Смертельная бухгалтерия Анри Ландрю

Это предположение получило неожиданное подтверждение когда у соседей Ландрю в Гамбейзе поинтересовались тем, как часто он топил свою печь? Соседи припомнили, что порой печь Ландрю действительно топилась в самые неподходящие для этого моменты, например, поздней весной 1918 г. и в начале сентября 1917 г. В обоих случаях стояла прекрасная теплая погода и не было ни малейшей нужды обогревать дом. Дым, валивший из трубы, был масляно-черным и имел специфический неприятный запах — это тоже отметили соседи.

К этому моменту следователи уже знали, что две женщины из «списка Ландрю» исчезли как раз в указанное время: в сентябре 1917 г. это была Луиза Жаумэ, а в мае 1918 г. — 38-летняя Аннетт Паскаль.

В начале весны 1921 г. в Гамбейзе вновь появились полицейские с лопатами. Только теперь их интересовали не газоны и клумбы возле хорошо знакомого дома, а яма с золой на заднем дворе. Тщательное просеивание копившейся много лет печной золы (объем ее был почти 10 кубометров) позволил сделать долгожданные находки, явно криминального происхождения. Из золы были извлечены в большом числе человеческие кости (как цельные, так и раздробленные), больше сотни зубов, зубные коронки, металлические и костяные пуговицы, негорючие детали женских корсетов и обуви. Не подлежало сомнению, что в печи виллы «Эрмитаж» сжигались женщины и их одежды.

Это открытие фактически ставило точку в расследовании. По мнению следователей, воплотившемся в обвинительном заключении, преступный путь Ландрю-убийцы выглядел следющим образом: последняя тюремная отсидка, отнявшая у стареющего мошенника три года жизни, заставила его задуматься над выработкой плана «идеального» преступления, т. е. такого противозаконного деяния, сущность которого невозможно будет установить в принципе. Дабы жертвы не заявляли на преступника жалоб в полицию, их следовало заставить молчать вечно. Сделать это м. б. только посредством убийства. Но это не могло быть убийством во время брутального грабежа — нет! — это д. б. быть«тихое», незаметное для окружающих преступление. Так Ландрю пришел к мысли имитировать женитьбу на выбранной жертве и последующий переезд к новому месту жительства вне Парижа. Это усыпляло бдительность родственников, которых преступник, впрочем, не особенно боялся: в случае возникновения с их стороны подозрений, Ландрю мог бы заявить, что семейная жизнь не сложилась и он давно расстался с женщиной, о дальнейшей судьбе которой ему ничего не известно. Сами убийства, разумеется, преступник осуществлял так, что никаких свидетелей этому не оставалось; следы злодеяний тщательно уничтожал, благо над ним не довлело ограничение по времени.

В период с конца 1914 г. по август 1915 г. Ландрю убил мать и сына Куче, Лаборде-Лайн, Хеон и Мэри Пеллетьер. Скорее всего, убийств было больше и они продолжались в Вернулле вплоть до марта 1917 г., но в точности этого установить не удалось. В марте 1917 г. была убита Эндри Бабелай. Эта жертва столь не соответствовала «предпочтениям» убийцы, что скорее всего, Ландрю убил бродяжку вынужденно: в обвинительном заключении подчеркивалось, что Бабелай, видимо, стала невольной свидетельницей каких-то разоблачающих Ландрю действий и потому ее пришлось убить. Возможно, эта нищенка видела, как преступник избалялся от останков своих жертв. Как бы там ни было, убийство Бабелай вспугнуло осторожного преступника: он без промедления оставил Вернулле и в течение нескольких дней переехал в Гамбейз.

Первоначально Ландрю, скорее всего, не сжигал тела убитых им людей. На вилле в Вернулле, как уже подчеркивалось, не было необходимой для этого печи. Скорее всего, преступник расчленял тела на мелкие фрагменты и разбрасывал их на значительном удалении друг от друга, либо закапывал. Сожжения начались после переезда в Гамбейз.

В период с апреля 1917 г. по декабрь 1918 г. в Гамбейзе бесследно исчезли Бюиссон, Луиза Жаумэ, Аннетт Паскаль, Меркадье-Мерчадайзер, Колломб. Именно этим женщинам принадлежали костные останки, обнаруженные в толще золы под домом.