Рисунок к рассказу нарисовал ИИ. Реальный дом, улочка, деревня, история дома. Остальное — вымысел.
5 мин, 40 сек 13
Благодаря материнскому капиталу, в той большой деревне, о которой идёт речь, заброшек было много — целые переулки и улочки зарастали, дома стояли без хозяев. Большинство — добротные, оставленные после смерти родителей, и пара недостроек.
В деревнях традиция «построить дом, посадить дерево, вырастить сына» жива и по сей день. Теперь деревенских полно в городах, из традиций осталось всё, кроме«посадить дерево».
Так в осиротевших домах стали селиться люди — молодожёны, молодые семьи из дальних деревень: удобно жить поближе к райцентру. Хотя и отсюда ехать почти час, но это тебе не полтора-два.
Дома бывают счастливые и потерпевшие горе. Такой красивой недостроенной избой была и изба Родиона.
В деревне всем, кто проходил мимо, а соседям и подавно, видеть этот дом было грустно. Но с годами привыкли, грусть как рукой сняло — да и дом тоже стареет. Годков, наверное, полсотни прошло с того случая.
Родился ребёнок — счастье для молодых семей. Растили, воспитывали. Потом в садик ходил, школу закончил. Остался в колхозе. Влюбился — очень красивая была девушка у Родиона, завидовали ему, да и девушка знала, что нравится другим. Он стал строить сруб, поставил во дворе. Дом рождался для счастливой жизни.
Дело осталось за окнами и внутренней отделкой.
Но тут парня призвали в армию.
В армию провожали всей деревней под пение Богатиква, которая пела из магнифона: «Письма нежные очень мне нужны,».
Я их выучу наизусть.
Через две зимы, через две весны.
Отслужу, как надо, и вернусь.
Через две, через две зимы, Через две, через две весны.
Отслужу, отслужу, как надо, и вернусь.
Запомни!
Через две, через две зимы, Через две, через две весны.
Отслужу, отслужу, как надо, и вернусь.…
Мне солдатские снятся ночью сны, А свидание — впереди.
Только две зимы, только две весны.
Ты в кино с другими не ходи.…
Письма нежные очень мне нужны, Я их выучу наизусть.
Через две зимы, через две весны.
Отслужу, как надо, и вернусь.
Выехали из деревни на грузовике и так же весело и шумно доехали до железнодорожного вокзала почти два часа, зато в кузове были друзья и подруги, да любимая девушка, которая будет ждать его два года.
Два года — это и мало, если по цифрам судить, и много, если по жизненным меркам. За два года может произойти столько, что кажется целой вечностью. В наше время за время армии и детишки успевают родиться — и встретит тебя любимая с ребёнком, вот оно где счастье для настоящей любви!
Есть люди, которые любят только одного человека всю жизнь. А другие — просто нравятся, и это нормально. Одного и того же человека могут любить несколько разных людей, но лучше «про себя» и не показывать, чтобы не разбудить ревность одного из супругов, чтобы не разрушить семью. Таких называют«однолюбами».
Однолюбы тоже бывают разными — обычными и одержимыми. Родион был нормальным. Он любил свою девушку так сильно, что других перестал замечать.
Верность — у него в крови: парень из хорошей семьи, которую уважают. Быть членом этой династии хотел бы каждый родитель для своего ребёнка, но удаётся не всегда. А если кто полюбит навсегда — это уже ничем не удалить, и смерть любимого сделает любящего одиноким на всю оставшуюся жизнь, а кто-то просто «последует» за ним.
Письма от девушек для армейца так же сильны и дороги, как от любимых родителей, бабушек и дедушек, а от друзей и подруг получать их радостно. В армии видят, кому приходит много писем, уважают, завидуют, но больше всего уважают девушек, которые ждут сослуживцев дома.
Он мечтал о свадьбе, а до этого ему оставалось всего ничего — доделать избу. Изба тоже его ждала. Она уже видела влюблённых, которые прибегали каждый вечер в будущий двор, мечтали, радовались жизни.
Но письма стали приходить без того особого накала, без радостных «Люблю! Жду!» Родиону стало тяжко на душе — что-то не то на родине. Что-то друзья не договаривают. Только одна подруга, которая искренне любила, ждала его, потом так и не вышла замуж, но взяла ребёнка, у которой в деревне умерла мать — её двоюродная сестра, — так и отдала свою любовь этому ребёнку. Он вырос очень хорошим человеком, сделал её счастливой бабушкой, а потом и прабабушкой троих внуков.
Она знала, что письмо её расстроит, но обещала много хорошего — поддержку друзей, что будет всегда рядом, если понадобится. Миссию возложили на неё: напиши правду, потом хуже будет.
Так и сделала. Девушка его не стала ждать, вышла замуж за приезжего учителя и стала жить в другом дальнем конце деревни.
Как отслужил оставшиеся полтора года несчастный Родион, знают только те, кто служил с ним и был другом. Но попросил всех друзей и подруг не встречать его. Никаких праздников, никакого общения. Закрылся парень для всех.
В деревне ему были рады. Но все заметили его угрюмость, молчаливость, избегание встреч. Утешала мысль о работе: он мечтал трудиться в родном колхозе, где его ждали как специалиста.
Куда делся тот весёлый, компанейский парень, которого вся деревня знала и любила?
В деревнях традиция «построить дом, посадить дерево, вырастить сына» жива и по сей день. Теперь деревенских полно в городах, из традиций осталось всё, кроме«посадить дерево».
Так в осиротевших домах стали селиться люди — молодожёны, молодые семьи из дальних деревень: удобно жить поближе к райцентру. Хотя и отсюда ехать почти час, но это тебе не полтора-два.
Дома бывают счастливые и потерпевшие горе. Такой красивой недостроенной избой была и изба Родиона.
В деревне всем, кто проходил мимо, а соседям и подавно, видеть этот дом было грустно. Но с годами привыкли, грусть как рукой сняло — да и дом тоже стареет. Годков, наверное, полсотни прошло с того случая.
Родился ребёнок — счастье для молодых семей. Растили, воспитывали. Потом в садик ходил, школу закончил. Остался в колхозе. Влюбился — очень красивая была девушка у Родиона, завидовали ему, да и девушка знала, что нравится другим. Он стал строить сруб, поставил во дворе. Дом рождался для счастливой жизни.
Дело осталось за окнами и внутренней отделкой.
Но тут парня призвали в армию.
В армию провожали всей деревней под пение Богатиква, которая пела из магнифона: «Письма нежные очень мне нужны,».
Я их выучу наизусть.
Через две зимы, через две весны.
Отслужу, как надо, и вернусь.
Через две, через две зимы, Через две, через две весны.
Отслужу, отслужу, как надо, и вернусь.
Запомни!
Через две, через две зимы, Через две, через две весны.
Отслужу, отслужу, как надо, и вернусь.…
Мне солдатские снятся ночью сны, А свидание — впереди.
Только две зимы, только две весны.
Ты в кино с другими не ходи.…
Письма нежные очень мне нужны, Я их выучу наизусть.
Через две зимы, через две весны.
Отслужу, как надо, и вернусь.
Выехали из деревни на грузовике и так же весело и шумно доехали до железнодорожного вокзала почти два часа, зато в кузове были друзья и подруги, да любимая девушка, которая будет ждать его два года.
Два года — это и мало, если по цифрам судить, и много, если по жизненным меркам. За два года может произойти столько, что кажется целой вечностью. В наше время за время армии и детишки успевают родиться — и встретит тебя любимая с ребёнком, вот оно где счастье для настоящей любви!
Есть люди, которые любят только одного человека всю жизнь. А другие — просто нравятся, и это нормально. Одного и того же человека могут любить несколько разных людей, но лучше «про себя» и не показывать, чтобы не разбудить ревность одного из супругов, чтобы не разрушить семью. Таких называют«однолюбами».
Однолюбы тоже бывают разными — обычными и одержимыми. Родион был нормальным. Он любил свою девушку так сильно, что других перестал замечать.
Верность — у него в крови: парень из хорошей семьи, которую уважают. Быть членом этой династии хотел бы каждый родитель для своего ребёнка, но удаётся не всегда. А если кто полюбит навсегда — это уже ничем не удалить, и смерть любимого сделает любящего одиноким на всю оставшуюся жизнь, а кто-то просто «последует» за ним.
Письма от девушек для армейца так же сильны и дороги, как от любимых родителей, бабушек и дедушек, а от друзей и подруг получать их радостно. В армии видят, кому приходит много писем, уважают, завидуют, но больше всего уважают девушек, которые ждут сослуживцев дома.
Он мечтал о свадьбе, а до этого ему оставалось всего ничего — доделать избу. Изба тоже его ждала. Она уже видела влюблённых, которые прибегали каждый вечер в будущий двор, мечтали, радовались жизни.
Но письма стали приходить без того особого накала, без радостных «Люблю! Жду!» Родиону стало тяжко на душе — что-то не то на родине. Что-то друзья не договаривают. Только одна подруга, которая искренне любила, ждала его, потом так и не вышла замуж, но взяла ребёнка, у которой в деревне умерла мать — её двоюродная сестра, — так и отдала свою любовь этому ребёнку. Он вырос очень хорошим человеком, сделал её счастливой бабушкой, а потом и прабабушкой троих внуков.
Она знала, что письмо её расстроит, но обещала много хорошего — поддержку друзей, что будет всегда рядом, если понадобится. Миссию возложили на неё: напиши правду, потом хуже будет.
Так и сделала. Девушка его не стала ждать, вышла замуж за приезжего учителя и стала жить в другом дальнем конце деревни.
Как отслужил оставшиеся полтора года несчастный Родион, знают только те, кто служил с ним и был другом. Но попросил всех друзей и подруг не встречать его. Никаких праздников, никакого общения. Закрылся парень для всех.
В деревне ему были рады. Но все заметили его угрюмость, молчаливость, избегание встреч. Утешала мысль о работе: он мечтал трудиться в родном колхозе, где его ждали как специалиста.
Куда делся тот весёлый, компанейский парень, которого вся деревня знала и любила?
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 1 из 2
