Идол

Dirty Real: Со мной вроде бы, все в порядке. Если не считать того, что сегодня на моих глазах застрелился человек. Я стараюсь держаться, и мыслить логически, но не получается. О телике можешь забыть, там под прикрытием новостей передают психоз. Скажи, а тебе в последнее время не снились кошмары? Может, голоса перед сном? Я не считаю тебя идиоткой, просто я провожу своё журналистское расследование и обнаружил некоторые любопытные факты.

Итак, отправлено. Пока Алисы нет в сети, я открываю поисковик и забиваю в Яндекс «Город Даргоглов, основатели». Спустя секунду пунктуальный поисковик выдает мне несколько десятков ссылок на одной странице.

Ничего интересного. На второй странице нахожу ссылку на какой-то любопытный ресурс. Открываю.

Простенький сайт с аляповатым исполнением и стандартно-синим фоном. Выдержки из научного доклада местного ученого, годы жизни и годы смерти. Боже мой, неужели есть счастливчики, которые сумели седлать что-то полезное за свою жизнь и умерли раньше, чем началась общественная агония.

Просматриваю сначала скорочтением, потом начинаю вчитываться.

Из текста следует, что наш город был основан около трехсот лет назад, на месте, которое называли последним пристанищем древних богов. Где-то в области современных Старых Кварталов стоял камень с ликом неизвестного идола. Его снесли и разбили на кусочки, а потом заложили ими первый дом, который не до жил до наших дней. По другим свидетельствам, Петр I ссылал в наши края отступников, не желающих принимать новую веру и подчиняться новым законам.

Насколько правдивы эти данные? Все может быть, но нужно ли доверять рассказам старика с остановки? Журналистское чутье немного притупляется и прячется, на его место выползает бесформенный, и аморфный кроманьонец, молящийся огню.

Из кухни доносятся звуки телевизора. Новости, опять новости. Некоторые каналы сняли с эфира половину развлекательных программ, масштабы истерии растут, в то время как в столице собираются высокопоставленные люди и устраивают дебаты.

Я на всякий случай сохраняю страницу, и снова перехожу в поисковик. Надо поискать про насекомых, может быть, сумею найти причину их появления в наших краях.

Жук в подъезде… с лицом застрелившегося психопата. Наверное, сегодня я переутомился, ведь такого точно не может быть. Но готов поклясться, я видел, как мордочка жука мутировала в лицо, на несколько секунд трансформировалась, поддалась зазеркальному морфингу. И уже на меня смотрело нечто другое.

Итак, насекомые. Заумный сайт по энтомологии дает сомнительные классификации. Я не запомнил, как выглядит жук, не посчитал количество насечек на брюшке и не знаю, под каким углом хитин покрывает крылья.

Нужно искать в мифологии. Продолжаю изыскания, через какое-то время нахожу нужный мне материал. Глаза слипаются, хочется спать, и есть куда лечь. Посылаю страницу на печать, и из принтера вырываются белые листы, словно квадратная пена изо рта эпилептика.

Сажусь на диван. Думаю, надо бы выпить успокоительное, но сон приходит сам по себе. Какое-то время кружусь в приятной, сомнамбулической патоке. Недосып и стресс опускают рычаги, и я уже не здесь, комната тает и рассыпается, телевизор бубнит, но это уже не голос из снов, это смехотворное блеяние реальности, из которой я ухожу.

Угол моего дома. Оранжевое, скошенное небо. Я опять здесь, но в то же время я чувствую, будто что-то поменялось. Статичность сала опасной, наполнилась чужеродным хаосом.

Неизменный источник оранжевого света сияет ещё сильнее. Он застыл в рухнувшем на землю небе, но за мертвым фатумом я не вижу горизонта. Одновременно я смотрю на двор и из окна своей квартиры, вижу небо, маленькое и упавшее, и в то же время вижу, как в углу здания жуки прогрызают дыру.

Они — человечество? Их что-то напугало, они хотят спрятаться.

Снова резкий звук с неба, он длиться доли секунды, но в нем вечность. Чудовищно низкий бас, рычание и крик сцепились в одну квинтэссенцию, и давят с неба. Что-то хватает меня, и подносит к глотке, я не могу обернуться, но боюсь каждой клеткой своего тела.

Оно сделано из звука… Звуковой идол.

На вспотевшей простыни расплывчатые отпечатки моего тела. Туринская плащаница заблудшего журналиста, мозг буксует и бунтует, в ушах все ещё звенит. После пробуждения я оказался на полу, видимо упал от страха с дивана, пуль от телика упирается в позвоночник.

Я медленно встаю, ноги трясутся как ивовые прутики. Бреду в ванную комнату, смотрю на себя в зеркало, открываю кран, смачиваю ладонь под струей и провожу по лицу. Приятный холод по коже, распространяется, словно газ в квартире самоубийцы.

Уже утро. Холодный свет осени стучит в окно, на удивление яркий день, только двор пустой. Из моего окна видно детский сад, обнесенный забором. Обычно там полно детей, сегодня нет никого, даже сторожа.