Рука гадалки

У дома на съезде был припаркован заваленный снегом автомобиль чёрного цвета, но из-за навалившейся белизны его истинный цвет не был виден. Снег продолжал кружить, заметая дворы и дороги, его природная гладкость была нарушена отпечатками ботинок двух женщин. По большому интервалу расстояния между следами можно было заключить, что оставившие отпечатки на снегу куда-то торопились. Они принадлежали бешеной Марии и неловко догоняющей её Ксении.

— Маш, очень некрасиво получилось. Извини, пожалуйста, подростковый возраст, сама понимаешь, — оправдывалась мать за своего сына перед своей подругой, но та молчала. Короткий щелчок. Автоматически поднялась крышка багажника седана, весь снег, лежавший на заднем стекле, свалился прямо внутрь. Гадалка этого не заметила. Демонстративно швырнув свои вещи в багажное отделение, она игнорировала Ксюшу и продолжила строить вид оскорблённой женщины. Один из главных трюков взрослых при ощущении собственного поражения прикрываться словами «невоспитанный хам» или«ты как со взрослыми разговариваешь». И на детей это действовало, вот только подействует ли на взрослого человека?

— Может, тебе такси вызвать? — поинтересовалась Ксюша. Рыжеволосая не желала её слушать. Единственное, что произнесла Мария перед отъездом, это язвительное: «До свидания вашему проклятому дому!» А после закрыла дверь, не заметив как вновь свалившийся снег крошился ей прямо на колени. На этот раз она смахнула кристаллизованную воду вниз на коврики. Подождав немного, всунула ключ в разъём зажигания, а затем, покрутив с хрустом по часовой стрелке завела машину, одновременно включив дворники. Резиновые полоски отклеились, оставшись на лобовом стекле, а тем временем промежуточная скоба водила пластиком влево и вправо, разметая снег и царапая поверхность. Машу это не особо волновало. Она достала из кармана помаду, посмотрелась в зеркало и стала красить губы, потирая нижнюю об верхнюю чтобы лучше размазать. Промилле в крови напомнили о двух раздавленных бутылках вина с подружками, из-за чего все стекла машины моментально запотели. Рукавами своей чёрной шубы Маша пыталась протереть лобовое, но это не сильно помогло. Тогда она включила печку на максимум. Из вентиляционных отверстий пластиковой панели салона загудел звук вентилятора, всасывающего воздух с огромной скоростью.

Помада выскользнула из руки и упала в щель между сиденьем и дверцей. «Дерьмо!» — вырвалось из её пропитанного спиртом рта. Опустив ручник, не дождавшись сбрасывания оборотов двигателя, Мария тронулась задним ходом на дорогу с выезда. Свет еле проникал в салон автомобиля из-за налепленного снега, снаружи и запотевшего конденсата. Наверное, впервые Марии пришлось применить свои способности, чтобы предсказать, куда повернуть, ибо через замерзшую корку льда ничего не видно. В голове всё смешивалось, щуря свои глаза, девушка пытается разглядеть, хоть что-то, но всё тщетно. Со стороны казалось, что большой сугроб катится на колёсах и издает шум мотора, пробираясь сквозь январский вечер.

— Тупой мальчишка, «Вы всё врёте, придумываете» гадёныш. — причитала она. Вино — такой напиток, оно показывает все свои чудесные свойства, только когда вкусивший его человек встанет. Употребивший моментально обзаведётся эффектом дезориентации. В таком состоянии тяжело контролировать своё тело, а уж тем более силу нажатия подачи педали газа. Иногда она передерживала её, поднимая обороты до четырёх тысяч, и машина, рычащая немного виляла и пробуксовывала на очень скользкой дороге. От дома Ксюши до дома Марии всего несколько метров…

**

Глаза попытались открыться, но что-то им мешало. Перед её взором сложными фигурами расплывались чёрные еле прозрачные пятна. От такого недуга холодные руки сами тянутся к зрительным органам, чтобы хоть как-то прогнать взбаламутившуюся муть. Мария подняла голову, на лбу остался красный отпечаток от рулевого колеса.

— Я что… Унсула… — проговорила девушка, ощущалось легкое головокружение с сопутствующими помехами перед глазами. К тому же в салоне автомобиля почти ничего не было видно, всё засыпал вечерний снег. Через какое-то время расплывчатые причудловатые узоры пропали, девушка потянула ручку двери на себя, та с хрустом открылась, видимо, примёрзла. Свет от фонарного столба ударил прямо в глаза, такой знакомый и противный, и в туже секунду Марфа осознала, где находится. Это противное оранжевое свечение, которое вечно бьёт в окно её квартиры, она узнает из тысячи. Машина, заваленная снегом, стояла у подъезда, похоже, Мария приехала и уснула прямо за рулём, видимо, две бутылки были лишними. Вокруг стояли такие же заснеженные припаркованные автомобили, осыпанные белым снегом, на вид не хуже автомобиля девушки, выстраиваясь в линию белых холмов.