Эхо войны (Ядерный ад)

— Тринадцать чужаков прибыли в город — уже нормальным голосом поведал бродяга, делая небольшой шажок вперед — На большом армейском грузовике. Если угостишь куском мяса и глотком вина — расскажу остальное. Что скажешь? Не слишком большая цена за горячую информацию?

— Горячую? — хмыкнул я — Саха, очнись. Про чужаков уже весь город знает. А их грузовик я и сам видел, знаю и про огнестрелы.

— Ночью была перестрелка — осторожно добавил Саха, с надеждой поглядывая на меня подслеповатыми глазками — Сильно стреляли. Ребятня несколько пригоршней гильз насобирала… опередили меня, гаденыши пронырливые, опередили старика немощного…

— Вот сейчас чуток теплом потянуло — сказал я и кивнул на рваное сиденье напротив — Садись.

Обрадованный Саха поспешил плюхнуться на предложенное место и потянулся было грязными пальцами к мясу, но я быстро пресек эти поползновения, отодвинув тарелку в сторону.

— Ну-ну — я укоризненно покачал головой — Так дела не делаются. Ты сначала убеди меня, что твои россказни стоят куска мяса и пару стаканов вина.

— А не обманешь? А? — пытливо уставился на меня Саха, сглатывая набежавшую слюну.

— Сегодня ты второй, кто меня об этом спрашивает — усмехнулся я, отрезая еще один ломтик мяса и отправляя его в рот — Ты что-то говорил о перестрелке?

— Да-да, о перестрелке — пробормотал бродяга, не отрывая взгляда от моих мерно жующих челюстей — Знатно постреляли.

— Продолжай — поощрил я рассказчика.

— Ладно — решился Саха — Слушай. Вчера ночью, за трилистниками, что в бывшем двенадцатом микрорайоне, пришлые чужаки схлестнулись с нашими. С кем конкретно неясно, но поговаривают, что это были люди Пахана. Мол, обозлился он, что Бессадулин за его спиной договорился с чужаками. Чем закончилась перестрелка, никто толком не знает, а кто знает, тот молчит. Одно известно точно — пришлых было тринадцать, а на утро осталась только дюжина. Один бесследно исчез. Словно под землю провалился. Люди Бессадулина весь одиннадцатый район перетрясли, в каждый подвал заглянули, но так чужака и не нашли. Только следы крови на песке.

— Перестрелка была в одиннадцатом микрорайоне? Уверен? — удивленно переспросил я.

Было чему удивиться — я наткнулся на труп во втором районе, а это считай другой конец города. Городок у нас маленький, но и здоровому человеку понадобится самое малое пару часов, чтобы преодолеть такое расстояние, через все руины и завалы. Прямого пути не существовало — только в обход и только если знаешь местность. Заплутать не заплутаешь конечно, но время потеряешь будь здоров.

— Ага — довольно закивал плешивой головой Саха, проворно подтаскивая к себе тарелку с уже остывшим мясом — А что?

— Да нет, ничего — внешне безразлично хмыкнул я — Просто странно, что они там потеряли? Там же один хлам. Ну, с этим все ясно, что еще интересного поведаешь? — спросил я, сделав вид, что собираюсь забрать у плешивого информатора мясо.

— Еще? Битум, побойся Аллаха Милосердного! — возопил Саха, вцепившись в тарелку обеими руками — И так все как на духу рассказал!

— С чего бы мне это бояться гнева Аллаха? — с недоумением спросил я — Да я прямо как истинный правоверный живу — скармливаю с трудом заработанное мясо всяким обманщикам! Мясо отдай!

— Стой, Битум! Стой! Слушай! Пахан пообещал награду тому, кто отыщет пропавшего чужака — живого или мертвого. Солидный куш пообещал! Немного ни мало, огнестрел «Макаров» и пять патронов к нему! Или другим товаром — чего пожелаешь, того и получишь! Слово дал!

— Прям таки сам Пахан слово дал? — не поверил я.

— Клянусь! — торжественно зачавкал Саха, едва не подавившись плохо прожеванным мясом — Вот счастье кому-то подвалит! А?

— Это точно — поторопился я согласиться — Настоящий огнестрел! Да еще и с патронами!

«Тоже мне счастье!» — мысленно фыркнул я, вспоминая о содержимом пузатого рюкзака, что сейчас лежал в укромном месте моей берлоги — «Там один только камуфляж на огнестрел обменять можно!»

— Эх… я бы дурью взял! — признался плешивый, глубоко вздохнул и примерился цапнуть баклажку с вином — От бы закинулся дней на недельку!

— Э-э! Ты не балуй! Хватит с тебя и мяса! — буркнул я, отодвигая пластиковые бутыли подальше от загребущих ручонок Сахи.

— Битум! Братан, душа горит!

— Пожары водой и песком тушить надо! — остался я непреклонным — Это ж вино! Ты его что воду выхлебаешь и не заметишь! Слушай! Хочешь я тебе паханских грамм так на сто пятьдесят водочки отслюнявлю? А?

— На триста грамм! — поспешно выпалил Сяха и с подозрением спросил — А что делать надо?

— Да там и делать то ничего не надо — успокоил я рыночного бродяжку — Делов-то как раз на двести грамм.

— Двести пятьдесят водочки и сделаю все в лучшем виде, ты же меня знаешь! Давай бабки!

— Угу — согласился я — Знаю. Поэтому сперва работа, а потом уже бабки и водочка.

— Так чего делать-то надо?

Оглядевшись по сторонам и убедившись, что нас никто не слышит, я наклонился поближе к немытому уху Сахи и вполголоса, начал его инструктировать. Заняло это не больше трех минут — благо, дело и правда было самым простым.