Раньше я служил в английской армии. Дважды был в Ираке, один раз — в Афганистане. Мама ненавидела мою работу, и я не могу ее в этом винить. Но знаете что?
18 мин, 15 сек 6815
И стала наклоняться. Блять. Ее лицо в паре сантиметров от моего. Сначала ее голова затряслась медленно, потом все быстрее и быстрее. Как я уже говорил, такой мелкой дрожью, как когда выходишь из душа в комнату с кондиционером и тебе холодно. Она закатила глаза так, что зрачки были едва видны. Женщина тряслась все сильнее, а рот был так неестественно, так, блять, нечеловески широко раскрыт, что я увидел, как уголки губ начинают рваться и кровоточить.
И тишина.
На улице было очень тихо. И хуже всего, что все это происходило ночью. Еще раз, представьте себе — вы стоите без движения посреди улицы, а перед вами — женщина, разрывающая свой рот в сантиметре от вашего лица, а вокруг — никого. И все в полной тишине.
9:54. Блять, ну же!
Она как будто бы прочитала мои мысли. Зрачки опустились, она посмотрела мне прямо в глаза. Я чуть не отпрыгнул. Женщина закрыла рот, и не могу, блять, поверить в то, что я говорю — но лучше бы она его не закрыла. Она начала быстро открывать и закрывать его, как будто бы жевала что-то невидимое. Ее зубы так клацали, что должны были сломаться.
Все, больше я выдержать не мог. Я отошел и заорал: «ДА ПРЕКРАТИ УЖЕ, БЛЯТЬ!».
И она прекратила. Ее зубы перестали стучать, рот закрылся, тело разогнулось. Она подошла на шаг ближе ко мне и в первый раз, улыбнулась. «Четыре, три, два, один, четыре, три, два, один, четыре, три, два, один» — женщина начала шептать, не переставая улыбаться.
«Что это такое, что, блять, это значит?» — умолял я. Я был готов схватить ее, вытрясти из нее всю душу, просто чтобы получить ответ. Что она от меня хочет?
9:58. «Что за хуйня?!» — я услышал крик позади себя.
Мой начальник.
Он подбежал ко мне, не обращая внимания на сумасшедшую.
«Ты говорил с ней?».
«Я…».
«БЛЯТЬ, ТЫ С НЕЙ РАЗГОВАРИВАЛ?» — заорал он еще, схватив меня за грудь. На женщину он не обращал никакого внимания.
«Да».
«О боже… И какая цифра?» — сказал он наконец, выпустив меня из рук.
«Сэр?» — я не мог понять.«Какую последнюю цифру она произнесла? Какую? Ноль?».
«Нет, думаю, что она остановилась на единице… Но почему?».
Все это время женщина стояла и улыбалась, смотря на нас. Затем она шагнула в нашу сторону. Она стала между начальником и мной.
«Не говори ей ничего, ни единого слова» — с явным ужасом сказал начальник.
Женщина отвернулась от меня и смотрела на него. Даже из-за спины я видел ее раззявленный рот.
«Иди, просто уходи» — сказал мне начальник. Он не смотрел на нее. Я слышал, как стучат зубы женщины.
«Я не могу оставить вас здесь» — сказал я.
«Уходи и не возвращайся, я разберусь с этим».
Знаете, я привык думать, что я не трус, но в тот момент я лишь хотел сбежать. Надеюсь, вы не станете меня винить за это. Я побежал.
«И никогда не говори с ней» — крикнул мне начальник.
Знаю, это звучит неправдоподобно. Так и есть. Сейчас я понимаю, что мог бы арестовать ее, да даже убить эту больную. Так же мог поступить и мой начальник. Но знаете что? Когда ты в такой ситуации, ты не думаешь рационально, логически. Я пришел домой, принял холодный душ (удостоверившись, что дверь в квартиру закрыта) и уснул.
Утром я отправил смску коллеге, спрашивая, в порядке ли начальник. Он ответил «Ага, а что?». Начальник пережил эту ночь. Больше я ничего не хотел знать, с этой работой было покончено.
Моя племянница приехала в пятницу, впереди были выходные. С семилетними всегда непросто, даже если не думать о том, что какая-то сумасшедшая тебя преследует. Кроме того, с этой работой было покончено — утром я получил бумаги о переводе.
Целый день я водил девочку по ее любимым местам и под вечер был выжат как лимон. Утром в субботу я сделал завтрак, и мы посмотрели мультики. Потом мы посмотрели фильм про женщину-кошку и племяшка оделась в ее костюм — эта супергероиня ей почему-то нравилась (фильм был редким говном). Наверное, я не привык иметь дело с детьми, поскольку я заснул на диване.
Племянница разбудила меня.
«Поль» — сказала она (мое прозвище, вообще, меня зовут Пол) –«Поль, давай поиграем». Она держала в руках мои старые рации. В детстве мне они нравились, и отказать ей я не смог.
«Конечно, давай узнаем, работает ли еще это старье. Выйди во двор, хочу проверить, как они ловят».
Она улыбнулась и выбежала из дома.
Я включил рацию и стал ее настраивать. Была слышна статика, а значит, батарейки работали, теперь осталось найти нужную частоту.
«Эшли? Эшли, как слышишь, прием» — несколько раз сказал я.
Наконец я смог что-то расслышать.
«Эшли, как слышно? Повторяю, как слышно, прием».
«Поль» — услышал я.
«Эшли, ты должна сказать» прием«после того, как заканчиваешь говорить».
«П… о… ль…».
«Чертова рация» — подумал я. Выходить из дома мне было лень. Я вытащил батарейки, подул на них (как будто это помогает) и вставил обратно.
«Ну, женщина-кошка, как сейчас слышно, прием?».
«НОЛЬ».
Я выронил рацию.
Это был не голос Эшли. И не «Поль», как мне казалось.
Эшли.
И тишина.
На улице было очень тихо. И хуже всего, что все это происходило ночью. Еще раз, представьте себе — вы стоите без движения посреди улицы, а перед вами — женщина, разрывающая свой рот в сантиметре от вашего лица, а вокруг — никого. И все в полной тишине.
9:54. Блять, ну же!
Она как будто бы прочитала мои мысли. Зрачки опустились, она посмотрела мне прямо в глаза. Я чуть не отпрыгнул. Женщина закрыла рот, и не могу, блять, поверить в то, что я говорю — но лучше бы она его не закрыла. Она начала быстро открывать и закрывать его, как будто бы жевала что-то невидимое. Ее зубы так клацали, что должны были сломаться.
Все, больше я выдержать не мог. Я отошел и заорал: «ДА ПРЕКРАТИ УЖЕ, БЛЯТЬ!».
И она прекратила. Ее зубы перестали стучать, рот закрылся, тело разогнулось. Она подошла на шаг ближе ко мне и в первый раз, улыбнулась. «Четыре, три, два, один, четыре, три, два, один, четыре, три, два, один» — женщина начала шептать, не переставая улыбаться.
«Что это такое, что, блять, это значит?» — умолял я. Я был готов схватить ее, вытрясти из нее всю душу, просто чтобы получить ответ. Что она от меня хочет?
9:58. «Что за хуйня?!» — я услышал крик позади себя.
Мой начальник.
Он подбежал ко мне, не обращая внимания на сумасшедшую.
«Ты говорил с ней?».
«Я…».
«БЛЯТЬ, ТЫ С НЕЙ РАЗГОВАРИВАЛ?» — заорал он еще, схватив меня за грудь. На женщину он не обращал никакого внимания.
«Да».
«О боже… И какая цифра?» — сказал он наконец, выпустив меня из рук.
«Сэр?» — я не мог понять.«Какую последнюю цифру она произнесла? Какую? Ноль?».
«Нет, думаю, что она остановилась на единице… Но почему?».
Все это время женщина стояла и улыбалась, смотря на нас. Затем она шагнула в нашу сторону. Она стала между начальником и мной.
«Не говори ей ничего, ни единого слова» — с явным ужасом сказал начальник.
Женщина отвернулась от меня и смотрела на него. Даже из-за спины я видел ее раззявленный рот.
«Иди, просто уходи» — сказал мне начальник. Он не смотрел на нее. Я слышал, как стучат зубы женщины.
«Я не могу оставить вас здесь» — сказал я.
«Уходи и не возвращайся, я разберусь с этим».
Знаете, я привык думать, что я не трус, но в тот момент я лишь хотел сбежать. Надеюсь, вы не станете меня винить за это. Я побежал.
«И никогда не говори с ней» — крикнул мне начальник.
Знаю, это звучит неправдоподобно. Так и есть. Сейчас я понимаю, что мог бы арестовать ее, да даже убить эту больную. Так же мог поступить и мой начальник. Но знаете что? Когда ты в такой ситуации, ты не думаешь рационально, логически. Я пришел домой, принял холодный душ (удостоверившись, что дверь в квартиру закрыта) и уснул.
Утром я отправил смску коллеге, спрашивая, в порядке ли начальник. Он ответил «Ага, а что?». Начальник пережил эту ночь. Больше я ничего не хотел знать, с этой работой было покончено.
Моя племянница приехала в пятницу, впереди были выходные. С семилетними всегда непросто, даже если не думать о том, что какая-то сумасшедшая тебя преследует. Кроме того, с этой работой было покончено — утром я получил бумаги о переводе.
Целый день я водил девочку по ее любимым местам и под вечер был выжат как лимон. Утром в субботу я сделал завтрак, и мы посмотрели мультики. Потом мы посмотрели фильм про женщину-кошку и племяшка оделась в ее костюм — эта супергероиня ей почему-то нравилась (фильм был редким говном). Наверное, я не привык иметь дело с детьми, поскольку я заснул на диване.
Племянница разбудила меня.
«Поль» — сказала она (мое прозвище, вообще, меня зовут Пол) –«Поль, давай поиграем». Она держала в руках мои старые рации. В детстве мне они нравились, и отказать ей я не смог.
«Конечно, давай узнаем, работает ли еще это старье. Выйди во двор, хочу проверить, как они ловят».
Она улыбнулась и выбежала из дома.
Я включил рацию и стал ее настраивать. Была слышна статика, а значит, батарейки работали, теперь осталось найти нужную частоту.
«Эшли? Эшли, как слышишь, прием» — несколько раз сказал я.
Наконец я смог что-то расслышать.
«Эшли, как слышно? Повторяю, как слышно, прием».
«Поль» — услышал я.
«Эшли, ты должна сказать» прием«после того, как заканчиваешь говорить».
«П… о… ль…».
«Чертова рация» — подумал я. Выходить из дома мне было лень. Я вытащил батарейки, подул на них (как будто это помогает) и вставил обратно.
«Ну, женщина-кошка, как сейчас слышно, прием?».
«НОЛЬ».
Я выронил рацию.
Это был не голос Эшли. И не «Поль», как мне казалось.
Эшли.
Страница 4 из 5
