Крысоед рыгнул и довольно потянулся, радуясь редким счастливым мгновениям своей беспросветной жизни. Воздух был сырым и прохладным — конечно, хуже, чем в подвале с горячими трубами и теплом полупустом зале ожидания на вокзале, но здесь, на скамейке в пустынном парке среди новостроек, можно было не опасаться ментовско-полицейских дубинок. Рваная ушанка, задрипанное пальто, два заношенных свитера, две пары полуистлевших вонючих носков и найденные на свалке теплые башмаки позволяли сохранить приятное тепло и истому, обволакивающие тело и сознание под действием крепкой девятой «Балтики»…
15 мин, 22 сек 9929
— Ну все, бомжара, п… ц тебе пришел, — задыхающимся голосом прохрипел хулиган, первым поравнявшийся с преследуемой жертвой. Двое других отставали на три-четыре шага. Они подняли бездушно-злобные бычьи взгляды на преследуемого, предвкушая смачные удары руками и ногами и сладостное наблюдение за его кровавой агонией, но в следующий миг застыли от удивления и ужаса.
— А… а… а! Гоблин! Черт!
— Вурдалак!
С истошными воплями бритоголовые повернули назад, но тому, который оказался ближе всех к Крысоеду, уйти не удалось. Удар когтистой лапы сбил его с ног и превратил щеку и нос в кровавую губку. Он инстинктивно выхватил из кармана складной нож, но не успел его даже открыть — уже в следующее мгновение белые кинжалы клыков прогрызли запястье, и рука безвольно рухнула на землю.
Василий прижал хулигана к земле и открыл пасть, приближая клыки к горлу. Противник уже не сопротивлялся, а только орал «Помогите!», безумно вращая глазами. Покончить с ним не составляло труда, но Крысоед остановился — безмолвный голос «У тебя есть выбор — вкусить крови и стать зверем-убийцей или трансформироваться в потустороннего и остаться разумным существом» отчетливо раздался в голове, призывая определиться с новой судьбой.
Он закрыл пасть, убрал когти в мягкие подушечки толстых сросшихся пальцев и, вскочив на ноги, огромными прыжками побежал вглубь парка подальше от возможных свидетелей. Там, пометив корни огромной старой липы и подрав когти об ее толстый шершавый ствол, он сосредоточился и обратился внутрь себя, завершая обретение новой сущности. Сознание растворилось в вихре новых ощущений — обрывках мыслей множества людей … Кто это был — инопланетянин? И чего с Коляном стало?… … Надо срочно доделать отчет, а то завтра шеф такой разнос устроит, что всем не поздоровится… … Сейчас в магазин зайду, продуктов куплю и пивка, а потом как раз к футболу домой успею… … Надо Ленке позвонить, потрепаться, а в выходные в кафе с ней встретиться, новой сумочкой и сапогами похвастаться… … Хочу Светку, как бы сделать, чтобы она согласилась…, чувстве единения с сотнями домашних и бродячих котов безмятежно спящих, свернувшись клубком, с урчанием когтящих диваны и ковры, трущихся о ноги хозяев, жадно поедающих долгожданный корм, шныряющих между подвалом и помойкой, преследующих мышей и с истошным мявом дерущихся в подворотне, и, наконец, зове — мощном, трубном и непреодолимо побуждающем устремиться к вратам.
Через несколько минут, когда он уже подошел к выходу из парка, повинуясь магнетическому притяжению канала и выбирая наиболее безлюдный маршрут, к монотонному зову присоединился такой же безмолвный, но пронзительный и душераздирающий крик о помощи.
Василий понимал, что обязан спасти родственную душу, но почувствовал, для этого надо оказаться на месте намного раньше, чем он рассчитывал — буквально в следующую минуту. Собрал волю в кулак и сконцентрировав свое страстное желание в один могучий порыв, он ощутил, что теперь, в новом облике, пространственные преграды перестали быть для него непреодолимыми — как для котов, за несколько дней возвращающихся к уехавшим за сотни километров хозяевам, только еще сильнее и стремительнее.
— А… а… а! Гоблин! Черт!
— Вурдалак!
С истошными воплями бритоголовые повернули назад, но тому, который оказался ближе всех к Крысоеду, уйти не удалось. Удар когтистой лапы сбил его с ног и превратил щеку и нос в кровавую губку. Он инстинктивно выхватил из кармана складной нож, но не успел его даже открыть — уже в следующее мгновение белые кинжалы клыков прогрызли запястье, и рука безвольно рухнула на землю.
Василий прижал хулигана к земле и открыл пасть, приближая клыки к горлу. Противник уже не сопротивлялся, а только орал «Помогите!», безумно вращая глазами. Покончить с ним не составляло труда, но Крысоед остановился — безмолвный голос «У тебя есть выбор — вкусить крови и стать зверем-убийцей или трансформироваться в потустороннего и остаться разумным существом» отчетливо раздался в голове, призывая определиться с новой судьбой.
Он закрыл пасть, убрал когти в мягкие подушечки толстых сросшихся пальцев и, вскочив на ноги, огромными прыжками побежал вглубь парка подальше от возможных свидетелей. Там, пометив корни огромной старой липы и подрав когти об ее толстый шершавый ствол, он сосредоточился и обратился внутрь себя, завершая обретение новой сущности. Сознание растворилось в вихре новых ощущений — обрывках мыслей множества людей … Кто это был — инопланетянин? И чего с Коляном стало?… … Надо срочно доделать отчет, а то завтра шеф такой разнос устроит, что всем не поздоровится… … Сейчас в магазин зайду, продуктов куплю и пивка, а потом как раз к футболу домой успею… … Надо Ленке позвонить, потрепаться, а в выходные в кафе с ней встретиться, новой сумочкой и сапогами похвастаться… … Хочу Светку, как бы сделать, чтобы она согласилась…, чувстве единения с сотнями домашних и бродячих котов безмятежно спящих, свернувшись клубком, с урчанием когтящих диваны и ковры, трущихся о ноги хозяев, жадно поедающих долгожданный корм, шныряющих между подвалом и помойкой, преследующих мышей и с истошным мявом дерущихся в подворотне, и, наконец, зове — мощном, трубном и непреодолимо побуждающем устремиться к вратам.
Через несколько минут, когда он уже подошел к выходу из парка, повинуясь магнетическому притяжению канала и выбирая наиболее безлюдный маршрут, к монотонному зову присоединился такой же безмолвный, но пронзительный и душераздирающий крик о помощи.
Василий понимал, что обязан спасти родственную душу, но почувствовал, для этого надо оказаться на месте намного раньше, чем он рассчитывал — буквально в следующую минуту. Собрал волю в кулак и сконцентрировав свое страстное желание в один могучий порыв, он ощутил, что теперь, в новом облике, пространственные преграды перестали быть для него непреодолимыми — как для котов, за несколько дней возвращающихся к уехавшим за сотни километров хозяевам, только еще сильнее и стремительнее.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 2 из 5
