Триллер с элементами драмы. Всё вымышлено. Только описание барака, как запомнила. Когда-то нас пригласили на новоселье за пределами городка. Я — дошкольница. СССР. Один раз была, а запомнила навсегда. То, что видишь впервые, практически всегда остается в памяти. Образы собирательные, не реальные.
94 мин, 32 сек 830
— Ну, собрала, — спросила запыхавшую подругу баб Аня, которая зашла к ней сразу, как увидела из окошка, что подрушка на всех парах домой примчалась.
— Ой, как мне нехорошо-то, соседка!
— Что сделано, то сделано. Не боись, я с тобой! — Сказала баб Аня.
Бабушки в бараке
— Так вот он какой стал! А ведь здесь жизнь кипела. Помнишь? Бедные дети. Ну, что за жизнь пошла!
— Ладно, Нюр, стучи давай, у меня сумка в правой, а левая не работает.
В окошко осторожно выглянула Маша.
— Уж не эта ли девочка?
— Не знаю, давай, маши ей, чтобы увидела и тебя.
После этого только Маша побежала открывать дверь.
А следом и Нуруло подоспел, оставил лимоны, фрукты и поехал обратно, на работу.
— Ничего, ничего, я ему сейчас такой отвар из аптечной ромашки сделаю да с мёёёдом, завтра будет как огурчик! А после обеда и на работу может сходить.
Нюра села на старый диван и задремала. А то и к лучшему. Тоже умаялась, испугалась. Пусть нервишки восстановит.
— Ну-ка, Фархад, подними головку. Остороооожненько пей. Мелкими глоточками, таааак, молодец! Давай, до конца постарайся.
— Вкусно!
— Ага, понравилось! Пей, пей, мальчик, наработался, устал, вот тебе ваш аллах и дал передышку. Наберись силенок, завтра можешь после обеда на работу сходить.
— Уже завтра? — Улыбнулся молодой человек.
— Завтра лимон на работе в термос добавь, две дольки, мед оставлю, смешай лимонный чай, и пей. Это чтобы закрепить здоровье.
Друзья собрались дома.
Рита с Васей стали будить бабушек.
— Настенька, ты прости меня, грешнуююю! Я ведь тогда легла-то почему? Испугалася я тебя, пошла и легла, чтобы подумать. А ты убежала. Нюра меня ругала, что я тебя даже не покормила с дороги.
— Да, да, так и было!
— Я бы тебе даже без денег впустила жить. Как раз об этом я лежала и думала. Глуховатая я, не услышала, как ты вышла-то!
Старушка заплакала, Настя обняла ее, стала утешать.
— Нет худа без добра, бабуль. Зато у меня здесь появилась своя семья!
— Знаю, доченька, что тебе с чужой старушкой, когда здесь все молодые, здоровые. Понимаю, даже это к лучшему вышло! Ты прости меня, прости, если сможешь! Виновата я перед тобой, отпустила тебя. Но с этого дня я теперь буду к вам приходить, разрешишь?
— Конечно, теперь я здесь живу. Вот, у меня семья. Одна пара уже семейная есть. Вы мне предлагали попытаться устроиться на работу в коттедж, а работа их нашла. Рита с Васей тоже вместе. Вот, с недавних пор и мы с Витенькой вместе!
— Так, может, вы у меня поселитесь? Денег не нужно, я одинокий человек, старый, мне ничего уже не нужно, дожить бы спокойно, а с вами будет как-то веселей, что ли?
— Мы подумаем, — ответил Витя.
— А у меня будете молочко козье брать, оно пользительное! Детки пойдут, мы с Тоней будем нянчить их!
— Почему бы и нет. Все равно мы хотели поискать жилье. Жить с детьми здесь холодно и дорого обойдется.
— А у нас домики хоть и малы внешне, а внутри, ты видела, уютно, тепло. Печурка топит хорошо. Да и баньку можно поправить!
— Ой, засиделися мы. Хорошо с вами! Пора домой, да, Нюр!
— Я бы еще…
— Нюра!
— Поняла, поняла. Майку нужно доить. Бегууу.
Старушки выбежали, как молодые:
— Темно-то как!
— И фонарика нет.
— Я провожу вас! — Сказал Витя, — заодно и дом посмотрю.
Нежданные гости
— Маш, а чего бабульки приходили-то?
— Не поняла я сама. Сказали, что, как все соберутся, тогда расскажут всё.
— Забыли, поди. Ладно, завтра сходим к ним, дом посмотрим, там и поговорим.
— Насть, как думаешь, баб Нюра сдает дом?
— Думаю, охотно теперь сдаст. Тогда и мы будем в тепле и заживем старушкам на радость, похороним, и помогать друг другу. Они ведь соседки, значит, мы будем всегда вместе. Я уже в город не хочу. Привыкла в «Болоте» жить. Паспорт теперь есть, трудовая, могу хоть куда устроиться!
— Мы спать. — Рита с Васей удалились к себе.
— Я Витю подожду.
Настя выключила свет, у двери Фархада стоял на старинной тумбе дешевый канделябр. Одна свечка в коробке осталась. Ее она и установила.
Залезла с ногами на диван, укуталась пледом и стала ждать. Тишина успокаивала ее и она задремала. И заснула.
— Насть, проснись, проснись же скорей! Посмотри в окно.
Свечку Маша предусмотрительно задула. В окна светили фары. Одно хорошо, занавески темные.
— Ооооой, Насть, это они!
— Беги, буди всех!
От страха Настя не смогла сразу встать, спотыкалась о край пледа, потом бросила его от себя, постучала к молодым. Из комнаты вышли Рита с Васей. Рита стала успокаивать и без того нервную Машку, муж взял кочергу, отдал жене, Машку попросили ждать в их комнате и следить из окна. В случае опасности, кричать им.
В окна уже бросали кирпичи, где-то подобранные по пути.
Неожиданно по крыше запрыгали капли последнего дождя. У погоды тоже бывают свои заскоки. Или всё это не случайно?
Страшно было даже Васе, ведь с ним были беззащитные и беспомощные женщины, которые целиком зависели от него и больной молодой жених.
— Ой, как мне нехорошо-то, соседка!
— Что сделано, то сделано. Не боись, я с тобой! — Сказала баб Аня.
Бабушки в бараке
— Так вот он какой стал! А ведь здесь жизнь кипела. Помнишь? Бедные дети. Ну, что за жизнь пошла!
— Ладно, Нюр, стучи давай, у меня сумка в правой, а левая не работает.
В окошко осторожно выглянула Маша.
— Уж не эта ли девочка?
— Не знаю, давай, маши ей, чтобы увидела и тебя.
После этого только Маша побежала открывать дверь.
А следом и Нуруло подоспел, оставил лимоны, фрукты и поехал обратно, на работу.
— Ничего, ничего, я ему сейчас такой отвар из аптечной ромашки сделаю да с мёёёдом, завтра будет как огурчик! А после обеда и на работу может сходить.
Нюра села на старый диван и задремала. А то и к лучшему. Тоже умаялась, испугалась. Пусть нервишки восстановит.
— Ну-ка, Фархад, подними головку. Остороооожненько пей. Мелкими глоточками, таааак, молодец! Давай, до конца постарайся.
— Вкусно!
— Ага, понравилось! Пей, пей, мальчик, наработался, устал, вот тебе ваш аллах и дал передышку. Наберись силенок, завтра можешь после обеда на работу сходить.
— Уже завтра? — Улыбнулся молодой человек.
— Завтра лимон на работе в термос добавь, две дольки, мед оставлю, смешай лимонный чай, и пей. Это чтобы закрепить здоровье.
Друзья собрались дома.
Рита с Васей стали будить бабушек.
— Настенька, ты прости меня, грешнуююю! Я ведь тогда легла-то почему? Испугалася я тебя, пошла и легла, чтобы подумать. А ты убежала. Нюра меня ругала, что я тебя даже не покормила с дороги.
— Да, да, так и было!
— Я бы тебе даже без денег впустила жить. Как раз об этом я лежала и думала. Глуховатая я, не услышала, как ты вышла-то!
Старушка заплакала, Настя обняла ее, стала утешать.
— Нет худа без добра, бабуль. Зато у меня здесь появилась своя семья!
— Знаю, доченька, что тебе с чужой старушкой, когда здесь все молодые, здоровые. Понимаю, даже это к лучшему вышло! Ты прости меня, прости, если сможешь! Виновата я перед тобой, отпустила тебя. Но с этого дня я теперь буду к вам приходить, разрешишь?
— Конечно, теперь я здесь живу. Вот, у меня семья. Одна пара уже семейная есть. Вы мне предлагали попытаться устроиться на работу в коттедж, а работа их нашла. Рита с Васей тоже вместе. Вот, с недавних пор и мы с Витенькой вместе!
— Так, может, вы у меня поселитесь? Денег не нужно, я одинокий человек, старый, мне ничего уже не нужно, дожить бы спокойно, а с вами будет как-то веселей, что ли?
— Мы подумаем, — ответил Витя.
— А у меня будете молочко козье брать, оно пользительное! Детки пойдут, мы с Тоней будем нянчить их!
— Почему бы и нет. Все равно мы хотели поискать жилье. Жить с детьми здесь холодно и дорого обойдется.
— А у нас домики хоть и малы внешне, а внутри, ты видела, уютно, тепло. Печурка топит хорошо. Да и баньку можно поправить!
— Ой, засиделися мы. Хорошо с вами! Пора домой, да, Нюр!
— Я бы еще…
— Нюра!
— Поняла, поняла. Майку нужно доить. Бегууу.
Старушки выбежали, как молодые:
— Темно-то как!
— И фонарика нет.
— Я провожу вас! — Сказал Витя, — заодно и дом посмотрю.
Нежданные гости
— Маш, а чего бабульки приходили-то?
— Не поняла я сама. Сказали, что, как все соберутся, тогда расскажут всё.
— Забыли, поди. Ладно, завтра сходим к ним, дом посмотрим, там и поговорим.
— Насть, как думаешь, баб Нюра сдает дом?
— Думаю, охотно теперь сдаст. Тогда и мы будем в тепле и заживем старушкам на радость, похороним, и помогать друг другу. Они ведь соседки, значит, мы будем всегда вместе. Я уже в город не хочу. Привыкла в «Болоте» жить. Паспорт теперь есть, трудовая, могу хоть куда устроиться!
— Мы спать. — Рита с Васей удалились к себе.
— Я Витю подожду.
Настя выключила свет, у двери Фархада стоял на старинной тумбе дешевый канделябр. Одна свечка в коробке осталась. Ее она и установила.
Залезла с ногами на диван, укуталась пледом и стала ждать. Тишина успокаивала ее и она задремала. И заснула.
— Насть, проснись, проснись же скорей! Посмотри в окно.
Свечку Маша предусмотрительно задула. В окна светили фары. Одно хорошо, занавески темные.
— Ооооой, Насть, это они!
— Беги, буди всех!
От страха Настя не смогла сразу встать, спотыкалась о край пледа, потом бросила его от себя, постучала к молодым. Из комнаты вышли Рита с Васей. Рита стала успокаивать и без того нервную Машку, муж взял кочергу, отдал жене, Машку попросили ждать в их комнате и следить из окна. В случае опасности, кричать им.
В окна уже бросали кирпичи, где-то подобранные по пути.
Неожиданно по крыше запрыгали капли последнего дождя. У погоды тоже бывают свои заскоки. Или всё это не случайно?
Страшно было даже Васе, ведь с ним были беззащитные и беспомощные женщины, которые целиком зависели от него и больной молодой жених.
Страница 23 из 25
