Мигель-миротворец

Мое сердце тревожно забилось, я узнал Энрике де Лопеса и его брата Педро, они были в костюмах махо с треуголками на голове. А за ними гарцевали на породистых вороных арабских скакунах две сеньориты тоже в костюмах маха. Донна Мария в красиво расшитом золотым шнуром фигаро, с гордо поднятой головой осаживала своего скакуна. Вторая сеньорита мне была неизвестна, немного пухленькая с живыми любопытными глазками стреляла во все стороны. Донна Мария, сдерживая себя, внимательно рассматривала табор. Им навстречу вышел Исидо Родригес. Огромный, со сверкающими глазами — подбоченясь.

— Что вам угодно уважаемые Доны.

Я работал в кузне, и они меня не видели.

— Мы ищем Мигеля-Миротворца, у нас к нему дело.

Исидо зычно крикнул — Мигель, к тебе уважаемые Господа. Как бешено билось мое сердце. Донна Мария сидела на коне не на минуту останавливающегося. Тот фыркал, переминался с ноги на ногу. Щёки донны Марии полыхали, но она делала безразличный вид. Вытирая фартуком руки, направился к всадникам. Лица молодых гидальго осветила приветливая улыбка.

— День добрый Хуан Перес, рады вас видеть в полном здравии.

Я поравнялся с всадниками, стараясь не смотреть на Марию. Снимая тесёмку со лба, которая удерживала мои волосы. Я, как и члены табора, волосы не стриг коротко.

Поравнявшись с братьями — поклонился.

— Приветствую вас уважаемые Доны. Судя по вашим лицам, ничего плохого вас не привело в наш табор. Тогда чем обязаны вашему приезду.

— Мигель, вас хотел видеть наш отец и если вы не против, то не могли бы вы собраться прямо сейчас.

Женщины табора окружили всадниц и не стесняясь, начали громко обсуждать их. Донна Мария вспыхнула.

— Дон Энрике и Педро, я сейчас переоденусь, вот моё вардо — указывая на повозку.

И только тут я повернулся к донне Марии.

— Донна Мария, рад вас видеть в полном здравии, вам очень идёт костюм махи. Здравствуйте и вы сеньорита, не имею чести быть представлен вам.

Обратился к миловидной сеньорите.

Мария вспыхнула, представляя меня улыбчивой подруге.

— Анна, это и есть мой спаситель, о котором я тебе говорила — Мигель-Миротворец. А это наша кузина, донна Анна де Эскобар Флорес.

Анна Эскобар направила своего коня прямо на меня, в её глазах была насмешка и вызов. Но гарцующий конь, поравнявшись со мной, резко остановился и присел на передние ноги. Всё произошло так быстро, никто не успел ничего понять. Я, смотря в глаза ошеломлённой донне Анне, произнёс.

— У вас прекрасный конь донна Анна — потрепав его за гриву. Конь встал, лизнув меня шершавым языком. Я не смотрел на ошеломлённых всадников, направившись к своему вардо. Как билось моё сердце, я видел глаза донны Марии и весь трепетал от океана чувств, которые бушевали в её глазах.

Переодевшись в чистое, накинув на себя короткий плащ — боэмио с аграфом на плече. За широкий кушак засунул два ножа наваха. Оседлал своего коня.

Моих гостей донимали женщины табора, устроив галдёж. Поспешно поравнявшись с ними, произнёс.

— Я к вашим услугам господа. Прекрасная Мария восторженно посмотрела на меня, вгоняя меня в краску. Направились к городу. Со мной поравнялась донна Мария и донна Анна.

— Мигель, — ко мне обратилась донна Мария — моя кузина в растерянности, она никогда не видела чтобы её норовистый рысак вёл себя столь странным образом.

Какой красивый и глубокий голос у Марии.

— Да Мигель, вы ведь ничего не сделали, не сказали, а конь преклонил перед вами колени — сказал Энрике Лопес. Это какое-то чудо.

— Знаете, арабский скакун вырос вместе с донной Анной, и он только ей разрешает ездить на нём, очень норовистый конь и надо же опустился перед вами на колени, а потом ещё и облизал. Это правда, чудо.

Донна Мария произнесла дальше.

— Вы очень необычный человек Мигель, вы покорили отца и невероятно, но и нашу тётю Исабель. Конь, который вас никогда не видел, встал перед вами на колени. Кто вы Хуан Перес, кто?

Я заговорил.

— Донна Мария, мне неловко, вы слишком придаёте значения невинным фактам. Я тот, кто я есть, не больше и не меньше.

Переключаясь на другую тему, обратился к Энрике Лопесу.

Как чувствует себя ваш отец?

Слава Богу, хорошо и мы так благодарны вам за спасение нашего отца. Наш отец не простой человек и к людям у него высокие требования, не зависимо от сословия. И вы Мигель его очень очаровали, само собой он благодарен вам, как и мы за то, что вы его спасли. Но вот за сиестой, вы нас всех удивили своими неординарными взглядами и широким кругозором. Это как-то не вяжется с вашим образом.

— Простите меня великодушно за прямоту. Отец очень хочет с вами пообщаться, да и мы тоже. А наша сестра от вас просто в восторге, особенно когда наш троюродный брат Николас вел себя неподобающим образом, а вы держались с достоинством. Нас всех так порадовала ваша фраза о том, что в его устах упоминание Бога звучит оскорблением.

— О, как вы этим задели за живое этого Торквемадовского выскочку. Поделом ему.