Джилл

В 1925 году девочка по имени Мэри была как любая другая девочка шести лет, имела богатое воображение и всегда хотела немного внимания. Хотя это было довольно мрачное время, у Мэри не было много друзей, учитывая, что ее одинокая мать была строга с другими семьями и их детьми. Плюс, мать Мэри, Кэтрин, очень бережно относилась к своему ребенку, она не хотела никому позволить причинить ей вред и не доверяла людям. Она даже дала девочке домашнее образование, не желая дать хоть кому-то причинить вред Мэри, или позволить той поймать какие-либо болезни. Мэри играла целый день в своей комнате в одиночестве, играла со своими игрушками и веселилась. Ее мать проходила мимо ее комнаты, она чувствовала, что не совсем права в своих действиях. Но еще чувствовала, что девочка была не одна.

Мэри говорила сама с собой в комнате.

— Милая… В твоей комнате кто-то есть? — спросила Кэтрин, и глаза дочери стали большими и немного удивленными.

— Ой! Просто мой друг, мама, — говорила Мэри и продолжала играть со своими игрушками. Мать Мэри посмотрела на нее с беспокойством.

— Оу… Кто же это?

— Это мой новый друг, Смеющаяся Джилл. Она веселый клоун, и она такая разноцветная, видишь? — Мэри указала на пустое место рядом с собой. Ее мать была в замешательстве, но поняла, что это была просто какая-то выдумка. Вполне естественный этап для ребенка возраста Мэри, она пройдет через это.

— Ах, да, я вижу… Я оставлю тебя и… «Смеющуюся Джилл» веселиться, — она покинула ее комнату, поскольку Мэри снова заговорила с«собой». По крайней мере хорошо, что Мэри наконец было с кем поговорить, хотя мама девочки никогда не думала, что ее ребенок придумает себе друга. Это было странно, но у Мэри не было друзей, тех, с кем можно поговорить, кроме мамы.

Прошло три года, и Мэри все еще продолжала разговаривать с Джилл. Теперь это зашло слишком далеко. Ей исполнилось девять лет, а она все продолжает говорить с воображаемым другом. Мама Мэри очень волновалась; неужели ее ребенок заболел шизофренией? Она сходила с ума? Очень много вопросов. Кэтрин всегда хотела иметь прекрасного ребенка, но это странное поведение девочки продолжилось слишком долго. Когда Мэри где-нибудь гуляет с матерью, она постоянно говорит с Джилл, и Кэтрин, как любая мать, не хотела, чтобы ее ребенок выглядел как сумасшедший в глазах публики. Она уже имела дело с этим… На следующий день Мэри и ее мама пошли к местному доктору, задавали ему вопросы, проходили тесты. Когда тесты завершились, доктор вышел из комнаты и заговорил с мамой Мэри.

— Как мой ребенок? Она в порядке? Она чем-нибудь больна? — взволнованно спросила Кэтрин.

— С ней все хорошо, но я рекомендую Вам вот это, — доктор достал из кармана бутылочку, наполненную небольшим количеством жидкости.

— Что это? — Мама Мэри, не сдерживаясь от волнения, вздрогнула.

— Просто немного дополнительной медицинской помощи, чтобы помочь девочке вернуться к норме. Такие симптомы, как у нее, встречаются у детей от пяти до восьми лет. Ваша дочь рассказала мне все о персонаже, которого создала у себя в голове. Ее личность, ее вид и о чем они общаются. Если лекарство не поможет, навестите нас снова. Мы знаем, что сделать.

Кэтрин забрала бутыль и они с Мэри уехали.

Прошло еще три года. Мэри исполнилось двенадцать, а она все так же разговаривала с Джилл. Ее мать не могла больше вынести этого; Мэри принимала лекарство несколько раз, однако после одиннадцати лет она отказалась принимать лекарство. Она спорила с матерью и полностью сходила с ума.

— Посмотри сама, Мэри, я знаю достаточно, она не настоящая! — разговор с Мэри имел неприятные последствия.

— Она РЕАЛЬНА! Смотри, мама! Она прямо перед твоим лицом! — с такими словами девочка убежала в свою комнату, громко хлопнув дверью. Ее мама, стало быть, тоже сходила с ума, как и дочь; она не знала, что делать, только срывалась.

Затем Кэтрин встретила врача, который дал Мэри лекарство, и с рыданиями рассказала ему все, что происходило в последнее время. Доктор сделал короткую паузу и наконец заговорил:

— Что ж, я думаю, у меня нет выбора, Кэтрин. Полагаю, есть только одна вещь, которую я могу сделать…

Женщина вернулась домой от врача и пошла наверх, в комнату Мэри. Она открыла дверь и сказала:

— Мэри, кое-кто хочет встретиться с тобой.

Девочка оглянулась назад и увидела двоих мужчин в белых халатах.

— Мама, нет… Ты не можешь так со мной поступить… НЕ-Е-ЕТ! —, но на протесты и слезы не обращали внимания; мужчины крепко схватили ее, как бы Мэри не старалась вырваться, у нее не получалось. Ее поместили в лечебницу, где девочка пробыла в течение трех месяцев.

Минуло три месяца, и мама Мэри хотела видеть, что стало с ее дочерью. Медсестра отвела женщину к палате девочки и открыла ей дверь.

— Милая…? — голова Мэри обернулась — она увидела мать. Девочка не говорила ни слова, но смотрела на Кэтрин с пустым лицом, а в глазах читалась ненависть. От ее взгляда у женщины пересохло в горле, и она едва удержалась на ногах.