Триллер с элементами драмы Всё вымышлено.
Добавить в моё избранное
91 мин, 33 сек 309
Когда она мерзла, я залезал к ней в кроватку и мы так и спали. Только я тебе сказку не буду рассказывать.
— А где сестренка?
— Нам было по пять лет, когда ее сбила машина. Не выжила. Я один на свете. Спи, мне завтра рано вставать. Не пинайся, ладно?
— Попытался шуткой отвлечь ее от девичьего стыда.
— Считай, я тебе брат, не обижу!
— Я так и не думала.
— Но он уже не слышал. Уставал, отдыхал с друзьями немного вот так по вечерам, и «спать-концерт».
«Хорошо, что не услышал, он ведь сам признался, зачем сомневаться!».
Утром Витя проснулся от того, что ее рука лежала на его груди, а ногу она закинула на его колени. Он осторожно убрал руку, снял ногу с себя, скатился на пол, чтобы не разбудить ненароком, а то опять будет смущаться. И укрыл одеялом, которое сползло на край кровати с ее стороны. Во сне она комфортно закутала себя коконом и повернулась на спину.
Когда проснулась, было уже далеко за полдень.
Первый день.
Потянулась сладко, прямо как в кино, села на кровать в позе индийского йоги, посмотрела в окно. Тоска! Пустырь зеленый. А зимой — «степь да степь кругом». Потом узнала, что когда-то в далекие времена здесь был маленький аэродром для рабочих и строителей. А домик для диспетчеров остался, и он одиноко глядел на барак. И она пропела мамину песню, которую запомнила, когда к ней приходили подруги да сожители, и они орали эти красивые песни: «… Также одиноко дуб стоит высокий. Как бы мне, рябине, к дубу перебраться…» Да, никак диспетчерская не сможет перебраться к бараку. А хорошо было бы. Можно молодым выйти да уединяться в закрытой каморке. Сидишь и из окна смотришь на этот пустырь, на деревню, дорогу, а из окон ничего не видно. Ладно, нечего мечтать.«О другом мечтать надо!».
Выспавшаяся, довольная Настена принялась за уборку. Впервые в жизни она принялась за уборку в своем доме! Вытрясла все дорожки и половички, гусиным крылышком (в деревнях после разделки гусей оставляют крылышки для смазки маслом сковороды да те, что побольше — подметать углы в трудных местах). До возвращения подруги она планирует начать побелку одна.
Она быстро посмотрела, что сегодня она подогреет для своих. А назавтра будет думать, что им приготовить. «Я ведь взрослая, знаю, что, раз не работаю, то хозяйка в доме сейчас я, правда, мамочка?» — Про себя разговаривала с мамой, которая в детстве уверила, что она всегда будет с ней рядом.
— О, сегодня — гречка. Ммм, люблю! Тааак, что имеем?
Рис немного остался, сосиски видела в погребе. Можно плов с сосисками сделать!
Барак находится в конце деревни, в тупике. Дальше — идет тропа, видимо, в выходные жители барака выходили в лес или на речку, где они мылись, стирали белье да мыли ковры, чистили песком посуду.
К ужину народ подтянулся. На стол поставили торт, две упаковки пива, конфет немного шоколадных.
— Девчонки позаботились.
— Праздник какой?
— Поинтересовалась Настя.
— Конечно!
— Юрик прищурился, посмотрел на Райку.
— Настя глазами и мимикой задала вопрос.
— Сегодня — почти день, как ты живешь в нашей семье. Ты — наша подруга, сестра, поэтому нас стало больше. Разве, это не повод сделать праздник!
— Разве не здорово, что и у Васи выходной. Видишь, какая ты хорошая! Выпьешь, может? Попробовать-то надо, чтобы меру знать? Это не водка. Если будешь буянить, мы проследим, не боись! Приставать начнешь, отправим спать.
Все дружно засмеялись.
— А что, Витя один без пары. Пора подумать, не случайно ли соловушка ветку ищет в нашем прекрасном месте у болота, леса и речки!
Витя как мальчишка вдруг опустил глаза, поперхнулся и покашлял.
Она когда-то с поселковыми теми ребятами пробовала глоток, предлагали, но ей не понравилось. Ее кислое выражение лица оценили друзья и дружно хохотали, забылись, что они стоят по разные стороны чугунных прутьев-ворот.
— На вот, тебе жестянка, одолей.
Она и не боялась. В ее жизни были страхи ужасней один другого, а здесь среди близких родных людей, которые поддержат, разве можно даже подумать о плохом!
Потому и называют они себя не «группой» не«отрядом» не коллективом«а —» коммуной«! А коммуна — это коллектив, живущий совместно, как одна семья.»
Завтра выходной.
Завтра выходной. У подруг снова совпало, это их очень обрадовало. Они со своими парнями поедут в райцентр, на аттракцион сходят, потом в кино. Даже мороженку купят, и Настеньке привезут. Или просто в кафешке посидят, как путевые люди!
Витя работает. Таджик на базар в деревне пойдет, он подрабатывает в свои выходные, помогает торговать, а по договору он — грузчик-разнорабочий. Деньги он отсылает на родину, где его родители строят ему избу и копят на свадьбу. Вот приедет он домой и женится на своей девушке Азизгуль, и заживут, наконец.
— А где сестренка?
— Нам было по пять лет, когда ее сбила машина. Не выжила. Я один на свете. Спи, мне завтра рано вставать. Не пинайся, ладно?
— Попытался шуткой отвлечь ее от девичьего стыда.
— Считай, я тебе брат, не обижу!
— Я так и не думала.
— Но он уже не слышал. Уставал, отдыхал с друзьями немного вот так по вечерам, и «спать-концерт».
«Хорошо, что не услышал, он ведь сам признался, зачем сомневаться!».
Утром Витя проснулся от того, что ее рука лежала на его груди, а ногу она закинула на его колени. Он осторожно убрал руку, снял ногу с себя, скатился на пол, чтобы не разбудить ненароком, а то опять будет смущаться. И укрыл одеялом, которое сползло на край кровати с ее стороны. Во сне она комфортно закутала себя коконом и повернулась на спину.
Когда проснулась, было уже далеко за полдень.
Первый день.
Потянулась сладко, прямо как в кино, села на кровать в позе индийского йоги, посмотрела в окно. Тоска! Пустырь зеленый. А зимой — «степь да степь кругом». Потом узнала, что когда-то в далекие времена здесь был маленький аэродром для рабочих и строителей. А домик для диспетчеров остался, и он одиноко глядел на барак. И она пропела мамину песню, которую запомнила, когда к ней приходили подруги да сожители, и они орали эти красивые песни: «… Также одиноко дуб стоит высокий. Как бы мне, рябине, к дубу перебраться…» Да, никак диспетчерская не сможет перебраться к бараку. А хорошо было бы. Можно молодым выйти да уединяться в закрытой каморке. Сидишь и из окна смотришь на этот пустырь, на деревню, дорогу, а из окон ничего не видно. Ладно, нечего мечтать.«О другом мечтать надо!».
Выспавшаяся, довольная Настена принялась за уборку. Впервые в жизни она принялась за уборку в своем доме! Вытрясла все дорожки и половички, гусиным крылышком (в деревнях после разделки гусей оставляют крылышки для смазки маслом сковороды да те, что побольше — подметать углы в трудных местах). До возвращения подруги она планирует начать побелку одна.
Она быстро посмотрела, что сегодня она подогреет для своих. А назавтра будет думать, что им приготовить. «Я ведь взрослая, знаю, что, раз не работаю, то хозяйка в доме сейчас я, правда, мамочка?» — Про себя разговаривала с мамой, которая в детстве уверила, что она всегда будет с ней рядом.
— О, сегодня — гречка. Ммм, люблю! Тааак, что имеем?
Рис немного остался, сосиски видела в погребе. Можно плов с сосисками сделать!
Барак находится в конце деревни, в тупике. Дальше — идет тропа, видимо, в выходные жители барака выходили в лес или на речку, где они мылись, стирали белье да мыли ковры, чистили песком посуду.
К ужину народ подтянулся. На стол поставили торт, две упаковки пива, конфет немного шоколадных.
— Девчонки позаботились.
— Праздник какой?
— Поинтересовалась Настя.
— Конечно!
— Юрик прищурился, посмотрел на Райку.
— Настя глазами и мимикой задала вопрос.
— Сегодня — почти день, как ты живешь в нашей семье. Ты — наша подруга, сестра, поэтому нас стало больше. Разве, это не повод сделать праздник!
— Разве не здорово, что и у Васи выходной. Видишь, какая ты хорошая! Выпьешь, может? Попробовать-то надо, чтобы меру знать? Это не водка. Если будешь буянить, мы проследим, не боись! Приставать начнешь, отправим спать.
Все дружно засмеялись.
— А что, Витя один без пары. Пора подумать, не случайно ли соловушка ветку ищет в нашем прекрасном месте у болота, леса и речки!
Витя как мальчишка вдруг опустил глаза, поперхнулся и покашлял.
Она когда-то с поселковыми теми ребятами пробовала глоток, предлагали, но ей не понравилось. Ее кислое выражение лица оценили друзья и дружно хохотали, забылись, что они стоят по разные стороны чугунных прутьев-ворот.
— На вот, тебе жестянка, одолей.
Она и не боялась. В ее жизни были страхи ужасней один другого, а здесь среди близких родных людей, которые поддержат, разве можно даже подумать о плохом!
Потому и называют они себя не «группой» не«отрядом» не коллективом«а —» коммуной«! А коммуна — это коллектив, живущий совместно, как одна семья.»
Завтра выходной.
Завтра выходной. У подруг снова совпало, это их очень обрадовало. Они со своими парнями поедут в райцентр, на аттракцион сходят, потом в кино. Даже мороженку купят, и Настеньке привезут. Или просто в кафешке посидят, как путевые люди!
Витя работает. Таджик на базар в деревне пойдет, он подрабатывает в свои выходные, помогает торговать, а по договору он — грузчик-разнорабочий. Деньги он отсылает на родину, где его родители строят ему избу и копят на свадьбу. Вот приедет он домой и женится на своей девушке Азизгуль, и заживут, наконец.
Страница 15 из 26
