Двадцать граммов бессмертия

— Я Вика. Ну, вы перестанете мне светить в глаза?

— Прости, — сказал я в замешательстве, и отвел прожектор в сторону.

— Спасибо! — девочка подошла ближе и стала у железного заграждения, — вы меня не пустите?

— Я? Ты вообще откуда?

— К людям пришла, мне казалось, что здесь меня примут!

— Но, как ты прошла через заграждения? Или где-то прорыв?! — выпалил я и схватил рацию.

— Да нет! Никакого прорыва, я просто умею так делать.

Рация ожила у меня в руках. Я вздрогнул.

— Первый пост, — послышался голос Джина, — что там у вас?

— Да фигня какая-то, — сказал я переключая рацию на прием.

— Какая еще, к дьяволу, фигня?!

— Тут, на пост вышла девочка, лет пяти.

— Откуда вышла?

— Из-за заграждения.

— Ты что там, пьешь на посту?

— Джин, да иди ты на хрен! Я трезвый, а передо мной пятилетний ребенок.

— Живой?

— Да!

— И что она там делает?

— Вот и я пытаюсь понять. Пришлите ко мне кого-то.

— Сейчас я сам приду.

— Окей.

Рация замолчала. Девочка все это время не отрывала от меня глаз.

— Ну, — произнесла она, — вы меня пускаете?

— Сейчас придет Джин, и разберемся.

— А если на меня нападут?

— Не переживай. У меня очень удобная позиция, отстреляемся.

— А я не за себя переживаю, — сказала девочка, протягивая ко мне руки и раскрывая маленькие ладошки.

— Твою мать! — вырвалось у меня.

На ладонях девочка держала странного разноцветного, пушистого зверька, с милыми симпатичными ушками, большими глазами и маленькими зубками. Зверек щурился от света и улыбался. На кончиках его ушек поддергивались кисточки, одна зеленого, а другая желтого цвета. Мордочка зверька также являла собой все цвета радуги. Двумя, почти человеческими лапками он вцепился в руку девочке, и, судя по всему, отпускать был не намерен. Зверек взглянул мне в глаза, и потом словно стесняясь, отвернулся. Девочка прижала его к себе и он ткнулся ей грудь.

— Что это? — сказал я приходя в себя, тот секундный взгляд зверька наполнил меня какой-то необъяснимой радостью.

— Ну, я же говорю мне надо к вам!

— Бред какой-то!

— Ты откуда?

— Так, дядя, мне надоело, или вы меня пускаете или я ухожу!

И я вдруг понял, что отпускать девочку никак нельзя. Я начал стремительно спускаться по лестнице, но меня остановил голос Джина.

— Отставить, покидать пост! Под суд захотел?!

Я остановился, ледяной тон Джина подействовал отрезвляюще. Он всегда действовал именно так. Бывший техасский миллионер, привык руководить и люди его слушались беспрекословно. Во многом наше благополучие зависело от его воли и жажды жизни. Именно он принял непопулярное решение враз уничтожить Церковь Последнего Дня. И был прав. Нашим соседям такого лидера ой как ни хватило.

— Так, и что здесь? — Джин подошел к заграждению и в упор посмотрел на девочку.

— Добрый вечер! — ничуть не растерявшись, ответила та.

Джин усмехнулся.

— А ты смелая!

— Я? Да не очень!

— Ну, и кто ты?

— Меня зовут Вика, я пришла к вам показать кое-что, но стоять на улице мне надоело! Поэтому поскорее решайте, пускаете вы меня или нет.

— А вдруг, ты опасна?

— Ну так пристрелите меня! Только не тяните. Я кстати замерзла.

Джин пристально посмотрел на нее.

— Что ж, проходи, — сказал он, отодвигая заграждение, на чуть-чуть, чтобы только девочка пролезла. И сразу задвинул ворота обратно.

После чего Джин скинул с себя бушлат и надел его ребенку на плечи.

— Ну пошли, Вика, посмотрим кто ты какая.

Джин взял ее за маленькую ручку, и повел к главному корпусу. Девочка поплелась за ним, волоча тяжелый бушлат по земле.

Я остался на вышке, стараясь разобраться в своих чувствах, которые вызвал взгляд разноцветного зверька.

После окончания смены я пошел отдыхать, и поэтому пропустил все утренние события. А когда к обеду я выбрался со своей конуры и угрюмо потащился в столовую, я сперва даже не обратил внимание на те перемены, которые произошли в нашей общине. Во-первых, во дворе бывшей тюрьмы народу было больше обычного, во-вторых, люди выглядели оживленней, а в-третьих я увидел некоторых последователей Церкви Последнего Дня, которых последнюю неделю держали под охраной. Вот только теперь они сидели группкой в стороне от остальных, без охраны и без явных суицидальных устремлений.

Я остановился, и огляделся. И тогда я увидел Джина и маленькую девочку Вику. Они шли ко мне, держась за руки, а на плече у Джина был необычный разноцветный зверек.

— Аскер, а ведь все это благодаря тебе! — воскликнул необычно возбужденный Джин, и протянул для приветствия мне руку.

Я машинально ее пожал.

— Джин, я что-то пропустил?

Джин рассмеялся.

— Теперь все будет хорошо, Аскер! Х-о-р-о-ш-о! Понимаешь?!

— Нет, — а что мать вашу я должен понимать? — Что происходит?

Джин пристально посмотрел на меня своим обычным стальным взглядом, чем все-таки убедил в своей вменяемости. Рядом с ним стояла Вика, улыбаясь во все имеющиеся зубы. Джин снял со своего плеча зверька и протянул мне. Зверек сидел тихо, лишь изредка моргая огромными глазищами. Вроде ночью они были меньше, почему-то подумалось мне.