Кабаноголовый

Он положил передо мной карту Тэнбриджа и его окрестностей, составленную в 1894 году. Конечно, уже успело пройти два года, однако в этом маленьком городке перемены если и происходят, то очень медленно, поэтому, по словам инспектора, карту нельзя было считать устаревшей. Я вглядывался в расчерченные различными цветами условные обозначения карты, то и дело сверяясь с книжной чёрно-белой картинкой. Вот и первая точка — дом миссис Нейтан, несколько веков назад на его месте располагалось святилище для приношения кровавых жертв. Вот и ещё одно место, крупный алтарь далеко за городом, в диком лугу. Но теперь тут стоит дом Баклеров, интересно, как там поживает молодая вдова? Нет, не время думать об этом, надо проверить остальные точки.

— Сегодняшнее убийство было совершено здесь, — сказал инспектор, указывая пальцем на одну из городских улиц, — а в то время здесь была уже окраина города, несколько одиноких домиков, идеальное место для того, чтобы убивать ни в чём не повинных людей.

Я снова пробежался глазами по карте. Что же получается, последнее убийство будет совершено в…

— Так же мне удалось просчитать временной интервал перед каждым убийством — обычно они происходили раз в три дня, но с тех пор, как мы потревожили кабаноголового у холма, убийства стали происходить каждый день.

— Значит, пока я лежал без сознания… — начал было я.

— Этот монстр продолжил свою кровавую жатву, да. — невозмутимо ответил мне инспектор, подняв брови. — Итак, сегодня мы можем ожидать ещё одно убийство, и я так полагаю, что произойдёт оно здесь, в этом пресловутом доме. Там уже находятся мои люди, на этот раз мы подготовились основательнее. Сегодня ночью я намерен избавиться от этого монстра раз и навсегда. И сейчас я хочу спросить у вас: готовы ли вы отправиться с нами, мистер Прескотт?

Готов ли я? Готов, разумеется! Хотя подумаю ли я так же, когда через несколько часов буду стоять там, в темноте?

— Для этого я и прибыл сюда, мистер Стаут, — тихо сказал я, поднимая глаза и взглянув на инспектора, — когда мне надо быть там?

— Мы отправимся туда вместе вечером, а пока я предлагаю вам порыться в здешних книгах, может получится найти ещё что-нибудь интересное про эту секту.

— Хорошо, тогда я пойду возьму себе сразу несколько книг и сяду их просматривать. — сказал я, и, развернувшись, направился, в строну комнаты со стеллажами.

Письмо не давалось. Уже почти час я сидел над ним и никак не мог продвинуться дальше первой строчки. Я не мог даже придумать, с чего лучше мне начать, и это раздражало меня ещё больше. Проклятие, в столице патрон ждёт от меня новостей, а я никак не могу написать даже строчки…

В конец обессилев, я скомкал очередной черновой вариант и бросил его в стоящее рядом ведро для бумаги. Откинувшись на спинку стула, я краем глаза взглянул на лежащую на краю стола чистую белую тетрадь. Выпрямившись на стуле, взял её в руки. В ней я планировал вести свои заметки, записывать какие-то важные детали, может быть даже, куски текста отдельных глав, чтобы по возвращению в Лондон перепечатать их всех на машинке и поместить к себе в архив. Странное это дело, быть писателем. Странное и неблагодарное. Приходится часто работать не для себя, а в угоду читателям, писать о том, что интересно им, и уж тем более — не дай это бог! — прославиться каким-нибудь своим самым незначительным произведением, как это было с мистером Конан — Дойлем. В конец устав от докучавшего ему героя, он избавился от него, сбросив в пучины бушующего водопада, и совсем не ожидал, с какой реакцией столкнётся в ответ на это…

Открыв первую страницу тетради, я провёл пальцем по бумаге. Она была совсем новой и приятно шуршала, соприкасаясь с кожей. Взяв в руки самопишущее перо, я вывел на первой странице крупно, размашисто: «Кабаноголовый или дело о тэнбриджском убийце». Подумав как следует, я зачеркнул вторую часть, оставив только «Кабаноголовый», перевернул страницу, прислонил перо к бумаге. Тонкая ниточка чернил тут же принялась растекаться по шершавой поверхности, оставляя после себя жирное синее пятно. Убрав перо, я закрыл тетрадь, убрал её на край стола, пододвинул к себе чистый листок бумаги. Через десять минут письмо к патрону было готово, и я, крайне довольный собой, запечатал его в конверт и вышел на улицу. Как обычно опустив письмо в ящик, стоящий напротив почтамта, я оглянулся и увидел, как в мою сторону быстрыми шагами направляется инспектор Стаут. Увидев, что я его узнал, он приветливо помахал мне рукой.

— Надеюсь, ваше оружие при вас? — спросил он меня, пожимая протянутую руку.

— Разумеется, — сказал я, улыбнувшись, — я так понимаю, мы пойдём до этого дома пешком?

— Да, чтобы скоротать время. Это займёт у нас не больше часа. Вам не нужно зайти в гостиницу за вещами?

— Нет, нет, у меня всё с собой, я готов идти.

— Отлично, — улыбнулся инспектор, — тогда нам туда.