Смерть как фетиш. Смерть как цель.
53 мин, 5 сек 1183
Затем наполнила шприц снова. Кольнула в соседнюю вену, что чуть поменьше. На этот раз «пускаться в приключение» было сложнее, даже больнее, и температура тела резко понизилась. На лбу выступила испарина. Я зевнула. Что-то спать хочется-я…
Приблизительно через полтора часа я выпустила третью дозу и почувствовала, как зрачки сузились, а рот иссох. И без того белая кожа побледнела. Я оттерла местами грим — ноль изменений, снег снегом. Даже нет той синевы после утопления. Наркотики… мощная штука.
Ха! Так прикольно. Настроение поднялось до небес. Собиралась в Ад, а попала в Рай. Ха! Ангелы-ы, вы где?
После того, как я мутно вставила иглу в четвертый раз (уже в правую руку; это случилось еще через час), сердце заработало медленнее. Дышать стало тяжело, и мне показалось, будто все вены моего тела расплавились, а капилляры лопнули. Дрожащие руки выронили шприц, и тот разбился. Я вытянула ноги, бросила руки на бедра и склонила голову на грудь. С каждым своим ударом сердце стучало все реже и реже, а вдохи становились все глубже и глубже. Боли я не чувствовала, потому что, наверное, потеряла само понятие, что значит чувствовать. Чувство? А что это? Очевидно, какой-то мусор, раз я так легко о нем забыла. Ведь сейчас я само наслаждение и расслабление, а все остальное неважно.
Прошло минут сорок-пятьдесят. У-а-а. Я так сильно захотела спать, что даже не нашла сил закрыть глаза, которые пялились на обколотые руки. Энергия покинула меня. И только сердце тихо стучало в груди. Тук, тук. Тук. Тук… тук… …
Да, я мертва. Тело не движется, поры не дышат, пульс не бьется. Я мертва, но глаза мои видят, а мозг думает. Почему? Я вижу сложенные на бедрах руки, разбитый рядом стеклянный шприц, пластмассовый стаканчик с остатками наркоты. Обколотые руки в синяках. Это и есть смерть? Уверена, физической смерти я достигла, но духовной по-прежнему нет. Почему?
А может это вовсе не наказание, воскреснуть после смерти? Люди тысячелетиями искали способ жить вечно. Алхимики пытались создать Эликсир Жизни, а маги и некроманты штудировали древние рукописи в надежде обрести знания, как стать бессмертным. Они разбивали свою душу на части и запирали осколки в различные кристражи, чтобы после своей погибели смочь воскреснуть. Грешники заключали договор с самим Дьяволом, совершали страшные обряды и жертвоприношения, и все для того, чтобы обхитрить Смерть. Люди просто мечтали ожить после смерти! Но как бы усердны ни были их старания, они не приводили к желанному результату. Мне же такой шанс выпадал уже семь раз, причем, против моей же воли. Никаких кристражей, некромантии и личей. Совсем наоборот, я убивала себя сама. Я хочу смерти! Я хочу уйти из жизни! Уже семь раз я возрождалась из мертвых, но не только не пользуюсь таким шансом, так еще и недовольна им. Быть может, это совсем не наказание, а привилегия? Награда, данная только мне? Но за что? Что я такого в жизни сделала, чтобы жить после смерти? Я грешница и хочу в Ад! Гореть там алым пламенем! Я не хочу быть особенной, я хочу быть как все.
Чья-то костлявая рука прикоснулась к моему левому запястью. Рука! Если бы я могла испытывать эмоции, то, наверное, испугалась. Но я абсолютно ничего не чувствую! Даже чувства осязания. Я не ощущаю никакого прикосновения, будто прикасаются вовсе не ко мне. Я только вижу, как голые костяшки и фаланги сжимают мою руку. Если бы я могла слышать, то услышала бы их хруст — с такой силой рука сдавила мои мышцы. Зачем она это делает? Кто это делает?
И тут я узнала, зачем. Из маленьких дырочек возле локтя, оставленных иголкой шприца, начала вытекать белая жидкость. Начал вытекать героин, недавно вколотый мною в вены. Это подобно высасыванию яда из раны. На этот раз я уже почувствовала. Почувствовала, как меня покидает грязь. А когда весь наркотик вышел, следы от уколов отправились в небытие. Костяная рука ослабила хватку и покинула поле зрения. И тогда наступило то, чего я с ужасом ожидала, но дико боялась, сидя здесь, на полу возле холодильника. Мое сердце заработало, пульс участился, а легкие задышали. Я снова ожила. В восьмой раз.
Не думала, что когда-нибудь мне в голову придет такая мысль: я боюсь не смерти, я боюсь воскреснуть после смерти. Осознание этого горького факта совсем выбило меня из колеи, и, когда я подняла голову, то поняла, что на кухне осталась одна. Владелец костлявой руки бесследно исчез…
Смерть, это ты?! Ответь мне, Смерть! Ответь, зачем ты это делаешь?! Зачем так издеваешься надо мной?! Почему просто не можешь забрать меня к себе?!
Но ответа не последовало. На кухне стояла полная тишина, а за окном — ранее утро.
Я, преодолевая всю свою немощность, поднялась на ноги и потерла замлевшие руки. С последними стало что-то не так. Ах да, вен не было. Героин напрочь их выжег. Хорошо хоть зависимости не получила. По крайней мере, я думаю так пока…
Я доплелась до спальни. На душе было такое чувство, будто меня подталкивают. Говорят: иди, делай хоть что-нибудь. А я не знаю, куда идти и что делать. Что за отстойное состояние?
Приблизительно через полтора часа я выпустила третью дозу и почувствовала, как зрачки сузились, а рот иссох. И без того белая кожа побледнела. Я оттерла местами грим — ноль изменений, снег снегом. Даже нет той синевы после утопления. Наркотики… мощная штука.
Ха! Так прикольно. Настроение поднялось до небес. Собиралась в Ад, а попала в Рай. Ха! Ангелы-ы, вы где?
После того, как я мутно вставила иглу в четвертый раз (уже в правую руку; это случилось еще через час), сердце заработало медленнее. Дышать стало тяжело, и мне показалось, будто все вены моего тела расплавились, а капилляры лопнули. Дрожащие руки выронили шприц, и тот разбился. Я вытянула ноги, бросила руки на бедра и склонила голову на грудь. С каждым своим ударом сердце стучало все реже и реже, а вдохи становились все глубже и глубже. Боли я не чувствовала, потому что, наверное, потеряла само понятие, что значит чувствовать. Чувство? А что это? Очевидно, какой-то мусор, раз я так легко о нем забыла. Ведь сейчас я само наслаждение и расслабление, а все остальное неважно.
Прошло минут сорок-пятьдесят. У-а-а. Я так сильно захотела спать, что даже не нашла сил закрыть глаза, которые пялились на обколотые руки. Энергия покинула меня. И только сердце тихо стучало в груди. Тук, тук. Тук. Тук… тук… …
Да, я мертва. Тело не движется, поры не дышат, пульс не бьется. Я мертва, но глаза мои видят, а мозг думает. Почему? Я вижу сложенные на бедрах руки, разбитый рядом стеклянный шприц, пластмассовый стаканчик с остатками наркоты. Обколотые руки в синяках. Это и есть смерть? Уверена, физической смерти я достигла, но духовной по-прежнему нет. Почему?
А может это вовсе не наказание, воскреснуть после смерти? Люди тысячелетиями искали способ жить вечно. Алхимики пытались создать Эликсир Жизни, а маги и некроманты штудировали древние рукописи в надежде обрести знания, как стать бессмертным. Они разбивали свою душу на части и запирали осколки в различные кристражи, чтобы после своей погибели смочь воскреснуть. Грешники заключали договор с самим Дьяволом, совершали страшные обряды и жертвоприношения, и все для того, чтобы обхитрить Смерть. Люди просто мечтали ожить после смерти! Но как бы усердны ни были их старания, они не приводили к желанному результату. Мне же такой шанс выпадал уже семь раз, причем, против моей же воли. Никаких кристражей, некромантии и личей. Совсем наоборот, я убивала себя сама. Я хочу смерти! Я хочу уйти из жизни! Уже семь раз я возрождалась из мертвых, но не только не пользуюсь таким шансом, так еще и недовольна им. Быть может, это совсем не наказание, а привилегия? Награда, данная только мне? Но за что? Что я такого в жизни сделала, чтобы жить после смерти? Я грешница и хочу в Ад! Гореть там алым пламенем! Я не хочу быть особенной, я хочу быть как все.
Чья-то костлявая рука прикоснулась к моему левому запястью. Рука! Если бы я могла испытывать эмоции, то, наверное, испугалась. Но я абсолютно ничего не чувствую! Даже чувства осязания. Я не ощущаю никакого прикосновения, будто прикасаются вовсе не ко мне. Я только вижу, как голые костяшки и фаланги сжимают мою руку. Если бы я могла слышать, то услышала бы их хруст — с такой силой рука сдавила мои мышцы. Зачем она это делает? Кто это делает?
И тут я узнала, зачем. Из маленьких дырочек возле локтя, оставленных иголкой шприца, начала вытекать белая жидкость. Начал вытекать героин, недавно вколотый мною в вены. Это подобно высасыванию яда из раны. На этот раз я уже почувствовала. Почувствовала, как меня покидает грязь. А когда весь наркотик вышел, следы от уколов отправились в небытие. Костяная рука ослабила хватку и покинула поле зрения. И тогда наступило то, чего я с ужасом ожидала, но дико боялась, сидя здесь, на полу возле холодильника. Мое сердце заработало, пульс участился, а легкие задышали. Я снова ожила. В восьмой раз.
Не думала, что когда-нибудь мне в голову придет такая мысль: я боюсь не смерти, я боюсь воскреснуть после смерти. Осознание этого горького факта совсем выбило меня из колеи, и, когда я подняла голову, то поняла, что на кухне осталась одна. Владелец костлявой руки бесследно исчез…
Смерть, это ты?! Ответь мне, Смерть! Ответь, зачем ты это делаешь?! Зачем так издеваешься надо мной?! Почему просто не можешь забрать меня к себе?!
Но ответа не последовало. На кухне стояла полная тишина, а за окном — ранее утро.
Я, преодолевая всю свою немощность, поднялась на ноги и потерла замлевшие руки. С последними стало что-то не так. Ах да, вен не было. Героин напрочь их выжег. Хорошо хоть зависимости не получила. По крайней мере, я думаю так пока…
Я доплелась до спальни. На душе было такое чувство, будто меня подталкивают. Говорят: иди, делай хоть что-нибудь. А я не знаю, куда идти и что делать. Что за отстойное состояние?
Страница 8 из 14
