Делай, что должно. Хранители

— Как и я — в Круг, — кивнул Аирэн. — Они не смогут отмахнуться от того, что зараза пустила корни в Аматане, и, кажется, большая часть банды — водники. Пока, по крайней мере, мы видели проявления только Дурной воды.

— Да даже если там воздушники — ветра сложнее отравить настолько, — покачал головой Кэльх, постепенно беря себя в руки. — Я прослежу за всем, я помню… это.

Да, помнил. Да, встречался. Даже не сам был в отряде — так сложилось, что рядом оказался, когда брали такого земляного. Подташнивало потом долго, три круга отплясал, день за днем, прежде чем из дома, где жил этот нэх, ушла вся дрянь.

— Собирайтесь. Через час вы должны уже выехать из Эфар-танна, — кивнул Аирэн. — Этна Лаана приготовит вам провизию, слуги оседлают лошадей. Думаю, уместно будет оставить их на границе Льямы и Кунира. Это самый короткий путь, через Велью, Тиад и Кунир. Четыре дня на дорогу туда. И помните: никакого дурного геройства. Руд, Кэльх, проследите, как старшие. Аэно, Лехан, вы присмотрите за младшими.

— Сделаем, нехо.

— Хорошо, отец.

Прозвучало на удивление слаженно, разве что Аэно немножко выбивался из общего хора.

На сборы оставалось меньше часа. Все они уже умели собирать походные мешки — только самое необходимое: фляжка с водой, фляжка с бальзамом, плотно укупоренная плошка с медом. Сверток с лекарствами и несколькими скатками полотна для перевязок. Там же — невероятно-жгучий горлодер на семидесяти травах, чтобы обеззаразить раны. Запасные штаны, рубаха, плотно скрученный плащ, такая же тугая скатка с походным одеялом из тончайшей шерсти, греющим не хуже толстого мехового полога. Собственно, на этом и все, остальное место займут продукты: сухари, вяленое мясо, вяленые овощи, крупы, соль. Еще особым образом сваренные, растертые в пюре и высушенные фрукты, ягоды и некоторые коренья. Все вместе по эффективности напоминало бальзам, но являлось изобретением южан-темных. Там, где каждый глоток воды на вес золота, такая штука куда экономнее бальзама.

Лошадей им подобрали не горных, равнинных. Были у нехо Аирэна и такие в конюшнях, да и темные своих привели. Спокойных, самой землей взращенных, не боящихся ни огня, ни грома. А главное — выносливых, способных пройти предстоящий путь и за два-три дня, буде такая необходимость. Но загонять их никто не собирался, лучше добраться без спешки, но и не останавливаясь у каждого трактира. Как они и намеревались: четыре дня пути, три майората. Скорее всего, банда обосновалась в покинутом замке нехо, такие подонки обычно именно к подобному рвутся, а замок в Ллато, самом крупном городе Льямы, даже с упадком рода не утратил своей роскоши и красоты. Ния рассказывала о нем; Теиль тогда рискнул на вылазку, поглядеть, что вообще творится в самом центре земель. И неугомонная девушка увязалась следом, потом делилась, как долго охала и ахала, бродя по уже слегка обветшалым, пыльным залам. Все-таки на равнинах было немного другое отношение к тому, как надо жить.

Но им сейчас никакой замок не грозил. Отряд ехал к той самой деревушке, где чуть не погибла семья Теиля и где сложили головы многие нэх. Возможно, там уже никого нет, а может, и есть. Расспросить крестьян, кто уцелел. Посмотреть на место, ведь по следам воздействия всегда можно оценить силу нэх. Ну, и если убийцы или местные жители не озаботились — дать огненное погребение телам, тому, что от них осталось. Об этом Хранителей попросили старшие. Почему-то ни Кайса, ни Аирэн ничуть не сомневались — хоронить павших там было некому, а искаженные, скорее всего, вообще нарочно бросили тела на поживу падальщикам и бродячим псам.

Лошадей, как и обговаривалось, оставили на крохотном хуторке на границе Кунира. Оттуда уже почти все ушли, местный нехо ценил своих людей и не собирался подвергать их опасности. Снимающимся с места находили дома в других поселениях, помогали встать на ноги, и сейчас в опасной близости от Льямы оставались только такие вот упрямцы. Темные даже заподозрили в этих людях кровь земляных — тем свойственно было так цепляться за место, до последнего, чуть ли не до смерти. Но лошадей там оставить получилось, за ними обещали присмотреть, и шестеро разведчиков, закинув за спины мешки с припасами, ушли в сторону границы. Аэно, изучивший путь по карте, и Элэкан, который бывал в этих краях раньше, вели отряд через перелески, стараясь не выбредать на открытые места. Кто его знает, Теиль говорил, среди искаженных есть и воздушники, а здесь, среди деревьев, стоял неподвижный, дрожащий от жары воздух. Вот только в нем не было даже гнуса, не слышалось птичьего гомона.

— Звери первыми чуют такое, — тихо объяснял Кэльх, когда остановились передохнуть перед последним рывком. — Улетают птицы, потом убегает всё, что может бегать. По этим признакам иногда и вычисляли места, где сидели подобные. Но чтобы в таком масштабе… — он покачал головой, отпил крошечный глоток из фляги, смачивая пересохшее горло.