Мы дети ада

Ну давайте продолжим о дошкольном детском доме? 29. После больницы меня привезли обратно в детдом. Инессы Георгиевны не было, так как она была на больничном. Ее меняла другая воспитательница, которую я никогда не видел. Это животное, очень любила кусаться. Могла спокойно прокусить руку, до мяса вырвав клок кожи. Я очень сильно скучал по Инессе Георгиевне, поэтому постоянно уходил в себя, в свой мир, поэтому постоянно злил новую воспитательницу, что не обращаю на нее внимания. Ей естественно это не нравилось, и она вызвала своих воспитанниц, чтобы помогли ей навести порядок, в ее королевстве. Нас по одиночке заводили в туалет, и воспитывали всеми доступными способами, на что были способны. Били руками, ногами, палками. Поднимали над собой, и затем бросали со всей силы на кафель. Кровищи было, скажу я вам, но на это почему то никто не обращал никакого внимания. До сих пор не могу понять, почему никто об этом не знал, из руководства детдома. Затем меня отправили в психиатрическую больницу, на Песочную Набережную, и при этом заявили, что я сам себя покалечил. Только в больнице я смог рассказать всю правду, что на самом деле произошло. Но похоже там меня никто не услышал, так как отношение ко мне лучше не стало. Инессе Георгиевне они заявили, что я залез на шкаф, на который без лестницы никак не залезть, и несколько раз скинул себя с него, от чего и получил множество увечий. Все стало ясно, когда эта гадина покалечила еще трех детей, тогда ее просто больше никто в детдоме не видел. И при этом ее даже никто не привлек к ответственности. В больнице я пробыл не долго, привезли обратно. Лето прошло, тихо и спокойно. В сентябре уже отправляли в интернат. Как тогда я этого боялся, до глубины души. Тогда я еще не знал, что мое будущее превратится в кромешный ад. До первого сентября все было спокойно. Выдали форму, портфели, в общем все как всегда. Провели линейку, попрощались с детством, с Инессой Георгиевной, которая приехала проводить меня к знаниям. Хорошо помню тот день, ревел просто на взрыт, что больше ее не увижу. А ведь оно так и случилось. Первого сентября, поздно вечером, старшеклассники вместе с ночным воспитателем решили устроить сабантуй в виде избиения нас, просто для профилактики, да бы запомнили куда мы попали, и кто здесь хозяин. Досталось всем, а нас в палате было двадцать человек. Потом зажравшись, им захотелось привнести в программу воспитания новшество, и тогда в ход пошли тумбочки. Так как мы были мелкими шкетами, в тумбочки мы помещались свободно. Для большей прочности, они их забивали гвоздями. С гулким хохотом и пьяными бреднями, они поднимали тумбочки на окно, и по одной бросали в низ, с четвертого этажа. Я не помню, какой страх я ощущал в тот момент, и был ли это страх, но очнулся я уже в скорой. Я не мог двинуть не руками, не ногами, одним словом, живой труп. Как потом выяснилось, трое ребят погибли, упав не удачно на голову. Мне сказали что я упал, удачно на копчик, из-за чего сломал только позвоночник. Тех уродов арестовали. Больше я их никогда потом не видел. Одного из них после больницы мне удалось увидеть, но в последний раз, так как он набравшись попал под электричку.