Улыбнись и умри

Я поставил свой поднос на стол, тяжело вздохнув и пролив полстакана сока.

— Грег, что с тобой? — спросил меня Чив, жуя свой сандвич. Судя по его щекам и подбородку, на хлебе был салат с яйцами.

— Ты ешь свой сандвич или носишь его? — спросила его Шери.

— Чего-чего? — не усек Чив. Майкл надул коричневый бумажный пакет от сандвича и хлопнул. Потом расплющил пакет от шоколадного молока. Он всегда первым делом выдует молоко и тут же пакет — хлоп! Зачем? А кто ж его знает? Майкл у нас с закидонами. Я плюхнулся на стул, но даже не взглянул на содержимое подноса. Я уставился на стенку, пока все кафельные плитки не слились в одно зеленое пятно.

— Да что с тобой? — повторил Чив. Теперь салат был у него и на лбу. Как это он умудряется так есть, ума не приложу. Вообще-то Чива зовут Дуг Артур. Но он всем своим видом так напоминает птичку, что все, даже родители, зовут его по-птичьи: Чив. У него маленькие птичьи карие глазки, посаже иные очень близко по сторонам клювообразного носища. А на макушке у него в дополнение ко всему торчит каштановый хохолок. И еще он у нас длинный как жердь и худющий. Ходит — что твой фламинго, покачиваясь с боку на бок. Майкл сунул палец в свой сандвич. Он всегда проделывает пальцем дыру в середине сандвича и ест его вверх ногами.

— Дурной денек, Грег?

— Вот уж воистину, — пробурчал я и тяжело вздохнул. На Шери были выцветшие джинсы и светло-голубая тенниска. Она отбросила назад свои черные волосы и занялась выковыриванием перца из своего куска пиццы.

— Ну валяй, Грег. Выкладывай, — потребовала она, не отрываясь от своего занятия. Я глубоко вздохнул, а потом выложил им все, что произошло на уроке английского языка. Чив уронил свой сандвич на стол.

— Козий Сор тебе не поверил? — заорал он и хлопнул себя по лбу. После этого ладонь у него тоже оказалась испачкана яичным салатом.

— Ну а что, если мы все пойдем и скажем ему, что все это правда? — предложила Шери. Я закачал головой.

— Ни фига он вам не поверит.

— Но мы же все это видели! — выпучил глаза Майкл.

— Мы же все знаем, что это правда.

— А что тут. Четверо на одного, — подхватил Чив, стряхивая салат с рубашки.

— Ему податься некуда. Придется поверить.

— Да не поверит он, хоть лопни, — вздохнул я.

— Вы что, Козьего Сора не знаете? Он сказал, чтоб я притащил камеру и доказал ему, что в ней зло.

— Но это же невозможно! — в один голос воскликнули Майкл и Шери. Я глянул поверх их голов в столовую. Брайан и Донни подмигивали мне из-за соседнего стола. Брайан и Донни — самые толстые парни во всей Питтс-Лендингской средней школе. Их так и зовут Сумо Один и Сумо Два, потому что они действительно похожи на борцов сумо. Само собой, в лицо их никто так не назовет. Не дай бог разозлить Донни с Брайаном. Они садятся на обидчика верхом и расправляются с ним как с насекомым — не оставляют от него даже мокрого места. А сейчас они смотрят на меня и подмигивают. А заметив, что я смотрю на них, они пальцами изобразили фотоаппараты и подняли их к глазам.

— Чик! Чик! — защелкал Брайан.

— У меня такая злая камера!

— Улыбнись! — заорал Донни.

— Улыбнись и замри! Ха-ха-ха!

— Чик. Чик. Чик.

— Чикали они воображаемыми фотоаппаратами.

— Смотри, птичка вылетит! — изгалялся Донни.

— Смотри, птичьи мозги сейчас вылетят! — не отставал Брайан. Они запрокинули головы и захохотали как сумасшедшие.

— Веселые ребята, — заметил я.

— Вот уж веселые. Сейчас мне было не до шуток. У меня все трещит по швам. Мои летние каникулы под угрозой. У всех моих друзей уже составлены планы, кто куда едет. А мне что же — три месяца маяться в Питтс-Лендинге, не зная куда приткнуться? Ах, если бы я действительно притащил мистеру Сору эту проклятую камеру и доказал, что говорил правду… Пожалуй, надо решаться! Шери, должно быть, прочитала мои мысли и коснулась моей руки.

— Грег, не делай этого. Камера слишком опасна. Чив с ней согласился.

— Чтобы я еще раз сунулся в этот жуткий дом! — он покачал головой.

— Ни в жизнь!

— Эй… а как насчет твоего братца? — спросил Майкл. Я повернулся к нему несколько озадаченный.

— А при чем тут мой братец?

— Но он же работает в фотоателье? Я кивнул. Мой старший брат Терри после школы устроился в фотомагазин Кремера.

— Ну да, он у Кремера. В лаборатории. Ну и что?

— А что, если Терри возьмет старую камеру в магазинчике, — развивал свою мысль Майкл.

— Ты притащишь ее мистеру Сору и скажешь, что это и есть злая камера.

— Одна только заковырка, Майкл. Мне надо еще доказать, что камера несет в себе зло. А с этим как? Майкл задумался.

— То-то и оно, — вздохнул я.

— Нужна настоящая.

— Я оглядел всю компанию.

— Кто со мной?