Дезориентация

Удар оказался настолько внезапным и сильным, что доктор рухнул со стола с приглушенным возгласом. Под самым глазом в непосредственной близости от виска кожа стала краснеть.

— Быстро делай, что я сказал, иначе пристрелю, — прошипел Габриель.

Он схватил доктора за воротник халата и рывком поднял его на ноги, швырнув в сторону стола с раненым. Уинстон, заняв сидячее положение, отпрянул и вжался в спинку стула. Доктор ударился головой о край стола, чуть не раскроив себе череп. Металл зазвенел на всю комнату, и Уинстона в который раз одолело головокружение. Габриель не спешил успокаиваться. Он бросил пакет с кровью на стол и поднял за шкирку доктора, чуть ли не тыкая его носом в этот пакет.

— Давай! — снова послышался гневный голос Габриеля.

Доктор медленно разогнулся, и в его руке блеснул скальпель. Крик застрял в горле Уинстона, когда доктор стремительно развернулся и вонзил лезвие Габриелю в грудь. Габриель не успел вовремя отреагировать, пистолет из его рук вылетел к ногам Уинстона, который тут же подобрал его. Габриель продолжал бороться, хоть лезвие уже глубоко вонзилось ему в грудину. Он перехватил руки доктора и ударил его ногой в живот. Тот согнулся пополам и отшатнулся от него, чуть не врезавшись в стол с раненым. Уинстон быстро взял себя в руки и нажал на курок. Раздался щелчок.

Габриель, рыча сквозь зубы, схватился обеими руками за лезвие и вытащил скальпель из груди. Теперь кровь начинала потихоньку сочиться из раны, скальпель с оглушительным, как показалось с больной головы Уинстону, звоном упал на кафель тяжелой ручкой вниз и оставил на плитке трещину. Уинстон не мог понять, в чем дело. Он извлек магазин и обнаружил, что ни одного патрона в нем нет. Со злости он швырнул оружие, и пистолет, ударившись о ножку стола, проскользил к самой стене. Доктор уже успел прийти в себя, и Уинстон понял, что от его реакции зависит не только его жизнь. Он бросился к скальпелю и успел схватить его, прежде чем доктор протянул свои костлявые руки.

Уинстон подставил плечо, и доктор врезался в него. Под ладонями Уинстон чувствовал кровь, она уже разлилась небольшой лужицей вокруг. Лицо Габриеля лежало в этой луже, он яростно отплевывался и изо всех сил зажмурился, прижав ладонь к кровоточащей ране. Уинстону казалось, что он сходит с ума. Снова звучало это зловещее бульканье, он измазался в крови, сам истекал ей, а голова кружилась, как после получасовой прокрутки на карусели. Доктор схватился за запястье той его руки, в которой был скальпель, и пытался отвернуть лезвие от себя. Уинстон чувствовал дрожь от напряжения в руках доктора и удивлялся той силе, с которой он боролся. Лезвие начинало приближаться к животу Уинстона. Еще немного, и он бы лежал со вспоротым брюхом на холодном кафеле заброшенной больницы.

Когда Уинстон почувствовал через ткань холод металла, доктор дернулся. Его безумные глаза вперились в него, а хватка стала ослабевать. Прозвучало еще два хлопка, и доктор замертво рухнул на пол. Уинстон отпрянул и начал отползать к стене, беспорядочно перебирая ногами. В дверях стоял мужчина, держа в руках точно такой же, что нашел Уинстон, пистолет. Лицо его было бесстрастно, нельзя было понять, доволен ли он своей работой или нет. Радоваться было нечему, но Уинстон радовался, что хоть одна угроза была ликвидирована. Не глядя стрелявшему в лицо, он подполз к захлебывавшемуся собственной кровью Габриелю, крепко держа в кулаке скальпель.

— Он уже труп, — произнес мужчина в дверях. — Брось его.

— Но он же еще дышит! — воскликнул Уинстон. Холод в голосе незнакомца заставил его вновь затрястись от бешенства.

— Скоро перестанет, — мужчина сделал широкий шаг и оказался в комнате. — Слишком много трупов в неположенном месте.

Мужчина поддел носком ботинка безвольно лежащую руку Мориса и скривил губы. Вслед за мужчиной к порогу подошел еще один человек в респираторе, но заходить внутрь он не стал.

— Жаль, что пришлось так рано расстаться с ним, — произнес первый мужчина, заталкивая пистолет за пояс. — Кажется, ты перестарался с психотропными, Эван.

Мужчина, которого назвали Эваном, хмыкнул и поспешил удалиться. Уинстон только успел разглядеть капюшон и испачканную кровью спину. Мужчина присел на корточки рядом с Уинстоном и внимательно поглядел на него. Уинстон инстинктивно отпрянул, встретившись со взглядом темно-карих, почти черных глаз, и поскользнулся на кровавой луже, оцарапав о трещину в плитке ладонь. Широкая рука незнакомца мелькнула у него перед глазами, схватила за грудки, не дав совсем упасть, и потянула Уинстона на себя.

— Ведите себя осторожно, не то окажетесь в здешнем морозильнике.

Он почувствовал скрытую угрозу в словах незнакомца, хотя будничный тон того намекал, что Уинстон может сам себя покалечить. Он уже изранил все ступни и страдал теперь от сильного недомогания, жалея, что не может вкачать собственную кровь обратно. Теперь она уже никому не была нужна, раненый почти не дышал и вот-вот готовился испустить дух.