История эта имеет очень длинную и странную преамбулу и не менее длинное и странное послесловие. Да и сама по себе история похищений и убийств подростков в американском штате Мичиган во второй половине 1970-х гг. до такой степени необычна, что довольно трудно понять, с чего же именно она началась. Официальная трактовка событий оставляет широкое поле для домыслов в этом отношении. А поэтому начинать надо с того, что было задолго до описываемых событий — подобное вступление поможет лучше понять специфику места и времени.
269 мин, 54 сек 14878
Сейчас суды многих стран мира принимают материалы таких допросов в качестве улик и не вызывают детей для дачи показаний во время судебных процессов. Практика эта преследует цель минимизировать психоэмоциональное травмирование ребёнка и не будоражить его болезненными воспоминаниями. В принципе, эту практику следует считать совершенно разумной. Но ещё раз подчеркнём, что в качестве такого рода судебной улики принимаются материалы допросов, проведённых с соблюдением определённых процессуальных формальностей и при обязательном участии специалистов по криминальной сексологии. Кому-то может показаться удивительным, но большое количество заявлений детей и подростков о якобы имевших место сексуальных нападениях на них, не находят подтверждения при квалифицированной проверке. Другими словами, дети лгут и оговаривают взрослых, рассчитывая получить за свою ложь некие «бонусы». Дети в известной степени способны манипулировать родителями и рассказ о сексуальных приставаниях порой является всего лишь попыткой добиться от родителей некоей уступки (сопереживания, подарка, прощения прежних прегрешений и т. п… Некритическое восприятие детских рассказов способно толкнуть родителей к необдуманным поступкам и даже преступным действиям (вроде самосуда) поэтому, услышав из уст ребёнка некие подозрительные рассказы, надлежит обращатсья к правоохранителям, и ни в коем случае не заниматься частным сыском и уж тем более расправой.
После этого подзатянушегося, но очень нужного отступления, вернёмся к хронологии описываемых событий. На протяжении осени 1976 г. в окрестностях Детройта дети не исчезали и, казалось, этот напряженный для правоохранителей год закончится без новых трагических инцидентов. Однако, в последние дни уходящего года произошло чрезвычайное происшествие, заставившее всех жителей северных пригородов Детройта вспомнить о том, что где-то рядом с ними находится опасный и покуда непойманный убийца детей. А может, даже и не один.
Впрочем, как это часто бывает, сенсационная история началась весьма тривиально. 22 декабря ушла из своего дома по адресу №1312 Мэйфилд роад в Ройал Оук (северный пригород Детройта) и пропала без вести 12-летняя Джилл Робинсон. Девочка была что называется из «проблемной» семьи, отец её оставил жену и детей ещё аж в 1971 г. — т. е. за пять лет до описываемых событий — и мать, Кэрол Робинсон, мыкалась с тремя детишками в одиночку. Поскольку папаша помогать бывшей жене и детям не желал, Кэрол пришлось подавать на него в суд с требованием принудительного взыскания денег. Процесс она в 1974 г. выиграла и с тех пор материальная ситуация несколько стабилизировалась, хотя и оставалсь далеко не идеальной. Её бывший муж — Томас Робинсон — был человеком, вроде бы, неплохим, хорошо образованным, работал преподавателем английского языка и литературы в местном колледже, но с бывшей женой и детьми контакта почти не поддерживал, делая исключение только для Джилл. Последняя к отцу очень тянулась и, тонко чувствуя его конфликт с матерью, всегда принимала сторону отца. Девочка нередко уходила к нему с ночёвкой и всякий раз такой уход оказывался своего рода демаршем против матери. Джилл подобным образом «наказывала» мать за неправильное, по мнению дочери, отношение к ней. Ситуация, кстати, довольно типичная для распавшихся семей, поскольку дети частенько пытаются играть на конфликтах родителей. Джилл Робинсон была как раз из числа таких детишек. Этот нюанс важен для правильного понимания дальнейшего.
22 декабря 1976 г., в день своего исчезновения, Джилл вступила с матерью в конфликт, причём ссора эта изначально выглядела предельно вздорной и неуместной. Началось всё с выяснения того, кто должен будет готовить печенье на Рождество? Спор был принципиален — Джилл настаивала на том, что печенье она готовить не хочет и не будет, поскольку их не любит и не видит смысла тратить на эту безделицу время. Проще купить в магазине готовый бисквит и тем самым время сэкономить, да и вкуснее любой самодельной стряпни будет. Мама, однако, взглядов дочери не разделяла и считала, что без домашнего печенья праздник не будет праздником, а потому Джилл должна засучить рукава и порадовать близких кулинарным чудом. Мужчины, конечно, подивятся причине возникшего на ровном месте конфликта, но женщины на такого рода проблематику смотрят совсем иначе. Помните детский стишок: «утром рано два барана…»? — вот здесь всё было именно так. Спор с матерью, то затихая, то разгораясь, продолжался почти четыре часа, в конце-концов, Джилл сдалась, схватила свой рюкзак, выкатила на улицу велосипед — и была такова. Произошло это примерно в 19 часов, возможно, несколькими минутами позже.
Больше Кэрол Робинсон живой свою дочь не видела. И вспоминая идиотский спор из-за печенья, она была бы готова уступить, вот только Судьба не позволяет нам исправлять фатальные ошибки…
После этого подзатянушегося, но очень нужного отступления, вернёмся к хронологии описываемых событий. На протяжении осени 1976 г. в окрестностях Детройта дети не исчезали и, казалось, этот напряженный для правоохранителей год закончится без новых трагических инцидентов. Однако, в последние дни уходящего года произошло чрезвычайное происшествие, заставившее всех жителей северных пригородов Детройта вспомнить о том, что где-то рядом с ними находится опасный и покуда непойманный убийца детей. А может, даже и не один.
Впрочем, как это часто бывает, сенсационная история началась весьма тривиально. 22 декабря ушла из своего дома по адресу №1312 Мэйфилд роад в Ройал Оук (северный пригород Детройта) и пропала без вести 12-летняя Джилл Робинсон. Девочка была что называется из «проблемной» семьи, отец её оставил жену и детей ещё аж в 1971 г. — т. е. за пять лет до описываемых событий — и мать, Кэрол Робинсон, мыкалась с тремя детишками в одиночку. Поскольку папаша помогать бывшей жене и детям не желал, Кэрол пришлось подавать на него в суд с требованием принудительного взыскания денег. Процесс она в 1974 г. выиграла и с тех пор материальная ситуация несколько стабилизировалась, хотя и оставалсь далеко не идеальной. Её бывший муж — Томас Робинсон — был человеком, вроде бы, неплохим, хорошо образованным, работал преподавателем английского языка и литературы в местном колледже, но с бывшей женой и детьми контакта почти не поддерживал, делая исключение только для Джилл. Последняя к отцу очень тянулась и, тонко чувствуя его конфликт с матерью, всегда принимала сторону отца. Девочка нередко уходила к нему с ночёвкой и всякий раз такой уход оказывался своего рода демаршем против матери. Джилл подобным образом «наказывала» мать за неправильное, по мнению дочери, отношение к ней. Ситуация, кстати, довольно типичная для распавшихся семей, поскольку дети частенько пытаются играть на конфликтах родителей. Джилл Робинсон была как раз из числа таких детишек. Этот нюанс важен для правильного понимания дальнейшего.
22 декабря 1976 г., в день своего исчезновения, Джилл вступила с матерью в конфликт, причём ссора эта изначально выглядела предельно вздорной и неуместной. Началось всё с выяснения того, кто должен будет готовить печенье на Рождество? Спор был принципиален — Джилл настаивала на том, что печенье она готовить не хочет и не будет, поскольку их не любит и не видит смысла тратить на эту безделицу время. Проще купить в магазине готовый бисквит и тем самым время сэкономить, да и вкуснее любой самодельной стряпни будет. Мама, однако, взглядов дочери не разделяла и считала, что без домашнего печенья праздник не будет праздником, а потому Джилл должна засучить рукава и порадовать близких кулинарным чудом. Мужчины, конечно, подивятся причине возникшего на ровном месте конфликта, но женщины на такого рода проблематику смотрят совсем иначе. Помните детский стишок: «утром рано два барана…»? — вот здесь всё было именно так. Спор с матерью, то затихая, то разгораясь, продолжался почти четыре часа, в конце-концов, Джилл сдалась, схватила свой рюкзак, выкатила на улицу велосипед — и была такова. Произошло это примерно в 19 часов, возможно, несколькими минутами позже.
Больше Кэрол Робинсон живой свою дочь не видела. И вспоминая идиотский спор из-за печенья, она была бы готова уступить, вот только Судьба не позволяет нам исправлять фатальные ошибки…
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 34 из 84
