Психолог для нечисти

Неожиданно над нами возвысился Егор. Я видела его лишь боковым зрением, повернуть голову полностью никак не выходило, да и не хотелось. Что-то внутри говорило, что делать этого ой как не стоит. Кошачье мурлыкание же оказалось странной мелодией, которую напевал Егор. Он поднял с пола белоснежный меховой шарик с чёрным пятнышком на носу и посадил обратно в клетку. Его тяжёлый вздох был больше похож на смертный приговор.

Затем он замурлыкал снова.

Когда сознание начало возвращаться, я дёрнулась и начала проваливаться куда-то вниз, но меня подхватили. Открыв глаза, я увидела перед собой Егора. Его величество Само Спокойствие уложил меня обратно в кресло и опустился на свой компьютерный стул, передвинутый почти вплотную ко мне. Никого кроме нас двоих в комнате больше не было. Я втянула носом воздух — пресловутый горьковатый запах всё ещё чувствовался. Значит, произошедшее было не кошмарным снов. В довершении всего на столе стояла клетка с кроликом. Да и рука всё ещё болела.

— Что это было?

Вместо более-менее спокойного вопроса вышло что-то нечто истерическое.

— Всё немного вышло из-под контроля, — с досадой произнёс Егор будто он ожидал чего-то абсолютно иного. — Иногда попадаются и неуравновешенные особы. Вот так уж точно тебе вести себя с клиентами не стоит. Распугаешь ещё всех.

— Что ты с ним сделал?

— Я? — брови Егора вопросительно взлетели вверх. Он состроил самую невинную физиономию, которую я только видела в своей жизни. — Ничего. Стас выставил его за дверь сразу же, как только этот псих попытался перерезать глотку бедному животному. Его вышвырнули отсюда.

— Но…

Я осеклась на полуслове.

— Что «но»?

Егор нагнулся, упираясь локтями в колени. Он почти навис надо мной, и я попыталась сесть, но скатилась обратно вглубь кресла под пристальным недовольным взглядом. По спине предательски прокатился холодок, а в горле встал ком, который я попыталась сглотнуть. Не вышло.

Похоже, что я влезла куда-то не туда, и сейчас меня будут убивать.

— Кажется, ты ещё не пришла в себя после той вонючей травы. Меня ещё тоже слегка подташнивает.

— Ага.

— Скоро должно выветриться. Окно в комнате не открывается, — Егор откинулся на спинку стула, и я смогла спокойно вздохнуть. Он больше не выглядел как самый главный отрицательный герой из фильма. — Рука сильно болит?

— Не так чтобы…

— Двигать можешь?

Я подняла руку, согнула её в локте и пару раз повернула под разными углами. Было больно, но не смертельно.

— Отлично. Всё-таки молодец, что бросилась спасать кролика. Животное не заслужило подобной участи.

— Я вообще не представляю, зачем всё это было нужно. Я думала по телевизору это всё не настоя…

Егор повалился на меня и сдавил горло. Его пальцы горели словно раскалённый металл. Я попыталась скинуть его с себя, но наши весовые категории находились в разном диапазоне, и он выигрывал по всем фронтам. Когда дышать стало тяжело, я упёрлась руками Егору в плечи и попыталась хоть немного отодвинуть его от себя.

— Кто ты?

Голос Егора странным образом изменился, став будто вибрировать. Сейчас он был похож больше всего на… мурлыкание кота.

— К-т-о-о-о т-ы?

Егор растянул каждую букву донельзя и крепче вцепился мне в горло.

— Не понимаю.

Говорить оказалось больно. Я закашлялась. Вдобавок ко всему, предательски заканчивался воздух. Перед глазами уже всё вроде бы начало плыть — то ли от страха, то ли от приближающейся смерти.

Вдруг дышать стало легче. Хватка Егора немного ослабла, но выпускать меня он совсем не спешил. Он был словно кот, загнавший мышь в угол, и играл с ней прежде, чем съесть.

— Кто ты?

— Не понимаю…

Я зажмурилась и замотала головой из стороны в сторону. К глазам предательски подступили слёзы.

— Зачем ты здесь?

— Твой отец позвал меня. Я ничего не хотела. Я ничего не знаю, честно! Не знаю.

— Помолчи.

— Н-не знаю!

— Ш-ш-ш-ш…

От страшного шипения прямо над ухом слёзы покатились из глаз. Я всхлипнула.

Никогда больше не поеду ни к кому на вызовы, сколько бы за это не платили! Пусть даже увольняют — всё равно не поеду! Если выживу после этого.

— Ты правда психолог?

Я утвердительно затрясла головой.

— Ничего не знаю.

— Да я уже это понял!

Рявкнул недовольно Егор и вдруг тяжесть ушла. Я открыла глаза. Егор смотрел на меня сверху вниз, сложив на груди руки и упираясь коленями в кресло.

— Значит, ты всё помнишь, — он утверждал, а не спрашивал. Я отрицательно замотала головой, но никакого эффекта это не произвело. — И кто же ты? — Егор нахмурился. — Быть такого не может.

Он встал с кресла и, подкатив своё вплотную, сел.

— Дай руку.

Я с недоверием взглянула на Егора, который уже притянул к себе и без того больную конечность.

— Не бойся.

Я не успела ничего толком осознать. Запястье пронзило так, что я мгновенно села и попыталась освободиться, что на удивление сделать удалось. Сжав пульсирующее место другой рукой, я слегка раздвинула пальцы — на коже виднелся отчетливый глубокий след зубов. Кое-где начинали проступать капельки крови, в одном месте она смазалась и шла сильнее.