусто.
Джон обнаружился в зале. Эхо незамеченной постояла в дверях, наблюдая, как он с ее мечом пытается воспроизвести тот самый замах и удар, которыми она его чуть не убила парой часов раньше. Выглядело даже не очень плохо: правильно поставить ему руку и потренировать с полгодика — глядишь, научится меч держать и отражать простые удары. И вообще, он красиво смотрелся с клинком.
В один из разворотов Джон оказался лицом к двери и замер, опустив руку с мечом, глядя на Эхо слегка растерянно, как будто его поймали за чем-то запрещенным, а она внезапно поняла, что не знает, что сказать. «Продолжай, только локоть держи тверже»? «Спасибо, что помог нам с Беллом»? Может, стоит извиниться, что каюту его заняли? Пауза слегка затянулась, и Джон первым встряхнулся. Развернулся, аккуратно положил меч обратно к рейкам и, не оглядываясь, поинтересовался:
— Ну как? Все нормально? Белл дрыхнет, конечно? Ничего, я в той пустой каюте переночую, не страшно, возвращайся к нему.
Эхо вздохнула, подошла к нему почти вплотную и сказала в упрямый стриженый затылок, стараясь не думать, что может ошибаться:
— Я помню, что обещала. Но думала, что тебе это не нужно больше…
Теперь упрямо каменел не только затылок, но и плечи, и прямая-прямая спина.
— А сейчас мне показалось, что все-таки нужно.
— А тебе? — дернул вдруг плечом Джон и резко повернулся, так что Эхо еле устояла на месте, чтобы не отшатнуться от пронзительного взгляда его сузившихся глаз. — Знаешь, будет достаточно простого «спасибо», не стоит перегибать.
Эхо все-таки сделала шаг назад. Он что, считает, что она просто хочет его так отблагодарить? Просто вместо «спасибо»? За кого он ее принимает-то? За девчонку с постоялого двора, которая за еду готова…
Наверное, на ее лице снова все было написано большими буквами, потому что Джон смутился и словно оттаял. Только это до сих пор невиданное ею зрелище — смущенный Джон Мерфи — и заставило ее промолчать и остаться на месте.
— Извини, — отрывисто сказал он и помотал головой. — Я идиот, я знаю. Прости.
Оскорбляться и уходить с разворота было уже глупо. Не при виде непривычно растерянного Джона и не после его извинений. Но что сказать и что сделать — Эхо точно не знала. Будь прокляты эти непонятные отношения скайкру! В Азгеде она в такую ситуацию никогда бы не попала, там мужчина точно знает, что надо делать, когда к нему вот так приходит женщина…
— Возьми меч, — сказала она, наконец. И по слегка удивленному, но прояснившемуся лицу Джона поняла, что, по крайней мере, не ошиблась в направлении. — Не так!
Эхо уверенно — уж это-то она умела — положила свою руку поверх его, заставляя поменять положение пальцев на рукояти, кисти и локтя.
— Спину держи прямо. Корпус разверни. — Ее вторая рука легла на левое плечо Джона, слегка разворачивая в нужную сторону, и уже не отпустила, скользнула ладонью по плечу вниз, к свободному запястью; теперь они стояли рядом, почти касаясь друг друга. — Эту руку расслабь, но не болтай ею в воздухе. Соберись. Ты должен всем телом следовать за мечом, стать его продолжением… или он — твоим.
Эхо сотни раз показывала эти первые стойки и простейшие движения своим ученикам — но даже с Беллом ей в свое время не было так трудно сконцентрироваться. Может быть потому, что они занимались этими уроками после секса. А не вместо. И с ним она не чувствовала такой опасности от прикосновений — опасности переступить черту, которую сама же сейчас провела между ними. Потому что с Беллом она не боялась переступать никакие границы, да их уже к тому времени и не было.
А с Джоном все было не так.
В столовой было чисто, тихо и пусто.
Джон обнаружился в зале. Эхо незамеченной постояла в дверях, наблюдая, как он с ее мечом пытается воспроизвести тот самый замах и удар, которыми она его чуть не убила парой часов раньше. Выглядело даже не очень плохо: правильно поставить ему руку и потренировать с полгодика — глядишь, научится меч держать и отражать простые удары. И вообще, он красиво смотрелся с клинком.
В один из разворотов Джон оказался лицом к двери и замер, опустив руку с мечом, глядя на Эхо слегка растерянно, как будто его поймали за чем-то запрещенным, а она внезапно поняла, что не знает, что сказать. «Продолжай, только локоть держи тверже»? «Спасибо, что помог нам с Беллом»? Может, стоит извиниться, что каюту его заняли? Пауза слегка затянулась, и Джон первым встряхнулся. Развернулся, аккуратно положил меч обратно к рейкам и, не оглядываясь, поинтересовался:
— Ну как? Все нормально? Белл дрыхнет, конечно? Ничего, я в той пустой каюте переночую, не страшно, возвращайся к нему.
Эхо вздохнула, подошла к нему почти вплотную и сказала в упрямый стриженый затылок, стараясь не думать, что может ошибаться:
— Я помню, что обещала. Но думала, что тебе это не нужно больше…
Теперь упрямо каменел не только затылок, но и плечи, и прямая-прямая спина.
— А сейчас мне показалось, что все-таки нужно.
— А тебе? — дернул вдруг плечом Джон и резко повернулся, так что Эхо еле устояла на месте, чтобы не отшатнуться от пронзительного взгляда его сузившихся глаз. — Знаешь, будет достаточно простого «спасибо», не стоит перегибать.
Эхо все-таки сделала шаг назад. Он что, считает, что она просто хочет его так отблагодарить? Просто вместо «спасибо»? За кого он ее принимает-то? За девчонку с постоялого двора, которая за еду готова…
Наверное, на ее лице снова все было написано большими буквами, потому что Джон смутился и словно оттаял. Только это до сих пор невиданное ею зрелище — смущенный Джон Мерфи — и заставило ее промолчать и остаться на месте.
— Извини, — отрывисто сказал он и помотал головой. — Я идиот, я знаю. Прости.
Оскорбляться и уходить с разворота было уже глупо. Не при виде непривычно растерянного Джона и не после его извинений. Но что сказать и что сделать — Эхо точно не знала. Будь прокляты эти непонятные отношения скайкру! В Азгеде она в такую ситуацию никогда бы не попала, там мужчина точно знает, что надо делать, когда к нему вот так приходит женщина…
— Возьми меч, — сказала она, наконец. И по слегка удивленному, но прояснившемуся лицу Джона поняла, что, по крайней мере, не ошиблась в направлении. — Не так!
Эхо уверенно — уж это-то она умела — положила свою руку поверх его, заставляя поменять положение пальцев на рукояти, кисти и локтя.
— Спину держи прямо. Корпус разверни. — Ее вторая рука легла на левое плечо Джона, слегка разворачивая в нужную сторону, и уже не отпустила, скользнула ладонью по плечу вниз, к свободному запястью; теперь они стояли рядом, почти касаясь друг друга. — Эту руку расслабь, но не болтай ею в воздухе. Соберись. Ты должен всем телом следовать за мечом, стать его продолжением… или он — твоим.
Эхо сотни раз показывала эти первые стойки и простейшие движения своим ученикам — но даже с Беллом ей в свое время не было так трудно сконцентрироваться. Может быть потому, что они занимались этими уроками после секса. А не вместо. И с ним она не чувствовала такой опасности от прикосновений — опасности переступить черту, которую сама же сейчас провела между ними. Потому что с Беллом она не боялась переступать никакие границы, да их уже к тому времени и не было.
А с Джоном все было не так.
Страница 9 из 12
