Сюжет и герои — вымысел. Лес, «братская могила», рецидивисты, встречи с зайцами, и страх — настоящие.
17 мин, 11 сек 237
— Не бойся, в жизни бывают вещи пострашней… А люди решили, что так будет лучше для всех ещё с давних времён. Подальше от деревни. Сначала копали ямы, хоронили как положено. Потом времена стали меняться, менялись и люди — много добавилось забот и хлопот. Стало больше скота держать, семьи ведь большие, вон, у соседки восемь душ, а это очень много, раньше было и до двенадцати! Теперь держат отдельно скот и птицу для продаж. Стало много падёжа, ямы кончились, а копать новые не стали. Вот и стали складывать поверх. Мы — местные, привыкшие. Годы шли — горы росли. А только тропинка эта одна и осталась.
Теперь Луизе было ясно, почему все так ходят и не боятся. Так нужно.
Она собирала малину в палисаднике, через заборы которых виден их переулок. Вот скоро вернётся Юля, потом побежит за коровой (родители учат детей беречь время, потому они не будут забегать за тобой, как это делают в городах, если увидишь, просто присоединяйся и беги с ней дальше) Иногда Луиза пропускала подружку и тогда она бежала одна на встречу с друзьями. Вот тогда уже с Юлей возвращались вместе: у Луизы одна корова, а подружка бегала с прутиком — подгоняла двух коров и бычка.
Назавтра они пошли вдвоем — Юлька с Луизой. По утрам из деревни многие ходят без взрослых, места знакомые, спокойные, поэтому люди не боялись поначалу, до наших дней.
Бабушка сначала засомневалась, но знала семью соседей, люди неплохие, да и девочки давно дружат. И лес — свой, родной, хотя в те годы чужие городские про него не знали, только те, кто из этой деревни закрепился в городах — родили детей, внуки пошли. И все возвращались в деревню с детьми, а из БАМа внуки приезжали на каникулы.
Но до этого еще не было транспорта так много, как сейчас (почти в каждом дворе по иномарке, а то и больше) кроме рейсового автобуса, а в деревню возвращались те, кто с утра ездил в город — кто в поликлинику, кто продавать на базарчик, кто к родственникам погостить. Так что, чужих в деревне не было, как не было и транспорта ни у кого, кроме тех, кому полагалось иметь лошадей — начальство, два мотоцикла, у кого-то даже велосипеды были — удобно для сельского жителя ездить на работу — деревня очень большая! А сама деревня находилась в тупике, дальше только лес — удобное место, и там чужаков сразу же можно приметить.
Чужих в лесу не было. Но они стали появляться. Не каждый год, и не в деревне, а в лесу.
Юля носилась между деревьями, как будто родилась среди этих корней и валежника: то прыгнет через поваленное бревно, то сорвёт горсть ягод и тут же забудет про них, потому что впереди мелькнуло что-то новое. Луиза шла медленнее, осторожно переступая через мокрые листья, стараясь не наступать на сухие ветки, которые трещали под ногами, будто громко выдавали её.
Юля со своей уверенностью в себе давала показать, что тут нечего бояться, тут всё своё.
Луиза улыбнулась, и сама не заметила, как шаг её стал быстрее. Она забыла про осторожность, забыла, что лес для неё — не дом, а чужая, шумная страна, где все звуки живут по своим правилам. Ей вдруг захотелось быть такой же лёгкой, как Юля, такой же уверенной, будто она знает каждую тропинку.
А потом всё разом стихло. Не сразу, не резко, а так, словно кто-то потихоньку убавил звук. Птицы перестали перекрикиваться, ветер перестал шуршать в листве. И только тогда Луиза подняла голову и огляделась: кругом стояли деревья, одинаковые, как нарочно похожие друг на друга, чтобы запутать.
Юля тоже остановилась, прислушиваясь. И в этой тишине они вдруг вспомнили друг о друге — одновременно, будто их кто-то толкнул в плечо.
— Луиза! — тихо позвала Юля.
Луиза почувствовала, что ее зовет подружка, хотела ответить, но язык будто прилип к нёбу.
Дети знали, что в лесу нельзя кричать и громко разговаривать. Лес — это дом, где живут свои обитатели, которые привыкли к покою и безопасности. А жизнь живого — это и борьба, и выживание, но человек обязан беречь лес, тем более свой, родной!
И тут Юля сорвалась с места, побежала туда, где, как ей казалось, должна быть Луиза, а Луиза, не зная леса, пошла искать подругу совсем в другом направлении. Шагала быстро, от испуга, но не кричала, хотя инстинкт подталкивал крикнуть. Она запомнила — «в лесу кричать нельзя» — так учили с детства: это главное правило поведения в лесу, чтобы себя не выдавать и не спугнуть птиц и животных — это«их родной дом, а мы, люди, в гостях». И Юля тоже не кричала: эти правила поведения в лесу были привиты сызмальства всем без исключения, как таблица умножения.
После обеда Юля поняла, что одна не справится. Сердце сжималось от мысли, что Луиза где-то там, одна, не знает, куда ступить, и может зайти туда, где тропинок уже нет. Она повернулась и побежала в деревню — за бабушкой Луизы, которая знает лес как свои пять пальцев с детства. Конечно, ее мама тоже увидит дочку из окна кухни, да еще одну, обязательно придет узнать.
Теперь Луизе было ясно, почему все так ходят и не боятся. Так нужно.
Она собирала малину в палисаднике, через заборы которых виден их переулок. Вот скоро вернётся Юля, потом побежит за коровой (родители учат детей беречь время, потому они не будут забегать за тобой, как это делают в городах, если увидишь, просто присоединяйся и беги с ней дальше) Иногда Луиза пропускала подружку и тогда она бежала одна на встречу с друзьями. Вот тогда уже с Юлей возвращались вместе: у Луизы одна корова, а подружка бегала с прутиком — подгоняла двух коров и бычка.
Назавтра они пошли вдвоем — Юлька с Луизой. По утрам из деревни многие ходят без взрослых, места знакомые, спокойные, поэтому люди не боялись поначалу, до наших дней.
Бабушка сначала засомневалась, но знала семью соседей, люди неплохие, да и девочки давно дружат. И лес — свой, родной, хотя в те годы чужие городские про него не знали, только те, кто из этой деревни закрепился в городах — родили детей, внуки пошли. И все возвращались в деревню с детьми, а из БАМа внуки приезжали на каникулы.
Но до этого еще не было транспорта так много, как сейчас (почти в каждом дворе по иномарке, а то и больше) кроме рейсового автобуса, а в деревню возвращались те, кто с утра ездил в город — кто в поликлинику, кто продавать на базарчик, кто к родственникам погостить. Так что, чужих в деревне не было, как не было и транспорта ни у кого, кроме тех, кому полагалось иметь лошадей — начальство, два мотоцикла, у кого-то даже велосипеды были — удобно для сельского жителя ездить на работу — деревня очень большая! А сама деревня находилась в тупике, дальше только лес — удобное место, и там чужаков сразу же можно приметить.
Чужих в лесу не было. Но они стали появляться. Не каждый год, и не в деревне, а в лесу.
Юля носилась между деревьями, как будто родилась среди этих корней и валежника: то прыгнет через поваленное бревно, то сорвёт горсть ягод и тут же забудет про них, потому что впереди мелькнуло что-то новое. Луиза шла медленнее, осторожно переступая через мокрые листья, стараясь не наступать на сухие ветки, которые трещали под ногами, будто громко выдавали её.
Юля со своей уверенностью в себе давала показать, что тут нечего бояться, тут всё своё.
Луиза улыбнулась, и сама не заметила, как шаг её стал быстрее. Она забыла про осторожность, забыла, что лес для неё — не дом, а чужая, шумная страна, где все звуки живут по своим правилам. Ей вдруг захотелось быть такой же лёгкой, как Юля, такой же уверенной, будто она знает каждую тропинку.
А потом всё разом стихло. Не сразу, не резко, а так, словно кто-то потихоньку убавил звук. Птицы перестали перекрикиваться, ветер перестал шуршать в листве. И только тогда Луиза подняла голову и огляделась: кругом стояли деревья, одинаковые, как нарочно похожие друг на друга, чтобы запутать.
Юля тоже остановилась, прислушиваясь. И в этой тишине они вдруг вспомнили друг о друге — одновременно, будто их кто-то толкнул в плечо.
— Луиза! — тихо позвала Юля.
Луиза почувствовала, что ее зовет подружка, хотела ответить, но язык будто прилип к нёбу.
Дети знали, что в лесу нельзя кричать и громко разговаривать. Лес — это дом, где живут свои обитатели, которые привыкли к покою и безопасности. А жизнь живого — это и борьба, и выживание, но человек обязан беречь лес, тем более свой, родной!
И тут Юля сорвалась с места, побежала туда, где, как ей казалось, должна быть Луиза, а Луиза, не зная леса, пошла искать подругу совсем в другом направлении. Шагала быстро, от испуга, но не кричала, хотя инстинкт подталкивал крикнуть. Она запомнила — «в лесу кричать нельзя» — так учили с детства: это главное правило поведения в лесу, чтобы себя не выдавать и не спугнуть птиц и животных — это«их родной дом, а мы, люди, в гостях». И Юля тоже не кричала: эти правила поведения в лесу были привиты сызмальства всем без исключения, как таблица умножения.
После обеда Юля поняла, что одна не справится. Сердце сжималось от мысли, что Луиза где-то там, одна, не знает, куда ступить, и может зайти туда, где тропинок уже нет. Она повернулась и побежала в деревню — за бабушкой Луизы, которая знает лес как свои пять пальцев с детства. Конечно, ее мама тоже увидит дочку из окна кухни, да еще одну, обязательно придет узнать.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 2 из 5
