Снежная королева. Собственная версия

Все именно так и произошло с Королевой. Когда-то она любила. Теперь же она хотела власти, которая помогла бы ей прожить еще столько, сколько она пожелает, а пожелает она еще очень долго! Но разве могла она знать, что Незнакомец, которого пленила она своей холодной красотой, рассчитывает на совершенно другое… Еще тогда, в юности, он говорил ей о своих мечтах и она потешалась над ним, поскольку он хотел просто быть с ней, поскольку любил. Но разве было это возможным? Он предлагал ей тихую, размеренную жизнь, а ей — ей хотелось подвигов. И она отбросила всякие мысли о спокойной судьбе. Пришло время — и она осталась одна. Близкие ей люди, люди по крови, все отошли в мир иной. И она не пожелала оставить кого-нибудь из них рядом. Уже тогда она решила, что сделанное ею будет только ее. А она, ни много ни мало, придумала, как обмануть смерть и не умирать еще некоторое время. Но для этого нужно было много энергии. Силы, которую смог бы производить человеческий организм. Этой силой стал экстракт из человеческого сердца. Сердец нужно было много и Королева начала убивать. Она уже совсем позабыла о всяких там идеалах. Особенно теперь, когда была так близка к решению своего вопроса. И вот наркотик в ее руках, вещество, позволяющее жить. Для того, что бы сохранить свое тело, она постоянно находилась в холоде — кровь настолько медленно текла по жилам, что можно было не дышать целый час. Наркотик давал жизнь даже замерзшему телу… И вот она все жила, поставив на конвейер производство наркотика, привыкнув жить в чужом мире, куда забрасывала ее каждая доза, и теперь в мечтах ее была жизнь вечная без всяких наркотиков. И варианты были! Но разве могла она знать, что Незнакомец, который предлагал ей размеренную жизнь, жив и по сей день, но благодаря другому пути. Сложно было назвать это жизнью с точки зрения физиологии, поскольку Незнакомец был призраком. Высоко осознанным призраком. Он тоже в юности своей доверял тем всеобщим идеалам, которые люди так любят. Он считал, что быть человеком, это быть просто самим собой и стремиться к тому, что бы все были счастливы. Но опять же, никто этого не мог оценить всецело и оставалась только боль… До тех пор, пока не погиб он за свои идеалы. За дружбу и подвиги. Так и осталась неприкаянной его душа в этом мире, но лишившись плоти он приобрел другой уровень осознания и… стал развивать свои убеждения, называя их справедливостью, подвигом и добротой. И так легко теперь это ему удавалось!

Теперь же, через несколько тысячелетий, он снова встретил ее и решил доказать, что его идеалы — верны. Он искал способ и наконец нашел его, но теперь, не дойдя буквально одного шага, сдался, поскольку был хищником, а что делать хищнику, когда добыча перестает быть добычей? Он снова влюбился… Герда, которую он воспитал, теперь ушла из его помыслов, а ведь он хотел только немного навести порядок здесь. Но зачем ему этот порядок, если есть она, Королева… И даже понимание того, что была допущена серьезная ошибка, не страшило. Он знал, что Королева теперь точно будет его. Хотя, конечно, не знал, что по этому поводу думает сама Королева. Она же, сбежав из того, другого мира, забилась в свою роскошную пещеру и тряслась от страха. Там остался ее слуга и она молила провидение, что бы он умер побыстрее и ничего не сумел сказать тем, чье внимание к себе привлек. Может, тогда они не смогут ее отыскать.

Незнакомец спокойно вошел в богатые апартаменты и сказал Королеве:

— Если они узнают — это равносильно смерти. Ты очень долго использовала то, что принадлежит им, в своих целях.

— Как ты сюда попал?

— Я призрак и могу попасть туда, куда захочу. Как ты прекрасна, о, Королева!

— Призрак? Чего тебе надо? На чьей ты стороне? Может, ты и есть эти загадочные «они»?

— Почему же загадочные? Ты знаешь, о ком речь!

— Да… Один из них кормился моим наркотиком.

— Так это он хохотал, когда твой слуга приходил за душами? Это был его смех?

— Да, это был его смех. Но он смеялся не только когда мой слуга собирал души.

— Еще когда осколки кривого зеркала попадали в людей?

— Да.

— Так это было его зеркало?

— Да.

— Вот оно что… Пожалуй, ты не напрасно сбежала оттуда. Я же подумал, что ты струсила!

— Так и есть, призрак! Я струсила!

— И оставила его умирать?

— Да… — Странно, но я поступил точно так же как и ты. И я считаю при этом, что мои догмы правильны и нерушимы.

— Это твое право… Но кто ты такой? Чего тебе надо?

— Помнишь ли ты свою юность, милая моя? Тогда мы с тобой относительно хорошо ладили. Помнишь, я предлагал тебе насладиться спокойной жизнью? Мы жили бы долго и счастливо и теперь уже давно были бы в другом, лучшем мире, а наши усопшие тела покоились бы рядом. Все преходящее прошло бы в нашем сознании настолько, насколько мы могли бы осознать, но твоя жажда использовать то, что лежит за пределами действительности, привела к тому, что твоя жизнь продолжается. Я же со своей простился очень давно.

— Скажи, как твое имя?

— Этого я не помню, о, Королева!