Страшные сны Воронова

— Тох? Ты там уже полчаса, у тебя всё в порядке? — его голос был тихим и взволнованным. В нем не было неприязни, которую Антон так ожидал услышать, но было то, что никак не писалось с образом и характером Максима — страх.

Ошеломленный, он встал на ноги и умылся, взглянув напоследок в своё посеревшее лицо.

— Как Оксана? — спросил парень из своего убежища.

— Она в шоке, — признался друг после продолжительной паузы, — уехала на такси домой.

— Хорошо, — ответил Антон, сам не понимая, рад он этому или нет, и вышел. В комнате горел свет, на фоне проёма прорисовывался силуэт Максима.

— Ничего не хочешь мне рассказать?

И Антон рассказал ему всё: содержание своих снов, про мужчину из первого сна, которого встретил утром; то, как первый раз обнаружил, что ходит во сне; про пса, которого встретил в подъезде с ножом в руке; про то, что таблетки больше не помогают, несмотря на то, что он увеличил дозу в два раза.

— А что приснилось тебе сегодня? — хрипло спросил Максим. Антон мрачно взглянул на него.

— Мне приснилось, что я убиваю её той чертовой заколкой. Приснилось, что я радуюсь тому, что вы пришли ко мне сегодня, потому что тогда мне не нужно метаться по улице в поисках жертвы. Приснилось, что я собираю губами кровь, выступающую из её ран, и целую её лицо, оставляя на нём кровавые следы.

В комнате повисла неловкая тишина. Максим разглядывал свои руки так, будто видел их впервые. Антон тоже молчал. Больше ему нечего было сказать: путь уходит и он, если захочет, пусть сдаст его в больницу, ему всё равно.

— Это какая-то болезнь? — подал голос Максим.

— Или одержимость? Ну, знаешь, демонами какими-нибудь…

Антон поднял бровь. Он не верил в подобную чушь. По крайней мере, раньше.

— Ты издеваешься?

— Просто пытаюсь найти объяснение, — оправдался друг.

Они сидели на полу в холодной комнате Антона до самого утра. Электрический свет лампочки освещал уродливую комнату, которая наполнилась едким дымом после того как Максим молча достал сигареты и предложил одну другу. Воронов никогда не курил, но теперь не видел смысла отказываться. Затянувшись, как заядлый курильщик, он запрокинул голову к потолку и выдохнул дым, наблюдая, как мутнеют очертания люстры. Максим снова оказался тем, кто нарушил молчание.

— У моих родителей есть дача, зимой там никто не живёт. Весь посёлок пуст, только сторож с собакой, но собака огромная и злая, а у сторожа ружье, — произнёс он, стряхивая с сигареты пепел, и продолжил:

— Я могу отвезти тебя туда и уехать. Будем на связи, заберу, как только это прекратится, или ты придумаешь, что делать дальше.

В глазах Антона впервые за всю ночь появились признаки мысли. Он долго не сводил с друга взгляда и кивнул, убедившись в том, что тот не шутит.

Природа за окном, проносилась мимо умиротворённая и сонная, принимая в свои объятия серебристую десятку, которая разрывала устоявшуюся тишину шуршанием колёс и рёвом старенького мотора. Тишина внутри машины давила на барабанные перепонки, и Максим, не выдержав, включил музыку. Антон никак не отреагировал на перемену, продолжая смотреть в окно. Он хотел впитать в себя красоту ярко-голубого неба, сияющего всеми цветами радуги на солнце снега, деревьев, уютно укутавшихся в белые одеяла. Он надеялся найти поддержку у этого мира, просил его безмолвно не отторгать его, не выплёвывать в пустоту разума и отчаяния. Но мир молчал в ответ, продолжая играть законами физики: срываясь с веток, снег падает вниз, жидкость покидает под давлением порванную оболочку.

Дача родителей Максима находилась в сорока минутах езды от города. Обнесённый забором посёлок выглядел ухоженно и дорого. У ворот их встретил охранник, который, казалось, был несказанно рад неожиданной компании. Усатый мужчина широко улыбнулся и заверил ребят, что они могут по любому вопросу обращаться к нему, что в его сторожке есть всё необходимое. Он, словно на подсознательном уровне, понял, что они приехали сюда не развлекаться.

Дом родителей Макса, в отличие от остальных, был небольшим, но чистым и обставленным со вкусом. Антон первым делом разложил продукты и распаковал вещи.

— Спасибо, что привёз меня сюда, — опустившись на диван, обратился он к другу, который вернулся с улицы с кучей дров.

— Не за что. Надеюсь, это поможет, — пожал плечами Максим. Он не знал, что ещё сказать, вообще не понимал, что творится и боялся себе представить, что чувствует и думает Антон.

Не желая оставлять друга одного, он уехал только под вечер, забежав по пути к сторожу и обмолвившись с ним парой слов.

Огонь уютно потрескивал в печи, и Воронов впервые за долгое время почувствовал спокойствие. Книга в его руках, которую он нашел на одной из полок, приятно пахла старой бумагой, она увлекла парня в свой мир, не успел он опомниться, как стал частью команды на старом английском судне, бороздящем океан в поисках новых земель.

В этот раз парень не стал пить на ночь таблетки, поэтому этот сон невозможно было отличить от реальности.